Что такое Воздушно-космические войска России?
1 августа в России появился новый вид Вооружённых сил — Воздушно-космические силы (ВКС). Они объединили под одним началом Военно-воздушные силы и Войска воздушно-космической обороны. Впервые о формировании этого нового вида войск заявил главком ВВС Виктор Бондарев ещё в июле 2014 года, теперь же он возглавил ВКС. Почему же был выбран такой путь, каково нынешнее положение дел и перспективы?
Ближний космос — поле боя
Начнём с того, что в последние годы военными всё больше «осваивается» ближний космос. И в первую очередь это касается систем противовоздушной и противоракетной обороны. Заатмосферный перехват целей становится основным путём развития систем ПВО/ПРО. Российский зенитно-ракетный комплекс С-400 с новой ракетой 40Н6Е сможет поражать цели на высотах более 100 км, а система С-500, которая находится на стадии разработки, и вовсе должна будет иметь возможность сбивать спутники на низких орбитах — так, как это делает американская система ПРО Aegis.
Будущее за гиперзвуковым вооружением?
Не менее «модна» тема гиперзвуковых крылатых ракет и, в меньшей степени, летательных аппаратов. Россия, Китай и США ведут разработки подобного вооружения — к примеру, крылатые ракеты (КР) такого типа смогут летать на скоростях 5−10 Mach (примерно 6000—12 000 км\ч), что превышает скорость существующих КР в 2−3 раза. Уже сейчас в перспективные системы ПВО и ПРО закладываются возможности по борьбе с такими целями.
Требуемое время реакции всё ниже
Развитие гиперзвукового оружия приведёт к тому, что времени для реагирования на атаку противника станет очень мало. К этому же может привести разрушение Договора о ракетах средней и малой дальности (РСМД) и размещение большого количества подобных ракет в Европе. В таких условиях важна максимальная интеграция всех систем разведки, обороны и ответного удара. В этом ключе объединение ВВС и Войск воздушно-космической обороны логично. Например, по территории России запускается некоторое количество ракет того или иного типа. Первыми пуск должны засечь спутники раннего предупреждения о ракетном нападении, после этого — радиолокаторы той же системы, а уже потом цели должны поражаться «на местах» силами ПВО И ПРО, параллельно же должен наноситься ответный удар, в том числе и силами ВВС.
Реальное положение дел
Первое звено российской системы раннего предупреждения о ракетном нападении, к сожалению, практически отсутствует. Спутниковая система «Око-1» в 2014 году потерпела окончательный крах, в строю остались только высокоэллиптические спутники, которые могут частично контролировать пуски с территории США только в течение 3 часов в сутки (подробнее: http://www.regnum.ru/news/polit/1 827 540.html). Сама же система уже давно была устаревшей. Учитывая последние тенденции, на счету может быть каждая минута, поэтому создание новой системы с очень чувствительной ИК-оптикой должно быть в приоритете. Сейчас идёт разработка новой «Единой космической системы» (ЕКС), в ноябре 2015-го запланирован запуск первого спутника «Тундра», который и войдёт в ЕКС. Правда, спутники ещё надо успешно выводить на орбиту — учитывая количество неудачных запусков ракет-носителей в последнее время, процесс может пройти не так уж и гладко.
Что касается радиолокаторов раннего предупреждения о ракетном нападении — то здесь всё нормально. Активно строятся РЛС нового типа «Воронеж». С системой ПВО всё тоже неплохо — С-400 в серийном производстве, достраиваются 2 новых завода для их производства. По ПРО подвижки также есть — это разработка вышеописанного С-500 и модернизированного ПРО Москвы — А-235 «Самолёт-М».
Что же касается ВВС — несколько «напрягают» участившиеся авиакатастрофы. Частично это, конечно, можно связать с заметно увеличившейся частотой полётов, но проблему это не отменяет. Тем не менее на вооружении ВВС в 2014 году поступило 108 новых самолётов, в 2015-м поступит примерно столько же. При удержании таких темпов в течение нескольких лет возможно обновить большую часть ВВС.
Вывод
Само по себе создание такого «гиганта», как ВКС, оправдано современными вызовами. Однако подобная структура для достижения оптимального уровня боеспособности должна получить новое вооружение, особенно это касается спутников. Кроме того, краеугольным камнем является решение кризиса, наметившегося в ракетостроении. Также не стоит забывать, что в такой крупной структуре всегда высок риск возникновения излишней бюрократизации и неэффективности управления.
Ближний космос — поле боя
Начнём с того, что в последние годы военными всё больше «осваивается» ближний космос. И в первую очередь это касается систем противовоздушной и противоракетной обороны. Заатмосферный перехват целей становится основным путём развития систем ПВО/ПРО. Российский зенитно-ракетный комплекс С-400 с новой ракетой 40Н6Е сможет поражать цели на высотах более 100 км, а система С-500, которая находится на стадии разработки, и вовсе должна будет иметь возможность сбивать спутники на низких орбитах — так, как это делает американская система ПРО Aegis.
Будущее за гиперзвуковым вооружением?
Не менее «модна» тема гиперзвуковых крылатых ракет и, в меньшей степени, летательных аппаратов. Россия, Китай и США ведут разработки подобного вооружения — к примеру, крылатые ракеты (КР) такого типа смогут летать на скоростях 5−10 Mach (примерно 6000—12 000 км\ч), что превышает скорость существующих КР в 2−3 раза. Уже сейчас в перспективные системы ПВО и ПРО закладываются возможности по борьбе с такими целями.
Требуемое время реакции всё ниже
Развитие гиперзвукового оружия приведёт к тому, что времени для реагирования на атаку противника станет очень мало. К этому же может привести разрушение Договора о ракетах средней и малой дальности (РСМД) и размещение большого количества подобных ракет в Европе. В таких условиях важна максимальная интеграция всех систем разведки, обороны и ответного удара. В этом ключе объединение ВВС и Войск воздушно-космической обороны логично. Например, по территории России запускается некоторое количество ракет того или иного типа. Первыми пуск должны засечь спутники раннего предупреждения о ракетном нападении, после этого — радиолокаторы той же системы, а уже потом цели должны поражаться «на местах» силами ПВО И ПРО, параллельно же должен наноситься ответный удар, в том числе и силами ВВС.
Реальное положение дел
Первое звено российской системы раннего предупреждения о ракетном нападении, к сожалению, практически отсутствует. Спутниковая система «Око-1» в 2014 году потерпела окончательный крах, в строю остались только высокоэллиптические спутники, которые могут частично контролировать пуски с территории США только в течение 3 часов в сутки (подробнее: http://www.regnum.ru/news/polit/1 827 540.html). Сама же система уже давно была устаревшей. Учитывая последние тенденции, на счету может быть каждая минута, поэтому создание новой системы с очень чувствительной ИК-оптикой должно быть в приоритете. Сейчас идёт разработка новой «Единой космической системы» (ЕКС), в ноябре 2015-го запланирован запуск первого спутника «Тундра», который и войдёт в ЕКС. Правда, спутники ещё надо успешно выводить на орбиту — учитывая количество неудачных запусков ракет-носителей в последнее время, процесс может пройти не так уж и гладко.
Что касается радиолокаторов раннего предупреждения о ракетном нападении — то здесь всё нормально. Активно строятся РЛС нового типа «Воронеж». С системой ПВО всё тоже неплохо — С-400 в серийном производстве, достраиваются 2 новых завода для их производства. По ПРО подвижки также есть — это разработка вышеописанного С-500 и модернизированного ПРО Москвы — А-235 «Самолёт-М».
Что же касается ВВС — несколько «напрягают» участившиеся авиакатастрофы. Частично это, конечно, можно связать с заметно увеличившейся частотой полётов, но проблему это не отменяет. Тем не менее на вооружении ВВС в 2014 году поступило 108 новых самолётов, в 2015-м поступит примерно столько же. При удержании таких темпов в течение нескольких лет возможно обновить большую часть ВВС.
Вывод
Само по себе создание такого «гиганта», как ВКС, оправдано современными вызовами. Однако подобная структура для достижения оптимального уровня боеспособности должна получить новое вооружение, особенно это касается спутников. Кроме того, краеугольным камнем является решение кризиса, наметившегося в ракетостроении. Также не стоит забывать, что в такой крупной структуре всегда высок риск возникновения излишней бюрократизации и неэффективности управления.
Читайте также:
Терпение русских лопнуло. Они в ярости
24.05.2026 19:03
По мнению американского аналитика, Россия сегодня близка к тому, чтобы наполнить СВО новым жестким смыслом.
«Орешник» по 72-й бригаде ВСУ: как один удар может заставить Киев готовить тотальную эвакуацию
«В ночь на 24 мая Киев и область пережили одну из самых тяжёлых комбинированных атак. „Орешник“ с разделяющимися блоками ударил по базе 72-й бригады в Белой Церкви, где до 5000 военных. Одновременно летели „Цирконы“, „Калибры“ и сотни „Гераней“. Что горит, почему ПВО не справляется и к чему это может привести — в детальном разборе.»
Почему «Орешник» 24 мая не взорвался ярко, но нанёс удар страшнее, чем кажется
В ночь на 24 мая Россия применила «Орешник» по району Белой Церкви. Видео показали серию попаданий без привычных огненных шаров и мощных взрывов. Что это — ошибка или новая тактика? Разбираемся, почему кинетические блоки эффективнее фугасов, как работает разделяющаяся боеголовка и почему этот удар уже в третий раз меняет расчёты украинской ПВО. Реальный эффект оказался глубже, чем видно на первых
Третий «Орешник» над Киевом: как одна ракета с 36 блоками поставила под удар всю систему ПВО Украины
В ночь на 24 мая «Орешник» в третий раз поразил цели под Киевом и в самой столице. Город снова в огне, завод «Артём» и ключевые объекты в Белой Церкви под ударом. Одна ракета с десятками боевых блоков прошла через ПВО, которую Запад усиленно поставлял Украине. Почему перехватить гиперзвук почти невозможно и что это меняет в войне — в детальном разборе.
Калининград — ловушка для НАТО: как Литва провоцирует альянс на войну с неприступным российским форпостом
Литва в открытую призывает НАТО готовиться к штурму Калининграда и «проникнуть в маленькую крепость России». Почему крошечная прибалтийская страна так рвётся в бой, что на самом деле представляет собой калининградский форпост и чем может обернуться такая провокация для всего альянса — в подробном разборе.