На что может рассчитывать Россия в будущих войнах

Учитывая пристальное внимание, которое весь мир уделял в этом году военному потенциалу России, целесообразно поразмышлять о том, какое влияние могут оказать стремительно меняющиеся условия современной войны на российскую военную мощь в сравнении с ведущими западными странами.

Тенденция к дальнейшей автоматизации, включая использование оружия с дистанционным управлением и создание автономных видов оружия с элементами искусственного интеллекта (AI-driven autonomous warfare) приведет к снижению сравнительных показателей военного потенциала России. Она не обладает технологиями, сравнимыми с западными, в сфере современных автоматизированных систем, а также возможностями создать собственные аналоги таких систем в обозримом будущем. Военная промышленность России сильно отстает от западной в области систем автоматического управления, боевых беспилотных летательных аппаратов, а также всего спектра современной электроники.

Российское правительство осознает это отставание и, до недавнего времени, предпринимало попытки ликвидировать разрыв за счет активного сотрудничества с западной оборонной промышленностью. Однако, замораживание военного сотрудничества между странами НАТО и Россией, ставшее одним из последствий присоединения Крыма и последовавшего за ним введения большинством стран Запада экономических санкций в отношении России, в ближайшие годы будет препятствовать стремительному освоению российскими оборонными компаниями современных военных технологий и технологий двойного назначения. Финансовые ограничения, вызванные бюджетным кризисом, причинами которого стали западные санкции и падение цен на нефть, также станут помехой для разработки и поступления на вооружение армии новых видов оружия на основе современных технологий.


В результате Россия будет вынуждена искать альтернативные пути, чтобы противостоять западным автоматизированным технологиям. Существуют два направления усиления относительной военной мощи России: подавление коммуникаций противника, а также использование электронных вооружений для уничтожения беспилотных летательных аппаратов и других видов автоматизированной военной техники. Именно в этих двух областях российские (а в прошлом — советские) военные обладают значительным опытом. Недавно созданная система радиоэлектронной борьбы класса «воздух-земля» и «воздух-воздух» «Рычаг-АВ» предназначена для подавления радиолокационных систем в радиусе нескольких сот километров, то есть она способна сделать все радиоуправляемые вооружения противника небоеспособными. Новая система может быть установлена на целом ряде платформ наземного, морского и воздушного базирования, и ее возможности, по данным российских официальных источников, значительно превосходят все существующие западные аналоги.

Российские военные могут также противопоставить западным технологическим преимуществам свою активность в использовании кибернетического оружия против западных стран, как в случае прямого конфликта, так и в иррегулярных и гибридных войнах в периоды обострения отношений. В обеих этих областях Россия обладает преимуществами по сравнению со странами Запада. Отсутствие демократической ответственности в российской политической системе делает применение тактики дезинформации и иррегулярной войны для России более простым, чем для западных правительств, вынужденных соблюдать демократические нормы. Участвуя в гибридных конфликтах против западных стран, Россия может привлекать наемников и другие иррегулярные силы, действующие при поддержке подразделений ГРУ и других спецслужб. Она также может использовать дружественно настроенное население соседних стран в качестве прикрытия для тайных операций на территории противника.

Кроме того, у России имеется большой опыт в области кибернетических войн, и она не испытывает правовых ограничений на использование кибернетического оружия, подобно большинству стран Запада. Основной тактикой кибернетической войны под эгидой российского правительства, по всей вероятности, могли бы стать специальные операции. Китайская атака на Кадровое управление правительства США, которая привела к краже персональных данных на всех сотрудников, получивших от правительства Америки допуск к секретным материалам начиная с 2000 года, свидетельствует о том, что в ближайшем будущем Россия и другие противники США могут применять хакерские атаки и тактику проникновения в базы данных в сочетании с повреждением систем безопасности противника.

Кроме того, российские спецслужбы будут поддерживать тесные связи с независимыми хакерами, которые могут быть мобилизованы для организации мощных сетевых атак. Эта тактика не является новой. Она уже была продемонстрирована российскими хакерами в 2007 году в Эстонии и в 2008 в Грузии, однако подобные приемы могут быть весьма эффективны и в будущем для вывода из строя гражданской инфраструктуры и, возможно, даже правительственных коммуникаций.

Если говорить о более традиционных военных средствах, особое значение для России будет иметь использование управляемых боеприпасов с высокоточным наведением. Оборонительная стратегия создания бесполетных зон и блокирования районов будет сфокусирована на защите собственной территории с помощью оборонительных сетей. Эти многослойные оборонительные системы в настоящее время установлены в Крыму. В будущем они, по всей вероятности, будут размещены на Курильских островах, в Калининграде, а также, возможно, и в других прибрежных районах. Для противодействия традиционным американским преимуществам в технологиях обеспечения малозаметности, на российских центрах управления подразделениями зенитных ракет установлены радиолокационные установки, работающие в диапазоне низких частот. Эти меры могут надолго сделать американские военные самолеты более уязвимыми для российских систем противовоздушной обороны. Главное ограничение возможностей этой стратегии также будет связано с технологиями: постоянные проблемы, с которыми сталкивается российская космическая программа при запуске спутников, вероятно, ограничат возможности российских военных отслеживать потенциальные атаки противника, вынуждая Россию полагаться на радары наземного базирования для покрытия ключевых стратегически важных регионов.

Боеприпасы высокоточного наведения также могут быть использованы для военных операций. Такие ракеты класса земля-земля как «Искандер», обладающие максимальным радиусом поражения 500 километров, могут применяться для создания угрозы соседним странам. Российские военные в настоящее время оборудуют многочисленные корабли и подводные лодки мощными крылатыми ракетами для поражения наземных целей, которые не подпадают под действие Соглашения о сокращении ракет средней дальности и обладают радиусом действия от 2,5 до 3 тысяч километров. Эти ракеты позволят российским военным угрожать не только непосредственным соседям, но и более удаленным странам с хорошо защищенных позиций в собственных территориальных водах, например, в Черном, Балтийском и Охотском морях. Поскольку эти ракеты могут быть выпущены с относительно небольших военных кораблей, таких как фрегаты и корветы, российский Военно-морской Флот может представлять серьезную угрозу региональной безопасности, несмотря на то, что ему не удалось достичь особых успехов в строительстве крупных боевых судов.

Поскольку способность России соперничать с обычными вооруженными силами США или противостоять западному технологическому превосходству в сфере обычных вооружений является крайне маловероятной, русские будут по-прежнему опираться на свой потенциал ядерного сдерживания как на главную страховку. Российские военные стратеги склонны считать, что ядерные вооружения являются компенсацией относительной слабости России в сфере обычных вооружений. Ядерная доктрина России в определенной степени параллельна аналогичной доктрине НАТО времен холодной войны, хотя российские лидеры гораздо чаще делали публичные заявления, в которых утверждали, что могут пойти на применение тактического ядерного оружия, чтобы остановить атаку обычными вооружениями, угрожающую российской территории или государственному суверенитету.

Российские лидеры ясно осознают, что сегодня отечественный военный потенциал не выдерживает сравнения с мощью Соединенных Штатов, и что по всей вероятности, в ближайшие два десятилетия, вперед в военном отношении выйдет и Китай. Однако они активно планируют тактику использования отдельных областей, в которых Россия обладает относительными преимуществами, для компенсации общей недостаточности своего военного потенциала. Западные стратеги, в свою очередь, должны сфокусироваться на мерах противодействия этим российским преимуществам в таких сферах как кибернетическая война и отражение потенциальной угрозы применения Россией своих крылатых ракет, а также тактического ядерного оружия для достижения политических целей в соседних странах.