Кто втягивает Иран в вооруженный конфликт?

Иран направил ноту протеста Анкаре, потребовав предпринять серьёзные меры для обеспечения безопасности своих граждан на территории Турции, сообщает агентство IRNA. Причиной послужили нападения боевиков Рабочей партии Курдистана (РПК) на иранские автобусы и грузовики. Посла Турции в Тегеране Резу Хакана Текина вызвали по этому случаю в МИД ИРИ.

С конца июля совершены нападения на один иранский пассажирский автобус и девять грузовиков. И вот ещё одно сообщение. Генеральный штаб Турции заявил, что «сепаратисты дважды напали на поезда, следующие маршрутом Анкара — Тегеран, после чего руководство Ирана приостановило отправление поездов на этом направлении». Боевики РПК взорвали также газовую трубу, прервав поставки газа в Турцию, похитили 11 таможенных инспекторов Турции и их водителя на пограничном пункте Капикой. В свою очередь, иранские военные заявили о сбитии на западной границе разведывательного беспилотного летательного аппарата. «Иранские силы ПВО сбили неизвестный беспилотник, который проник на территорию Ирана для разведывательных действий», — передает агентство IRNA со ссылкой на командующего силами противовоздушной обороны провинции Керманшах Фарзада Фередуни. Иранский офицер отметил, что за минувший год силы ПВО 12 раз предупреждали неизвестные воздушные судна, после чего они покидали пространство исламской республики.

На западной границе Ирана появляются точки боестолкновений. Заместитель министра дорог и городского планирования Ирана Давуд Кешаверзиян сообщил, что контрольно-пропускной пункт (КПП) Гюрбулак — Базарган, самый большой на границе с Турцией, «будет временно закрыт из-за угрозы безопасности». Как считают наши коллеги из турецкого ИА «Джихан» (CIHAN), «время закрытия границы вызывает вопросы о реальных мотивах иранского государства». Решение принято на следующий день после того, как был отложен визит иранского министра иностранных дел Джавада Зарифа в Турцию, поскольку президент Реджеп Тайип Эрдоган отказался провести с ним встречу. Турецкая ассоциация международных перевозчиков (UND) подчеркивает, что продолжающиеся беспорядки в приграничных городах и угрозы безопасности на дорогах нанесли серьезный удар по наземным перевозкам в направлении Ирака и Ирана. В 2014 году Турция направила в эти страны товары на $12 млрд и $4 млрд соответственно. Что касается фур, перевозящих грузы из Турции в Иран, то их число уменьшилось с 600 до 150 в день. Опасаясь за свою безопасность, некоторые водители грузовиков отказываются выходить на работу. Вице-президент UND Хаккы Келес зафиксировал несколько случаев, когда боевики РПК поджигали грузовики и похищали водителей.


По логике, против Ирана, который поддерживает шиитские отряды в Ираке, должно действовать «Исламское государство» (ИГ — структура, запрещенная в России). Тем более что «курдские пешмерга и воздушные удары арабско-западной коалиции получают наземную поддержку иранского экспедиционного корпуса во главе с подразделением «Эль-Кудс» (элитные части «стражей революции», которым поручены военные и разведывательные операции за пределами страны), а также шиитских отрядов вроде «Хезболлы» шейха Насраллы, бывшей «Армии Махди» Муктады ас-Садра и «Организации Бадра» Хади аль-Амери», пишет французская Le Huffington Post. С другой стороны, РПК, иракские лагеря которой подвергаются ударам турецкой авиации, может быть заинтересована в осложнении коммуникаций между Турцией и Ираном. Нельзя исключать и того, что Израиль и Саудовская Аравия, которые, по данным Le Huffington Post, «вот уже год ведут тайные переговоры насчет способов ограничения растущего влияния исламской республики в регионе, пытаются использовать приёмы асимметричной войны против Ирана».

В любом случае не стоит сбрасывать со счетов ни одну из высказанных версий. Как пишет ведущий научный сотрудник ИМЭМО и Института востоковедения РАН Станислав Иванов, снятие ограничительных санкций не только «превращает Иран в мощную региональную державу, но он ещё и получает возможность более активно поддерживать шиитские общины региона». Иванов прогнозирует: ожидается усиление позиций ИРИ в Ираке, где у власти находится правительство шиитского большинства, имеется поддержка алавитского (шиитского) клана Башара Асада в Сирии, укрепляется военно-политическая группировка «Хезболлы» в Ливане, хуситов — в Йемене, шиитского большинства в Бахрейне и в Восточной провинции Саудовской Аравии, где компактно проживают арабы-шииты. Ещё больше укрепятся отношения Ирана с Оманом, где население исповедует ибадизм — течение в исламе, равноудаленное от суннитов и шиитов. Чтобы упредить нежелательное развитие ситуации в регионе, существуют силы, которые заинтересованы в вовлечении Ирана в региональный вооруженный конфликт с переносом театра боевых действий на его территорию. Уже не первый день в западных СМИ циркулирует сценарий, согласно которому «на почве борьбы с ИГ курды Ирака, Сирии, Турции и Ирана могут объединиться в единый фронт и затем создать собственное национальное государство с населением свыше 30 млн человек и богатое запасами нефти и газа». Если будет прочно обозначена тенденция на этом направлении, то геополитика Ближнего и Среднего Востока изменится до неузнаваемости. При этом новоявленное курдское государство на первом этапе будет проводить линию, выгодную США и Израилю.

Первоначально казалось, что Турция разгадала такие цели и в отличие от Саудовской Аравии, ОАЭ, Иордании не сразу примкнула к международной коалиции по борьбе с ИГ. Теперь она стала не только составной частью коалиции, но и в альянсе с Ираном оказалась участником курдского геополитического «уравнения». Недавно начальник штаба антиисламистских военных операций американский бригадный генерал Кевин Киллеа заявил, что Турция якобы «понимает» позицию Вашингтона по курдским «Отрядам народной самообороны» (ОНС-YPG), ведущим борьбу с ИГ в Сирии. По словам Киллеа, «они используют полученное от Америки и Запада оружие и поддержку воздушных сил возглавляемой США коалиции». А представитель Госдепартамента США Джон Кирби уточнил, что «США не дадут Турции атаковать силы ОНС-YPG в Сирии», так как она является «отдельной и отличной от РПК группой». Анкара же считает ОНС-YPG сирийским ответвлением турецкой РПК, которая объявлена ею террористической организацией. Правда состоит в том, что поддержка Тегераном режима Асада в Сирии и шиитского правительства в Ираке позволяет ему сдерживать курдский потенциал к государственному образованию. Однако, как считает депутат парламента Азербайджана, политолог Расим Мусабеков, интересы Анкары и Тегерана сталкиваются на сирийском плацдарме, в то время как РПК стала проявлять себя не только вооруженными акциями на юго-востоке Турции, но и в населенной курдами провинции Ирана. Не случайно самолеты ВВС Турции наносят удары по позициям РПК на территории, граничащей с Ираком и Ираном турецкой провинции Хаккяри.

Ситуацию можно оценивать только комплексно. Обострение обстановки на турецко-иранской границе хронологически совпадает с заявлениями Израиля о сухопутной операции против Сирии в районе Голанских высот, где, по данным Минобороны Израиля, «Иран открыл новый фронт», хотя «соседями» Израиля на Голанах сейчас являются противники «Хезболлы». Израильские СМИ сообщают, что «войска президента Сирии Асада, ранее игравшие роль буфера на разграничительной линии Голанских высот, сейчас потеряли позиции и практически вся остальная израильско-сирийская граница оказалась под контролем суннитских группировок, главным образом «Фронта ан-Нусры» — союзника «Аль-Каиды» в Сирии». А основные силы «Хезболлы», воюющей в союзе с правительственными сирийскими войсками против суннитских радикалов, перебазировались на сирийско-ливанскую границу, где идут ожесточенные боевые действия. Правда, в глубине Голанских высот остались сотни шиитских бойцов. В ситуации, когда (по оценке Times of Israel) «в роли главных врагов Израиля выступает связка Асад — Иран — «Хезболла», в Иранском Курдистане могут начаться волнения. Напомним, что в мае нынешнего года там уже проходили беспорядки, несмотря на большое количество армейских подразделений, прибывших из Урмии и расположившихся по всему Мехабаду. На сей раз всё может оказаться намного серьезнее.