Бои в Киеве не за горами

Тема юмора

Как Украина заплатит за грехи Евросоюза

И вот, получается, мы воюем, строим белую Украину, уже перемога не за горами, а тут нам — такой удар в спину.

Евромайдановец и украинский националист Степан переписывался в скайпе с однокурсником, уехавшем в Россию. Дискуссия, как обычно, свелась к тому,
кто на правильном, а кто — на неверном пути, и Степану никак не получалось переубедить товарища, что Украина все расцветает и хорошеет.

Наконец, ему пришел в голову убойный, как показалось, аргумент, и он застрочил:

«Ну а ты глянь — у тебе там в Москве: все эти азиаты, негры, кавказцы, кого только нет. Будешь это отрицать? А у нас — чистая, белая, европейская страна.
Никаких мигрантов, никакого цветного беспредела, аллахакбара и прочих безобразий. Так что, что ни говори, тут мы вас обошли!».

Палец завис над клавишей enter, но отправить сообщение Степан не успел, отвлеченный голосом диктора из телевизора в соседней комнате.
В телевизоре министр иностранных дел Павел Климкин рассказывал о том, что коль уж Украина — страна европейская,
то она должна быть готова из солидарности с общей европейской миграционной политикой, принять беженцев с Ближнего Востока. Количество — не уточнил.

Степан скривился, сморщился, стер все написанное и написал: «Ой, всё».

Полевой командир «Исламского государства»* Фатих аль Кырыми наставлял товарищей:

— Смотрите, братья, Западная Европа — не единственная наша цель. Да, там богатые страны, туда идет большой поток людей,
в котором легче затеряться, но посмотрите на мою родную страну — Украину. Там сейчас полно оружия, с собой ничего везти не придется.
Полно наших братьев-мусульман в рядах украинских батальонов — и из Чечни, и из Крыма. Наша цель — всемирный халифат,
а не только Западноевропейский. Власть в Украине слаба, положение нестабильно, мы можем занять там влиятельные позиции, сделать отличный плацдарм.
Нам нужно ехать туда, в Крым, в Донбасс — делать диверсии, убивать русских собак, вредить России, помогать этим нашим братьям на Кавказе и в Поволжье.
Фронт борьбы с неверными в России находится сейчас именно там, на Украине. Тем более,
что на днях в Киеве было принято решение демонстративно пригласить восточных беженцев-мусульман, чтобы польстить Европе.
Это решение будет их погибелью, иншалла…

Товарищи кивали. Русский язык знали все.

Одессит Михаил Яковлевич рассказывал соседу:

— Дорогой Александр Иосифович, вы мне можете таки не верить, но я подобного еще не видел. Что вы говорите? Из порта, да, я только что из порта.
Стою на набережной, любуюсь морем, и вдруг с какого-то из кораблей — гевалт, целый кагал каких-то арабов.
Я на таких насмотрелся в Кирьят-Шмоне у зятя прошлым летом. Агрессивные, орут, наверняка террористы, с ними бабы их беременные, детей куча.
И много, Александр Иосифович, их было таки много, можете мне поверить! Повылазили с корабля, стали шнырять по порту, по набережной, галдят,
мусорят, скандалят, лежат на асфальте. Я поскорее оттуда, оттуда, и сразу к вам. Пропал наш порт, пропала Одесса. Теперь тут будет,
прости Господи, какая-то Германия…

Начальник службы социальной защиты населения одного из украинских городов раздраженно слушал своего заместителя:

— Ну, в две очереди ставь, раз конфликты. Одна очередь — черти эти, вторая — те, кто из Донбасса. Черных,
раз они в драку за место лезут с донбассянами, пускай вперед, а наши подождут, не гордые. Не могу, Семеныч,
не могу тестя твоего из Горловки вперед пустить — тут эти чучмеки кабинет мой осаждают как… как Берлин, в общем.
Как увидят, что кто-то белый впереди них заходит, так начинают кидаться на дверь, детей вперед совать.
Один уже в углу коридора блеванул от духоты. На детях памперсов нет, вонища уже у нас стоит, как в интернате для дебилов.
Одно меня радует: вся эта гоп-компания потом пойдет в мой нелюбимый «Ощадбанк» социальные кредитные карточки себе делать,
вот там потеха будет… Там же не наши пуленепробиваемые тетки, а хрупкие девушки…

Позывной Сокол протянул позывному Грицко одноразовый стаканчик с горилкой. Война затихла, по домам не отпускали,
все окрестные поселки были давно ограблены до последней банки консервации, и делать было решительно нечего. Оставалось дискутировать.

— Вот скажи мне, Грицко, наши побратимы воюют за Украину для украинцев. Ну, москали — то понятно, враги. Крымские татары — друзья.
Но, я тебе честно скажу, хорошо, что эти друзья теперь за границей оказались. И вот, получается, мы воюем, строим белую Украину,
уже перемога не за горами, а тут нам — такой удар в спину. Климкин этот, сирийцев сюда зазывает.
Я с пацанами после футбола этих сирийцев гонял еще студентом. Приедем к ним в общагу универовскую — и давай объяснять, кто тут хозяин.
Ну, когда как бывало — чаще мы их, но бывало, что и они — нас. Это что получается — до Майдана черных у нас было меньше, чем сейчас?

Первый Большой Украинский Чиновник объяснял Второму Большому Украинскому Чиновнику:

— Сплошной профит! На бумаге — у нас девять модульных городков для мигрантов на 170 миллионов евро.
А по факту мы их рассовали по старым пионерлагерям, и чистой прибыли — 160 лямов. Ну, конечно, что-то приходится и давать им,
чтобы европейские наблюдатели не сильно возмущались, но в целом, кажется, мы нашли новый безотказный способ доить Европу.
Кстати, нам обещают давать еще больше, если мы увеличим въездные квоты. И мы их увеличим! Из европейской солидарности!