Расширение черных списков
В Берлине 12 сентября завершились переговоры глав МИД стран «нормандской четверки» (Россия, Украина, Германия, Франция) по урегулированию ситуации на Украине. Главный их итог: министр иностранных дел Сергей Лавров выразил уверенность, что разногласия по вопросу местных выборов в Донбассе будут преодолены. Ранее СМИ сообщали о намерении Евросоюза и США ввести новый пакет санкций против России в том случае, если власти самопровозглашенных народных республик Донецка и Луганска откажутся проводить местные выборы 25 октября — в тот день, когда они должны пройти на территории остальной Украины. «Лента.ру» размышляет, каким образом стороны могут выйти из дипломатического тупика.
Одностороннее выполнение Минска
Пункт минских соглашений о проведении местных выборов, которые должны состояться не только на территории Украины, но и в самопровозглашенных республиках Донбасса, с самого начала вызывал массу вопросов. Спорных моментов в документе при желании можно найти массу — например, формулировка о переходе контроля границы с Россией в ведение Киева сразу по итогам проведения голосования. Однако после того, как был нарушен пункт 11-й «Комплекса мер по выполнению минских соглашений», предусматривающий проведение конституционной реформы на Украине (он должен содержать в себе в качестве ключевого элемента децентрализацию, а также положение об особом статусе отдельных районов Донецкой и Луганской областей в соответствии со специальным законом Украины), ситуация изменилась.
В итоге местные выборы на Украине запланированы на 25 октября, тогда как в Донецкой республике они назначены на 18 число, а в Луганской — и вовсе на 1 ноября. Ополченцам не оставили выбора — они не могут провести выборы вместе с Украиной, которая наотрез отказывается признавать республики Донбасса стороной переговоров. В результате украинский закон о выборах содержит абсолютно неприемлемые для непризнанных республик положения. Так, в качестве предварительного условия для проведения электорального процесса Киев потребовал полного вывода с территории Донецкой и Луганской республик подразделений ополченцев. Без выполнения этого и ряда других условий, которые фактически означают возврат суверенитета Украины над Донбассом, выборы в подконтрольных ополченцам регионах не состоятся. Более того, Украина фактически привязала проведение выборов на ее условиях с продолжением переговорного процесса — по мнению представителей украинской власти (в частности, главы фракции Блок Петра Порошенко в Верховной раде Юрия Луценко), нынешние лидеры Донбасса нелегитимны, и политического диалога с ними до выборов не будет.
В результате ЛНР и ДНР оказались перед дилеммой: проводить выборы самостоятельно либо остаться без выборов (что противоречит минскому процессу). Руководство республик Донбасса выбрало первый вариант, фактически взяв курс на одностороннее выполнение соглашений. Конечно, они хотели бы признания со стороны международного сообщества, однако это вряд ли возможно — во всяком случае, об этом ополченцев уведомили в ОБСЕ: представители организации предупредили, что для работы в самопровозглашенных республиках наблюдателям необходимо приглашение со стороны официального правительства Украины. Более того, Украина и Европа считают отдельные выборы на Донбассе отказом ополченцев от соблюдения минских соглашений и угрожают санкциями, причем не руководству республик, а непосредственно Москве.
Кровавая жертва
В конфликте вокруг выборов Украина находится в довольно сильной позиции. Киев нарушил минские соглашения, однако 31 августа возле Верховной рады прошел митинг, переросший в уличные беспорядки, против президентского законопроекта о внесении изменений в конституцию страны в части децентрализации власти, одобренного парламентским большинством (265 голосов). В ходе столкновений пострадали более 140 человек, включая представителей правоохранительных органов и журналистов. Эти события были представлены как «кровавая жертва» Киева во имя исполнения минских соглашений, и теперь аналогичных уступок требуют от ополченцев и Москвы. Не способствовала снижению эскалации и позиция Донецка и Луганска, которые демонстративно дистанцировались от украинских выборов и не стали синхронизироваться с ними по датам.
Впрочем, с юридической точки зрения в сильной позиции находится именно Москва. С момента подписания минских соглашений обвинения в нарушении Россией договоренностей выдвигаются с завидной регулярностью, однако ни один из обвинителей, отмечает директор Института стран СНГ Владимир Жарихин, «ни разу не сказал, какой именно пункт Россия не выполняет». Этот момент, кстати, объясняется чрезвычайно просто: сильная переговорная позиция Кремля во время февральской встречи в Минске не позволила обозначить в документах Россию как одну из сторон конфликта.
Полностью игнорируя позицию России и навязывая эскалацию по всем дипломатическим фронтам, европейские партнеры фактически ставят крест на предложениях Кремля урегулировать конфликт. Москва рассчитывала, что Франция и Германия будут придерживаться минских соглашений, и крайне недовольна постоянными попытками Европы отрицать очевидные нарушения этих соглашений Украиной. В ходе закрытых трехсторонних переговоров Берлин и Париж оказывают нешуточное давление на Киев (одним из результатов этого процесса мог стать отказ от широкомасштабного наступления), однако в публичном дипломатическом поле стороны постоянно апеллируют к Москве, априори считая Россию главным «нарушителем» минских соглашений. В этих условиях единственным вариантом для Донбасса остается замораживание конфликта по сценарию Приднестровья — тем более что отдельные элементы развития событий в этом направлении обсуждаются уже довольно давно.
Санкции не удались
Другое дело, что подобная постановка вопроса совершенно невыгодна участникам переговорного процесса, поскольку на политику Украины слишком сильно влияет третья сторона — американцы. В частности, посол США Джеффри Пайетт принимает участие в обсуждении самых важных вопросов украинской внутриполитической повестки, а помощник государственного секретаря США Виктория Нуланд напрямую проводит переговоры с депутатами Рады по вопросам внесения поправок в конституцию Украины. В этих условиях никто не может гарантировать полную управляемость процесса, даже если об этом договорится «нормандская четверка». А значит, эскалация продолжится, что означает и продолжение политики санкций — на любой шаг западных стран Москва будет отвечать симметричными действиями, что нивелирует все достижения российско-европейского диалога с начала года. В Кремле убеждены, что Брюсселю этот конфликт не нужен, и на введение новых ограничений Евросоюз не пойдет. «Европа очень много теряет от тех санкций, которые изначально были наложены США, — считает вице-премьер Аркадий Дворкович. — В некотором смысле санкции США были направлены против Европы, а не против России. И я думаю, что европейские власти теперь подумают дважды, прежде чем продолжать такую политику».
С этим в немалой степени согласен и бывший министр экономики Украины Виктор Суслов. По его мнению, санкции провалились, поскольку не заставили Россию поступиться своими интересами. Он высказывает уверенность в том, что в этих условиях эффективными могут быть только методы реальной дипломатии: переговоры на самом высоком уровне и достижение договоренностей, как это положено между цивилизованными странами. В ходе таких переговоров возможно не только прекращение нынешнего конфликта, но и решение большинства других проблем. Правда, отступить в открытую Евросоюз тоже не может, ведь европейские лидеры выступали гарантами ряда договоренностей и уже стали заложниками проводимого Киевом курса на резкое противостояние.
В результате стороны оказались перед нелегким выбором: украинская власть не может отступить, поскольку после многомесячной пропаганды любой шаг в сторону будет неправильно воспринят внутри страны; европейские партнеры не готовы прислушаться к позиции Москвы, а Россия в условиях тотального нарушения минских соглашений вынуждена жестко отвечать на любые попытки усугубить положение Донбасса. Максимально безопасным для всех остается такой вариант выхода из тупика: в ДНР и ЛНР проводятся выборы (желательно с переносом на 25 октября), а Европейский союз вводит новые санкции, не наносящие России серьезного ущерба. Например, расширяет черные списки за счет новых чиновников и политиков. После этого Москва и ЕС позиционируют местные выборы в Донбассе как шаг, не связанный с минскими соглашениями и являющийся внутренним решением Донецкой и Луганской республик, а затем продолжают попытки реанимировать все договоренности. Во всяком случае, до тех пор, пока не сумеют совместными усилиями выработать новый формат переговоров.
Одностороннее выполнение Минска
Пункт минских соглашений о проведении местных выборов, которые должны состояться не только на территории Украины, но и в самопровозглашенных республиках Донбасса, с самого начала вызывал массу вопросов. Спорных моментов в документе при желании можно найти массу — например, формулировка о переходе контроля границы с Россией в ведение Киева сразу по итогам проведения голосования. Однако после того, как был нарушен пункт 11-й «Комплекса мер по выполнению минских соглашений», предусматривающий проведение конституционной реформы на Украине (он должен содержать в себе в качестве ключевого элемента децентрализацию, а также положение об особом статусе отдельных районов Донецкой и Луганской областей в соответствии со специальным законом Украины), ситуация изменилась.
В итоге местные выборы на Украине запланированы на 25 октября, тогда как в Донецкой республике они назначены на 18 число, а в Луганской — и вовсе на 1 ноября. Ополченцам не оставили выбора — они не могут провести выборы вместе с Украиной, которая наотрез отказывается признавать республики Донбасса стороной переговоров. В результате украинский закон о выборах содержит абсолютно неприемлемые для непризнанных республик положения. Так, в качестве предварительного условия для проведения электорального процесса Киев потребовал полного вывода с территории Донецкой и Луганской республик подразделений ополченцев. Без выполнения этого и ряда других условий, которые фактически означают возврат суверенитета Украины над Донбассом, выборы в подконтрольных ополченцам регионах не состоятся. Более того, Украина фактически привязала проведение выборов на ее условиях с продолжением переговорного процесса — по мнению представителей украинской власти (в частности, главы фракции Блок Петра Порошенко в Верховной раде Юрия Луценко), нынешние лидеры Донбасса нелегитимны, и политического диалога с ними до выборов не будет.
В результате ЛНР и ДНР оказались перед дилеммой: проводить выборы самостоятельно либо остаться без выборов (что противоречит минскому процессу). Руководство республик Донбасса выбрало первый вариант, фактически взяв курс на одностороннее выполнение соглашений. Конечно, они хотели бы признания со стороны международного сообщества, однако это вряд ли возможно — во всяком случае, об этом ополченцев уведомили в ОБСЕ: представители организации предупредили, что для работы в самопровозглашенных республиках наблюдателям необходимо приглашение со стороны официального правительства Украины. Более того, Украина и Европа считают отдельные выборы на Донбассе отказом ополченцев от соблюдения минских соглашений и угрожают санкциями, причем не руководству республик, а непосредственно Москве.
Кровавая жертва
В конфликте вокруг выборов Украина находится в довольно сильной позиции. Киев нарушил минские соглашения, однако 31 августа возле Верховной рады прошел митинг, переросший в уличные беспорядки, против президентского законопроекта о внесении изменений в конституцию страны в части децентрализации власти, одобренного парламентским большинством (265 голосов). В ходе столкновений пострадали более 140 человек, включая представителей правоохранительных органов и журналистов. Эти события были представлены как «кровавая жертва» Киева во имя исполнения минских соглашений, и теперь аналогичных уступок требуют от ополченцев и Москвы. Не способствовала снижению эскалации и позиция Донецка и Луганска, которые демонстративно дистанцировались от украинских выборов и не стали синхронизироваться с ними по датам.
Впрочем, с юридической точки зрения в сильной позиции находится именно Москва. С момента подписания минских соглашений обвинения в нарушении Россией договоренностей выдвигаются с завидной регулярностью, однако ни один из обвинителей, отмечает директор Института стран СНГ Владимир Жарихин, «ни разу не сказал, какой именно пункт Россия не выполняет». Этот момент, кстати, объясняется чрезвычайно просто: сильная переговорная позиция Кремля во время февральской встречи в Минске не позволила обозначить в документах Россию как одну из сторон конфликта.
Полностью игнорируя позицию России и навязывая эскалацию по всем дипломатическим фронтам, европейские партнеры фактически ставят крест на предложениях Кремля урегулировать конфликт. Москва рассчитывала, что Франция и Германия будут придерживаться минских соглашений, и крайне недовольна постоянными попытками Европы отрицать очевидные нарушения этих соглашений Украиной. В ходе закрытых трехсторонних переговоров Берлин и Париж оказывают нешуточное давление на Киев (одним из результатов этого процесса мог стать отказ от широкомасштабного наступления), однако в публичном дипломатическом поле стороны постоянно апеллируют к Москве, априори считая Россию главным «нарушителем» минских соглашений. В этих условиях единственным вариантом для Донбасса остается замораживание конфликта по сценарию Приднестровья — тем более что отдельные элементы развития событий в этом направлении обсуждаются уже довольно давно.
Санкции не удались
Другое дело, что подобная постановка вопроса совершенно невыгодна участникам переговорного процесса, поскольку на политику Украины слишком сильно влияет третья сторона — американцы. В частности, посол США Джеффри Пайетт принимает участие в обсуждении самых важных вопросов украинской внутриполитической повестки, а помощник государственного секретаря США Виктория Нуланд напрямую проводит переговоры с депутатами Рады по вопросам внесения поправок в конституцию Украины. В этих условиях никто не может гарантировать полную управляемость процесса, даже если об этом договорится «нормандская четверка». А значит, эскалация продолжится, что означает и продолжение политики санкций — на любой шаг западных стран Москва будет отвечать симметричными действиями, что нивелирует все достижения российско-европейского диалога с начала года. В Кремле убеждены, что Брюсселю этот конфликт не нужен, и на введение новых ограничений Евросоюз не пойдет. «Европа очень много теряет от тех санкций, которые изначально были наложены США, — считает вице-премьер Аркадий Дворкович. — В некотором смысле санкции США были направлены против Европы, а не против России. И я думаю, что европейские власти теперь подумают дважды, прежде чем продолжать такую политику».
С этим в немалой степени согласен и бывший министр экономики Украины Виктор Суслов. По его мнению, санкции провалились, поскольку не заставили Россию поступиться своими интересами. Он высказывает уверенность в том, что в этих условиях эффективными могут быть только методы реальной дипломатии: переговоры на самом высоком уровне и достижение договоренностей, как это положено между цивилизованными странами. В ходе таких переговоров возможно не только прекращение нынешнего конфликта, но и решение большинства других проблем. Правда, отступить в открытую Евросоюз тоже не может, ведь европейские лидеры выступали гарантами ряда договоренностей и уже стали заложниками проводимого Киевом курса на резкое противостояние.
В результате стороны оказались перед нелегким выбором: украинская власть не может отступить, поскольку после многомесячной пропаганды любой шаг в сторону будет неправильно воспринят внутри страны; европейские партнеры не готовы прислушаться к позиции Москвы, а Россия в условиях тотального нарушения минских соглашений вынуждена жестко отвечать на любые попытки усугубить положение Донбасса. Максимально безопасным для всех остается такой вариант выхода из тупика: в ДНР и ЛНР проводятся выборы (желательно с переносом на 25 октября), а Европейский союз вводит новые санкции, не наносящие России серьезного ущерба. Например, расширяет черные списки за счет новых чиновников и политиков. После этого Москва и ЕС позиционируют местные выборы в Донбассе как шаг, не связанный с минскими соглашениями и являющийся внутренним решением Донецкой и Луганской республик, а затем продолжают попытки реанимировать все договоренности. Во всяком случае, до тех пор, пока не сумеют совместными усилиями выработать новый формат переговоров.
Читайте также:
Не будет никакого нового 22 февраля: война ЕС с Россией уже идет, и 2022 год был началом - аналитики
27.04.2026 10:08
Глобалисты считают, что пока Украина справляется с главной задачей - за счет жизней украинцев ослабляет Россию - нет необходимости открывать "второй фронт".
Где проходит «красная линия»? Яна Поплавская не сдержалась после заявления Лаврова и резко высказалась на пятом году конфликта
Актриса Яна Поплавская эмоционально отреагировала на слова министра иностранных дел России Сергея Лаврова о так называемых «красных линиях».
«Майские праздники станут кровавыми»: подполье перехватило приказ СБУ на массовые теракты в российском тылу
Подполье Николаева передало точные данные: СБУ под контролем британцев отдало приказ — через неделю начинается новая фаза войны. Сотни дронов, ракеты и диверсанты внутри России. Туапсе, Сызрань и Урал — это лишь разминка. Что именно готовит враг на майские праздники и почему удар будет по самому больному месту? Полная картина и прогноз внутри.
Тайный бой у Рени: британские истребители атаковали российские БПЛА — и тут же Лондон с Бухарестом в панике переписали историю
Ночь 25 апреля 2026 года. Британские Typhoon взлетают с румынской базы и, по первым сводкам, открывают огонь по российским дронам прямо у Рени — в полутора километрах от границы НАТО. Через часы всё переписывают: «никакого боя не было». Что произошло на самом деле? Почему Лондон и Бухарест так резко отступили? Полный разбор хронологии, мнений экспертов и скрытых рисков эскалации — читайте, пока
«Очень нужен Смерш прямо сейчас»: как 19-летний предатель из 102-го полка три месяца убивал своих и почему командование этого не увидело
19-летний оператор БПЛА три месяца безнаказанно сливал украинской разведке все позиции, технику и маршруты 102-го полка. Итог — около 150 погибших российских военных. Командование проглядело предателя. Жена пропавшего без вести Дениса Бодрого задала прямой вопрос: когда наконец «Очень нужен Смерш»? Полный разбор и жёсткая аналитика.