Россиян напугал пример Украины
17.09.2015 13:40
1 898
2

Несмотря на падение уровня жизни, массовые протестные акции считают маловероятными 76% жителей РФ (73% в апреле). Таковы данные последнего опроса «Левада-Центра», проведенного 21−24 августа среди 1600 человек в 134 населенных пунктах 46 регионов России.
При этом, несмотря на то, что с весны социально-экономическая ситуация в стране не улучшилась, скорее наоборот, доля россиян, считающих акции с экономическими требованиями возможными, снизилась с 20% в апреле до 17% в августе. Лично принять участие в протестных акциях готовы лишь 13% респондентов (в апреле — 15%), а подавляющее большинство такие мероприятия проигнорирует (80% сейчас и 78% в апреле).
По данным опроса, доля респондентов, считающих политические акции протеста вероятными, с апреля не изменилась (15%). Маловероятными их называют 79% россиян (78% в апреле).
Готовы принять участие в акциях с политическими требованиями 10% россиян (11% в апреле). В то же время 84% респондентов на такие митинги выходить не собираются.
С чем связано нежелание россиян решать социально-экономические и политические проблемы путём уличных протестов?
— На самом деле, полученные в результате опроса цифры, надо понимать условно, — говорит старший научный сотрудник Института социологии РАН, член Научного совета ВЦИОМ Леонтий Бызов. — Из тех, кто заявляет, что готов выйти на уличные протесты, на самом деле выйдет очень незначительное число людей. Не более 2−3%. Социологи уже не раз фиксировали подобную ситуацию.
Мы живём в консервативную эпоху. Большинство людей не готово к публичной деятельности. А многие даже отрицательно к ней относятся.
И это несмотря на то, что, как показывают исследования ВЦИОМ, в последнее время резко снижается уровень социального оптимизма. Просто люди не верят, что протестными акциями можно как-то воздействовать на власть и добиться улучшения экономического положения или политической ситуации. Это связано, в том числе с тем, что в России до сих пор так и не появилось реально независимых сильных профсоюзов, которые могли бы отстаивать права работников. Каждый привык рассчитывать на себя — найти подработку, сэкономить, но ни в коем случае не «терять время» на митингах.
Только когда, что называется «припечёт», россияне готовы выходить на улицу. Однако пока в целом по стране ситуация не столь критична. Массовой безработицы нет.
«СП»: — Насколько долго может продлиться эпоха социальной пассивности?
— Безусловно, понемногу приходят новые поколения, среди которых процент людей, занимающих более активную общественно-социальную позицию, повышается. Но это процесс не быстрый. Пока новых механизмов воздействия на власть молодёжь не выработала.
«СП»: — Может быть, люди считают нынешние экономические трудности результатом исключительно западных санкций, и потому объединяются вокруг власти?
— Да, это во многом так. У нас традиционно претензии к собственной власти сосредотачиваются на нескольких «нехороших» министрах. При этом большинство россиян считает, что именно введение западных санкций стало главной причинной ухудшения социально-экономической ситуации в стране. А власть делает всё возможное, чтобы последствия санкций смягчить. Поэтому протестовать против неё даже как-то непатриотично.
— Примеры Украины, Молдавии, Греции показали, что протестами ни социальную, ни, тем более, экономическую ситуацию в стране не улучшить, — говорит генеральный директор Центра политической информации Алексей Мухин. — Россияне настроены прагматично. Они понимают, что протестами можно только навредить и себе, и государству. Поэтому делают простой выбор: больше работать и экономить.
«СП»: — Между тем, 10% россиян готовы участвовать в протестных акциях с политическими требованиями. Это не так мало. О чём это говорит?
— Готовы — не значит, что будут. Хотя политическая подвижность нашего общества, по-прежнему, довольно высока. У части наших сограждан сохранились иллюзии, что с помощью протестов можно решать какие-то политические проблемы. Однако такого рода проблемы могут и должны решаться на выборах. Ситуация с выборами мэра Иркутска это лишний раз показала.
«СП»: — Может быть, россияне готовы терпеть экономические трудности, потому что считают их порождением давления Запада на Россию?
— Возможно. Официальные СМИ всячески поддерживают эту точку зрения. Но уже очевидно, что вопросы к правительству, к его экономической политике накапливаются. Но выплёскивать своё недовольство на улицы наши сограждане не хотят по причинам, о которых я сказал выше.
— Имеет место определённая адаптация населения России к текущим экономическим трудностям, — считает директор Центра политологических исследований Финансового университета Павел Салин. — Резкий всплеск протестных настроений бывает обычно тогда, когда, соответственно, резко падает уровень жизни или происходят политические катаклизмы. Нечто подобное сейчас происходит в Забайкальском крае, где бюджетникам задерживают зарплату.
Опрос «Левада-центра» показывает «среднюю температуру по больнице». В столице, в крупных городах протестные настроения выше, чем в среднем по России. И как раз в столицах во многом решается судьба власти. Если мы вспомним Февральскую революцию, её делали считанные тысячи людей в Петрограде и Москве.
И есть ещё важный фактор, влияющий на стабильность в стране, не отражённый в данном опросе. Если хотя бы 10% населения готовы выходить на улицу не против действующей власти, а в её защиту, тогда революции и перевороты маловероятны. А вот если таких людей практически нет, как было в 1917 и в 1991 годах, тогда даже небольшое число протестующих представляет опасность для власти.
«СП»: — Может быть, россияне готовы терпеть экономические трудности, потому что они во многом вызваны санкциями, желанием Запада наказать Россию «за Крым и Донбасс»?
— Да, такие настроения есть, и они удобны для власти. В прошлом году она их активно эксплуатировала в СМИ. Но эти настроения обычно не держаться долго. Если вспомнить Первую мировую войну, то патриотический подъём первого года войны уже через пару лет сменился сначала апатией, а потом и неприятием власти.
Сегодня мы наблюдаем постепенный спад «патриотических эмоций», связанных с «Крымской весной». Думаю, уже к следующему году эти настроения перестанут оказывать заметное влияние на общество в целом.
Источник: Свободная пресса
При этом, несмотря на то, что с весны социально-экономическая ситуация в стране не улучшилась, скорее наоборот, доля россиян, считающих акции с экономическими требованиями возможными, снизилась с 20% в апреле до 17% в августе. Лично принять участие в протестных акциях готовы лишь 13% респондентов (в апреле — 15%), а подавляющее большинство такие мероприятия проигнорирует (80% сейчас и 78% в апреле).
По данным опроса, доля респондентов, считающих политические акции протеста вероятными, с апреля не изменилась (15%). Маловероятными их называют 79% россиян (78% в апреле).
Готовы принять участие в акциях с политическими требованиями 10% россиян (11% в апреле). В то же время 84% респондентов на такие митинги выходить не собираются.
С чем связано нежелание россиян решать социально-экономические и политические проблемы путём уличных протестов?
— На самом деле, полученные в результате опроса цифры, надо понимать условно, — говорит старший научный сотрудник Института социологии РАН, член Научного совета ВЦИОМ Леонтий Бызов. — Из тех, кто заявляет, что готов выйти на уличные протесты, на самом деле выйдет очень незначительное число людей. Не более 2−3%. Социологи уже не раз фиксировали подобную ситуацию.
Мы живём в консервативную эпоху. Большинство людей не готово к публичной деятельности. А многие даже отрицательно к ней относятся.
И это несмотря на то, что, как показывают исследования ВЦИОМ, в последнее время резко снижается уровень социального оптимизма. Просто люди не верят, что протестными акциями можно как-то воздействовать на власть и добиться улучшения экономического положения или политической ситуации. Это связано, в том числе с тем, что в России до сих пор так и не появилось реально независимых сильных профсоюзов, которые могли бы отстаивать права работников. Каждый привык рассчитывать на себя — найти подработку, сэкономить, но ни в коем случае не «терять время» на митингах.
Только когда, что называется «припечёт», россияне готовы выходить на улицу. Однако пока в целом по стране ситуация не столь критична. Массовой безработицы нет.
«СП»: — Насколько долго может продлиться эпоха социальной пассивности?
— Безусловно, понемногу приходят новые поколения, среди которых процент людей, занимающих более активную общественно-социальную позицию, повышается. Но это процесс не быстрый. Пока новых механизмов воздействия на власть молодёжь не выработала.
«СП»: — Может быть, люди считают нынешние экономические трудности результатом исключительно западных санкций, и потому объединяются вокруг власти?
— Да, это во многом так. У нас традиционно претензии к собственной власти сосредотачиваются на нескольких «нехороших» министрах. При этом большинство россиян считает, что именно введение западных санкций стало главной причинной ухудшения социально-экономической ситуации в стране. А власть делает всё возможное, чтобы последствия санкций смягчить. Поэтому протестовать против неё даже как-то непатриотично.
— Примеры Украины, Молдавии, Греции показали, что протестами ни социальную, ни, тем более, экономическую ситуацию в стране не улучшить, — говорит генеральный директор Центра политической информации Алексей Мухин. — Россияне настроены прагматично. Они понимают, что протестами можно только навредить и себе, и государству. Поэтому делают простой выбор: больше работать и экономить.
«СП»: — Между тем, 10% россиян готовы участвовать в протестных акциях с политическими требованиями. Это не так мало. О чём это говорит?
— Готовы — не значит, что будут. Хотя политическая подвижность нашего общества, по-прежнему, довольно высока. У части наших сограждан сохранились иллюзии, что с помощью протестов можно решать какие-то политические проблемы. Однако такого рода проблемы могут и должны решаться на выборах. Ситуация с выборами мэра Иркутска это лишний раз показала.
«СП»: — Может быть, россияне готовы терпеть экономические трудности, потому что считают их порождением давления Запада на Россию?
— Возможно. Официальные СМИ всячески поддерживают эту точку зрения. Но уже очевидно, что вопросы к правительству, к его экономической политике накапливаются. Но выплёскивать своё недовольство на улицы наши сограждане не хотят по причинам, о которых я сказал выше.
— Имеет место определённая адаптация населения России к текущим экономическим трудностям, — считает директор Центра политологических исследований Финансового университета Павел Салин. — Резкий всплеск протестных настроений бывает обычно тогда, когда, соответственно, резко падает уровень жизни или происходят политические катаклизмы. Нечто подобное сейчас происходит в Забайкальском крае, где бюджетникам задерживают зарплату.
Опрос «Левада-центра» показывает «среднюю температуру по больнице». В столице, в крупных городах протестные настроения выше, чем в среднем по России. И как раз в столицах во многом решается судьба власти. Если мы вспомним Февральскую революцию, её делали считанные тысячи людей в Петрограде и Москве.
И есть ещё важный фактор, влияющий на стабильность в стране, не отражённый в данном опросе. Если хотя бы 10% населения готовы выходить на улицу не против действующей власти, а в её защиту, тогда революции и перевороты маловероятны. А вот если таких людей практически нет, как было в 1917 и в 1991 годах, тогда даже небольшое число протестующих представляет опасность для власти.
«СП»: — Может быть, россияне готовы терпеть экономические трудности, потому что они во многом вызваны санкциями, желанием Запада наказать Россию «за Крым и Донбасс»?
— Да, такие настроения есть, и они удобны для власти. В прошлом году она их активно эксплуатировала в СМИ. Но эти настроения обычно не держаться долго. Если вспомнить Первую мировую войну, то патриотический подъём первого года войны уже через пару лет сменился сначала апатией, а потом и неприятием власти.
Сегодня мы наблюдаем постепенный спад «патриотических эмоций», связанных с «Крымской весной». Думаю, уже к следующему году эти настроения перестанут оказывать заметное влияние на общество в целом.
Источник: Свободная пресса
Читайте также:
Над российским флотом нависла новая угроза: Европа штампует тысячи K3 Scout – убийц, которые меняют войну на море
Европа не экспериментирует — она уже запустила серийное производство тысяч K3 Scout. Эти скоростные, почти невидимые морские дроны способны за тысячи километров атаковать любой российский танкер или корабль. От Чёрного моря до Атлантики. Почему это стратегическая угроза и как Россия может ответить — полный разбор с цифрами и фактами.
«Очень нужен Смерш прямо сейчас»: как 19-летний предатель из 102-го полка три месяца убивал своих и почему командование этого не увидело
19-летний оператор БПЛА три месяца безнаказанно сливал украинской разведке все позиции, технику и маршруты 102-го полка. Итог — около 150 погибших российских военных. Командование проглядело предателя. Жена пропавшего без вести Дениса Бодрого задала прямой вопрос: когда наконец «Очень нужен Смерш»? Полный разбор и жёсткая аналитика.
Не будет никакого нового 22 февраля: война ЕС с Россией уже идет, и 2022 год был началом - аналитики
27.04.2026 10:08
Глобалисты считают, что пока Украина справляется с главной задачей - за счет жизней украинцев ослабляет Россию - нет необходимости открывать "второй фронт".
Удар по БДК в Крыму и шок Подоляки: почему Суровикин срочно нужен, чтобы не проиграть войну дронов
В ночь на 26 апреля украинские дроны сожгли сразу несколько БДК в Севастополе. Подоляка впервые прямо говорит: мы потеряли слишком много времени, Европа стала тыловым цехом Киева, а количество дронов растёт в разы. Почему именно сейчас возвращение Суровикина может стать единственным шансом не увязнуть в затяжной войне? Полный разбор самого опасного сценария 2026 года.
«Маленькая ядерная война принесет победу России»: Европе пора внушить настоящий ужас
26.04.2026 17:49
Маленькая ядерная война может предотвратить большую. Она вполне вероятна, и не стоит избегать ее любой ценой. Такую мысль озвучил военный эксперт Сергей Караганов, почетный председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике.