Раскулачивание «нефтянки»

http://svpressa.ru/economy/article/132272/Минфин предложил увеличить налоговую нагрузку на нефтяную отрасль. Об этом сообщает «Коммерсант». Речь идет об изменения схемы расчета налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ) по нефти. Согласно прогнозам ведомства, в этом случае дополнительные доходы федерального бюджета в 2016 году могут составить 609 млрд рублей, в 2017 году — 525 млрд, а в 2018 году — 476 млрд.

По Минфину, получить за три года 1,6 трлн рублей дополнительных доходов в федеральной бюджет довольно просто. Достаточно при расчете НДПИ определять так называемый вычет — минимальный необлагаемый налогами уровень цены на нефть (сейчас он составляет $15) — с помощью некого условного курса рубля к доллару. Так, в 2016 году предлагается применять средний курс 2014 года, индексированный на инфляцию 2015 года, — 43,8 рублей за доллар. Что, понятно, ощутимо ниже текущего курса. В итоге этих манипуляций, реальная рублевая ставка НДПИ вырастет.

Но интересна даже не эта бухгалтерская казуистика, а «моральные основания» предложения Минфина. Ведомство утверждает, что благодаря девальвации рубля в конце 2014 года, российские нефтекомпании оказались сейчас в супер-комфортных условиях. Их налоги существенно снизились, а рублевые затраты на добычу остались прежними. В итоге, нефтекомпании РФ сейчас чувствуют себя — с точки зрения налоговой нагрузки — даже лучше, чем при цене нефти $90 за баррель.


И это в ситуации, когда Минфин лезет из кожи вон, чтобы изыскать источники для покрытия дефицита. Между тем, дополнительные 400−500 млрд рублей доходов бюджета в год позволяют сохранить хотя бы часть средств Резервного фонда и Фонда национального благосостояния (ФНБ), иначе все резервы могут быть исчерпаны уже к 2018 году.

Казалось бы, идея изъять «девальвационные» доходы нефтяников — правильная. Но сами нефтекомпании с ней, разумеется, категорически не согласны. И апеллируют они к президенту Владимиру Путину, который в декабре 2014 года пообещал в послании к Федеральному собранию не ухудшать налоговых условий до 2018 года. Да и глава Минфина Антон Силуанов еще в июне говорил, что в ближайшие три года налоговая нагрузка на бизнес расти не должна.

Есть и чисто экономический довод не в пользу новации Минфина. Увеличение налоговой нагрузки на нефтяников неизбежно приведет к сокращению инвестиций внутри отрасли. В перспективе это чревато и сокращением добычи углеводородов.

Поддержит ли правительство инициативу Минфина, что реально можно сделать на дополнительные «нефтяные» деньги?

— Налоговое бремя нефтяных компаний действительно уменьшилось из-за ослабления рубля, — считает президент Центра стратегических коммуникаций Дмитрий Абзалов. — Нефтяники получают выручку в долларах, а добычу оплачивают рублями. Однако я бы не преувеличивал эффект «девальвационной прибыли». Хотя бы потому, что значительную часть сервисного оборудования нефтяники покупают за валюту. К тому же в целом положение отрасли в последнее время ухудшилось: антироссийские санкции затруднили доступ нефтекомпаний к внешнему финансированию, поэтому в большинство проектов им приходится инвестировать из собственных средств. При таком раскладе, понятно, много денег не бывает.

Тем не менее, ситуация требует, чтобы доходы от «нефтянки» были увеличены и инвестированы в социальные обязательства. С точки зрения правительства РФ, если обвалится социалка, кабмину будет уже не до спасения нефтекомпаний. Да и сохранение средств Резервного фонда и ФНБ — тоже правильный приоритет.

Именно поэтому я считаю, что увеличение налогообложения в нефтяной отрасли все же произойдет. Вопрос только, в каком формате это будет сделано.

Напомню, изначально планировалось, что правительство будет повышать НДПИ на нефть, но одновременно — снижать экспортную пошлину. Это позволяло сместить упор в сфере налогообложения с экспорта на добычу. Но сейчас, думаю, эти планы будут скорректированы, и экспортные пошлины снижаться не будут, несмотря на рост НДПИ.

«СП»: — Что реально позволяют дополнительные «нефтяные» деньги?

— Дефицит бюджета в 2016 году, исходя из базовых проектировок Минфина, может превысить 1 трлн рублей. В теории, весь этот дефицит можно перекрыть за счет жесткого варианта налогообложения нефтяной отрасли. Но, скорее, речь будет идти о повышении налогов на «нефтянку» на дополнительные 300−500 млрд рублей в год.

Это поможет смягчить падение российской экономики, а главное — избежать полноформатного секвестра бюджета. Дополнительных «нефтяных» денег будет достаточно, чтобы спокойно пройти выборы в Госдуму 2016 года и президентские выборы 2018-го. Пройти без серьезных потерь вроде снижения пенсионных обязательств, или отказа от индексации пенсий, или даже без повышения пенсионного возраста уже с 2016 года.

На мой взгляд, логика в повышении налоговой нагрузки на нефтяников присутствует. Это поможет стране пережить тяжелый экономический период. А в перспективе, инструменты дополнительного инвестирования отрасли могут снова заработать, если будут сняты санкционные ограничения. Это значит, «нефтянка» наверстает потери в развитии, на которые придется пойти сегодня.

— Если исходить из текущего момента, с точки зрения Минфина, все экспортеры получают сейчас преимущества за счет девальвации рубля, — отмечает доктор экономических наук, декан факультета международного энергетического бизнеса РГУ нефти и газа им. И.М. Губкина Елена Телегина. — Но это — краткосрочная ситуация. Если исходить из «коротких» интересов, с нефтяников действительно можно что-то взять дополнительно.

Но надо понимать и другое: нефтяная отрасль очень капиталоемкая. В ней большие инвестиции, они высокорискованные, и притом долго окупаются. Повышение налогов приведет к тому, что нефтяники не будут инвестировать в разведку и разработку новых месторождений. В конечном итоге, это приведет к тому, что через несколько лет добыча упадет.

Словом, если исходить из долгосрочных интересов, нефтяную отрасль трогать не следует. Однако в России краткосрочные интересы зачастую преобладают.

«СП»: — Ваш прогноз: пойдет ли правительство на увеличение налогов на «нефтянку»?

— Я понимаю трудности, с которыми правительство сталкивается, когда проектирует бюджет. Социальные обязательства необходимо финансировать, а для этого нужно изыскивать деньги. Взять эти деньги, кроме как с крупных производителей — тех же нефтяников — неоткуда. Поэтому весьма вероятно, что предложение Минфина будет в той или иной степени одобрено…

— Если правительство поддержит Минфин, нефтяная отрасль полностью лишится инвестиций, — уверен зампредседателя комитета Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) по промышленной политике, регулированию естественных монополий и тарифам Владимир Рудашевский. — Это означает, что уже с 2016 года дебет нефтяных скважин начнет сокращаться. На мой взгляд, резать курицу, которая несет золотые яйца — не лучший вариант для спасения бюджета.

По замыслу Минфина, нефтяники должны дополнительно выплачивать в бюджет примерно по 0,5 трлн рублей в год — в течение трех лет. Должен сказать, это гораздо больше того объема инвестиций, который нефтекомпании планировали привлечь в ближайшие годы. Другими словами, это очень немалые суммы, которые могли бы пойти на развитие.

В предложении Минфина есть и еще один отрицательный момент: ведомство вносит нестабильность в налоговую систему. Между тем, незыблемые правила игры в налоговой сфере — залог того, что система будет работать, а налоги — уплачиваться вовремя.

«СП»: — Все крупнейшие российские нефтекомпании более чем на 50% принадлежат государству. Получается, государство вправе само решать, по какой схеме забрать нынешнюю «девальвационную прибыль» — через налоги или через дивиденды. Разве нет?

— Конечно, это право государства. Но, с другой стороны, не следует забывать, что нефтяные компании — одни из основных поставщиков доходов бюджета. Раз так — с ними следует обращаться аккуратно. Я лично не сомневаюсь, что тот же президент «Роснефти» Игорь Сечин приложит максимум усилий, чтобы инициативу Минфина блокировать…

Источник: Свободная пресса