Financial Times: Мир переживает нечто более опасное, чем холодная война

В настоящее время противостояние России и Запада нельзя оценивать масштабами холодной войны. Как утверждает в своей статье в Financial Times Роберт Сервис, сейчас мы живем в более опасные и непредсказуемые времена. Впрочем, дипломатические инициативы Путина в отношении Сирии заслуживают серьезного изучения, уточняет автор.

С того момента, как Владимир Путин присоединил Крым к России, Запад обнаружил, что для объяснения смысла сегодняшней геополитики приходится оперировать терминами из прошлого – времен холодной войны, пишет в статье для Financial Times Роберт Сервис.

Тогда - в частности, это касается Карибского кризиса 1962 года - весь мир дрожал от страха в ожидании ядерного апокалипсиса. Подобная перспектива оставалась реальностью до конца 80-х, когда Михаил Горбачев и Рональд Рейган не начали процесс разоружения.


Реакция на действия Путина на Украине со стороны западных лидеров была быстрой и жесткой, утверждает автор статьи. Обама, Меркель и Кэмерон согласились наложить на РФ экономические санкции, что привело к еще большему спаду в экономике и к тому, что в декабре 2014 года Владимир Путин признал перед россиянами, что настали тяжелые времена.

Россия представляет собой плодородную почву для патриотических настроений: чем больше Путина критикуют западные лидеры, тем выше уровень его популярности внутри страны. И все же его авторитарные методы делают его уязвимым перед неожиданными протестами, когда люди решают, что с них довольно, утверждает Роберт Сервис и напоминает читателям о судьбе Муаммара Каддафи. Страх народных волнений постоянно тяготит Владимира Путина, считает автор статьи.

Москва, безусловно, модернизирует свою армию, но ее технологическая база, по мнению автора статьи, безнадежно отстает от американской. Реальность такова, что Владимир Путин не может рисковать войной с НАТО, пока он сам и его «разжиревшая элита» не будут готовы отказаться от нажитых нечестным трудом богатств.

Россия «выросла из куколки коммунизма в авторитарно-капиталистическую гусеницу». Однако автору статьи известны более успешные – по сравнению с Россией - примеры стран, диверсифицировавших свои экономики. Например, Сингапур. У России нет союзников, напоминает автор, разве что «разваливающийся сателлит» – асадовская Сирия. В настоящее время противостояние России и Запада нельзя оценивать масштабами холодной войны, сейчас мы живем в более опасные времена, уверяет автор статьи.

Было бы слишком оптимистично ожидать, что Владимир Путин сменит курс. Пока что его рейтинг внутри России растет, когда он «задирает соседей», однако в долгосрочной перспективе Путин, скорее всего, покажет себя недальновидным геополитическим стратегом. Дипломатические инициативы Путина в отношении Сирии заслуживают серьезного изучения, но он не потерял интереса к Украине. Выпустив на свободу псов национализма, ему будет тяжело снова взять их на поводок, даже если Путин этого захочет, пишет Роберт Сервис. Все это делает ситуацию в мире еще менее предсказуемой, чем во времена холодной войны, когда соблюдалось политическое равновесие между странами.

«В каком-то смысле сейчас мы живем в еще более опасные времена. Искры на отдаленных границах могут привести к незапланированным и взрывным последствиям», - делает вывод Роберт Сервис.