Россия показала в Сирии как вести войну по-настоящему, а не по-американски

Действия российской авиации за последние несколько дней показали, чего можно добиться в случае, если вести войну с боевиками по-настоящему, а не по-американски. Согласно данным Пентагона на субботу (по американскому времени) их коалиция нанесла 10 ударов по позициям боевиков в Сирии, уничтожив несколько транспортных средств, пункт управления, огневую позицию.

Российская же авиация, по данным начальника главного оперативного управления Генштаба вооруженных сил РФ генерал-полковника Андрея Картаполова, за три дня совершила около 60 вылетов и уничтожила около 50 объектов инфраструктуры боевиков: пункты управления, склады с боеприпасами и взрывчаткой, узлы связи, мини-заводы по производству оружия террористов-смертников и лагеря подготовки бойцов. В результате, по словам , генерала, «удалось подорвать материально-техническую базу террористов и существенно снизить их боевой потенциал… В их рядах началась паника и дезертирство. Около 600 наемников оставили свои позиции и пытаются выбраться в Европу». При этом российские военные отрицают факты массовой гибели мирного населения от российских бомбардировок. По их словам, это технически невозможно, поскольку для ударов по объектам инфраструктуры применяются так называемые «умные бомбы» с точностью попадания плюс/минус два метра.

При этом российские власти уверяют, что сирийская операция в нынешнем ее виде не повисла неподъемной ношей на российском бюджете, как и накачка техникой сирийской армии. «Да, мы поставляем туда оружие, но это тоже не фантастические суммы, это может быть сотни миллионов долларов», — отметил Дмитрий Медведев.


Что же касается дипломатических затрат, то тут все не так однозначно. Друзья и спонсоры боевиков из так называемой светской оппозиции продолжают выступать с критикой действий России. Однако эта критика достаточно мягкая. «Абсолютно ясно, что Россия не делает различия между ИГИЛ и легитимными сирийскими оппозиционными группами. Как результат, она фактически поддерживают жестокости Асада и помогают ему, делая ситуацию хуже», — заявил британский премьер Дэвид Кэмерон. С аналогичными заявлениями выступал и французский президент, и даже американский. Столь невразумительная позиция связана прежде всего с тем, что западные лидеры не могут внятно объяснить почему нельзя бомбить так называемую светскую оппозицию. На встрече Нормандской четверки «поднималась тема со стороны наших партнеров о том, что, дескать, по их мнению, удары наносятся не по ИГ, а удары, дескать, наносятся по умеренной, так называемой умеренной оппозиции, — рассказал пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. — Путин достаточно живо интересовался и спрашивал, чем умеренная оппозиция отличается от неумеренной оппозиции». Ответа, по словам Пескова, Путин не получил.

Да, теоретически Запад может говорить мягко, но действовать жестко. Представители так называемой светской оппозиции уже запросили у Вашингтона ПЗРК для защиты от российских самолетов. По официальной информации Пентагон «рассматривает» просьбу своих подопечных. По неофициальной же им было отказано.

Причин отказа как минимум две. Во-первых, поставки ПЗРК могут привести к серьезному конфликту с Россией и как минимум пересмотру Москвой компромисса, который был достигнут относительно политического будущего Сирии. Белый Дом открестился от такого варианта. «Мы не собираемся превращать Сирию в «войну через представителей» между Россией и США. Это было бы плохой стратегией с нашей стороны», — пояснил Обама. Во-вторых — и это куда важнее — за боевиками светской оппозиции давно закрепилась репутация надежнейших поставщиков оружия и персонала для исламистских группировок — Джебхат-ан-Нусры и ИГ. А боевики, безусловно, захотят получить американские ПЗРК, но не для того, чтобы сбивать российские самолеты в Сирии, а для того, чтобы, например, ликвидировать американские летательные аппараты в Ираке. Или гражданские авиалайнеры в других точках мира. Любой такой теракт с использованием американского оружия станет настоящей имиджевой катастрофой для нынешней администрации.

Возможно, адекватность Запада связана и с тем, что между ЕС, США и Россией есть крайне шаткий, но компромисс. Все хотят чтобы Россия помогла ликвидировать военную структуру ИГ. Все понимают, что начать полномасштабную войну против ИГ невозможно до тех пор, пока в тылу сирийской армии действуют отряды оппозиции, часть из которой не хочет следовать совету американских друзей и подписывать компромиссное соглашение с Асадом. Поэтому весьма вероятно, что эта критика спадет после того, как российские самолеты и сирийская армия решат вопрос с северным и южным анклавом оппозиции. Их либо уничтожат, либо принудят сложить оружие на приемлемых условиях. По некоторым данным, процесс уже идет — только за последние несколько дней в провинции Дераа властям сдалось около 700 боевиков с оружием.

Однако такой вариант не устраивает основных спонсоров радикальной части боевиков и исламистов — Саудовскую Аравию и Турцию. Самые серьезные проблемы возникнут у турок, поскольку при исчезновении ширмы «защита демократической оппозиции» им будет куда сложнее продвигать защиту интересов исламистских группировок. «Я обязательно встречусь с Путиным, чтобы обсудить с ним ситуацию в Сирии и выразить свою озабоченность по этому вопросу. Раз наши страны друзья, я попрошу его провести переоценку действий России в Сирии. — говорит турецкий президент Реджеп Эрдоган. — Путин сказал мне, что если Асад уйдет, то на его место придет ИГ. Я ответил ему, что мы при поддержке сирийского народа вместе справимся с этим злом». Ни Москву, ни, по идее, Европу такой вариант не устраивает, поэтому Турция в этом вопросе (как и в вопросе обуздания курдских ополчений Сирии) останется в гордом одиночестве против России и Ирана.