КНР против «Исламского государства»
Китай может присоединиться к военной операции РФ в Сирии.
Практически одновременно из разных источников стали поступать сообщения, что Китайская Народная Республика готова оказать поддержку России в проведении военной операции против «Исламского государства». Часть этих сообщений не получила официального подтверждения, но дыма без огня не бывает. Вспомним, еще за несколько недель до того, как Россия начала наносить бомбовые удары по ИГ, стали множиться слухи о российских военных в Сирии.
Что говорят сейчас в Сирии: радиостанция «Голос Бейрута», ссылаясь на высокопоставленные источники в группировке «Хезболла», сообщила о скорой переброске солдат Народно-освободительной армии Китая в арабскую республику. А неделю назад появилась информация, что в Средиземное море уже вошел китайский крейсер, за ним следом идет авианосец КНР, и движутся они по направлению к Латакии. При этом СМИ ссылались на заявление члена комитета Совета Федерации по международным делам Игоря Морозова. Эти данные не подтвердились, но шороху они навели. Турецкие СМИ уже публикуют серьезную аналитику о том, почему участие КНР в военной операции в Сирии не приведет ни к чему хорошему, а лишь усугубит хаос. Но это, разумеется, пропаганда.
В целом военное участие КНР в операции против ИГ сегодня вполне возможно, хотя до последнего времени в экспертной среде преобладало мнение, что Китай будет мудро придерживаться нейтральной позиции. Вопрос в том, каким образом он окажет нам поддержку. В любом случае нет сомнений, что совместная российско-китайская операция в Сирии окажется успешной. Этот успех окончательно дискредитирует США в глазах мировой общественности: Вашингтон, возглавив международную коалицию против ИГ, так и не смог добиться видимых результатов.
Здесь стоит вспомнить и то, какую волну обсуждений на Западе породил новый этап российско-китайского сотрудничества, в коем в первую очередь увидели возможный военный союз. Продемонстрировали готовность России и Китая действовать рука об руку и Парад 9 мая в Москве, и торжественный парад в Пекине 3 сентября в честь окончания Второй мировой войны, в которых принимали участие военнослужащие обеих стран, а также совместные военно-морские учения в Средиземном море у побережья Египта.
Позиция Китая
На словах Пекин полностью поддерживает Москву. За последнее время прозвучало несколько заявлений китайских официальных лиц в этом ключе, но представители военных структур хранят молчание.
29 сентября специальный представитель президента РФ по Ближнему Востоку и странам Африки, заместитель министра иностранных дел Михаил Богданов и посол КНР в Москве Ли Хуэй обсудили развитие ситуации в Сирии и противодействие угрозе «Исламского государства». Акцент был сделан на вопросах обеспечения российско-китайского политического и дипломатического взаимодействия в связи с резким обострением обстановки вокруг Дамаска.
Обсуждалось сотрудничество РФ и КНР, постоянных членов Совбеза ООН, и «на полях» 70-й сессии Генеральной ассамблеи ООН. Китай поддержал предложение президента Владимира Путина о создании широкой коалиции по Сирии с участием мусульманских стран, высказанное в ходе выступления на Генассамблее.
«Россия и Китай должны вместе работать с целью защиты устава ООН и основных норм международных отношений, поддерживать активную роль организации в международных вопросах, содействовать мирному урегулированию кризиса в Сирии», — заявил глава МИД КНР Ван И по итогам встречи с главой МИД РФ Сергеем Лавровым.
А вот в плане КНР по разрешению сирийского кризиса, который озвучил 30 сентября официальный представитель МИД КНР Хун Лэй, подчеркивается, что военные меры не способствуют выходу из кризиса. Однако прозвучало это еще до начала операции РФ, в той реальности, когда удары по ИГ наносили только члены коалиции, возглавляемой Вашингтоном.
Заместитель директора Института стран Азии и Африки МГУ Андрей Карнеев считает, что слухи о китайских военных в Сирии могут и не подтвердиться, но можно предположить, что китайское руководство готово открыто продемонстрировать определенную степень поддержки Москве.
«В свое время, когда сирийский вопрос обсуждался в Совбезе ООН и была совершена попытка протащить резолюцию, осуждающую Дамаск, Китай и Россия консолидировано выступили против. Но тогда считалось, что Китай, скорее, выразил поддержку России, наложив вето. Но проецировать эту ситуацию на сегодняшнюю я бы не стал», — напоминает Карнеев.
Востоковед констатирует, что если Пекин раньше держался в стороне от региональных кризисов, то теперь он активнее включается в их разрешение. В этом видится растущая роль Китая в мире. Тем не менее, по прогнозам Карнеева, КНР будет осторожно и взвешенно подходить к сирийскому конфликту и перспективы участия Пекина в военной операции невелики. В то же время есть уверенность, что Китай заинтересован в стабилизации обстановки на Ближнем Востоке.
«Интересы Китая в этом регионе присутствуют. В частности, в Ираке на освоение нефтяных месторождений активно работали китайские компании. Китай заинтересован и в ликвидации очага религиозного терроризма, потому что есть Синьцзян-Уйгурский автономный район, где проживает мусульманское население, есть они и в других провинциях. Но по степени вовлеченности он на порядок уступает России, для которой Сирия многолетний союзник», — рассуждает Карнеев.
Реалистичный сценарий
Если же смотреть на вещи реалистично, то не стоит полностью исключать возможность участия Китая в военных действиях в Сирии, но при этом не нужно и преувеличивать его масштабы. В этом случае важно именно политическое значение действий КНР на сирийском фронте.
Первый вице-президент Академии геополитических проблем Константин Сивков убеждне, что Китай примет участие в военной операции в Сирии, но весьма ограниченным контингентом сухопутных войск и авиации.
«Начнем с того, что расстояние от Китая до Сирии более 8 тысяч морских миль. Чтобы Китаю там содержать серьезную военную группировку, нужен мощный флот для ее снабжения, соответственно, возрастает и стоимость самого снабжения. Таким образом, широких возможностей по военной помощи РФ в Сирии Китай фактически лишен, то есть ему придется опираться на возможности, которые ему предоставят та же Сирия и Россия. Поэтому туда могут быть отправлены ограниченные контингенты войск и авиации», — рассуждает Сивков. При этом встанет вопрос о создании авиабазы, потому что имеющаяся емкость российской авиабазы невелика и на данный момент занята нашими вертолетами и самолетами. Поэтому в Сирии будет сражаться с ИГ либо подгруппа китайских наземных войск, либо спецназ.
Несмотря на возможно ограниченное участие КНР, Сивков серьезно оценивает его последствия. По его мнению, втягивание Китая в войну с Сирией со стороны России фактически означает, что созданы все условия для начала третьей мировой. Речь идет уже не о конфликте между региональными государствами, а о театре военных действий, в котором «выступают» все ведущие центры силы.
«В сирийском конфликте западные и российско-китайские интересы диаметрально противоположны. Фундаментальное и глобальное противоречие заключено в понимании модели мира — многополярной или монополярной. Китай раньше дистанцировался и держался в стороне, но на Генассамблее выступил не просто с позиции, что будет поддерживать Россию, но и пошел дальше, заявив, что нужно резко сокращать свободу рынка и увеличивать государственное регулирование, а это наступление на интересы США и транснациональных кампаний. Фактически это объявление войны, и Китай на это пошел осознанно. Участие России и Китая в войне в Сирии — это пролог третьей мировой войны, потому что ныне существует только три центра силы: это западная цивилизация во главе с США, евразийская во главе с Россией и китайская во главе с КНР. И сегодня в Сирии мы можем увидеть столкновение этих трех мировых центров», — убежден Сивков.
От себя отметим, что контуры третьей мировой войны проступили намного раньше, и в Сирии начинается лишь новая фаза. Войны сегодня не носят открытый характер, и сообщения о появлении китайского флота в Латакии — это уже элемент информационной войны. Трудно представить, что Китай и Россия вступят в открытое противостояние с Западом, скорее, в Сирии мы увидим демонстрацию реального действия той силы, которая была представлена на Параде 9 мая в Москве и в сентябре в Пекине. РФ и КНР могут сформировать альтернативную коалицию против «Исламского государства». Очевиден и факт влияния российско-китайского сотрудничества на внешнюю политику Пекина, который осознанно пошел на построение многополярного мира вместе с Россией и готов защищать его военной силой.
Практически одновременно из разных источников стали поступать сообщения, что Китайская Народная Республика готова оказать поддержку России в проведении военной операции против «Исламского государства». Часть этих сообщений не получила официального подтверждения, но дыма без огня не бывает. Вспомним, еще за несколько недель до того, как Россия начала наносить бомбовые удары по ИГ, стали множиться слухи о российских военных в Сирии.
Что говорят сейчас в Сирии: радиостанция «Голос Бейрута», ссылаясь на высокопоставленные источники в группировке «Хезболла», сообщила о скорой переброске солдат Народно-освободительной армии Китая в арабскую республику. А неделю назад появилась информация, что в Средиземное море уже вошел китайский крейсер, за ним следом идет авианосец КНР, и движутся они по направлению к Латакии. При этом СМИ ссылались на заявление члена комитета Совета Федерации по международным делам Игоря Морозова. Эти данные не подтвердились, но шороху они навели. Турецкие СМИ уже публикуют серьезную аналитику о том, почему участие КНР в военной операции в Сирии не приведет ни к чему хорошему, а лишь усугубит хаос. Но это, разумеется, пропаганда.
В целом военное участие КНР в операции против ИГ сегодня вполне возможно, хотя до последнего времени в экспертной среде преобладало мнение, что Китай будет мудро придерживаться нейтральной позиции. Вопрос в том, каким образом он окажет нам поддержку. В любом случае нет сомнений, что совместная российско-китайская операция в Сирии окажется успешной. Этот успех окончательно дискредитирует США в глазах мировой общественности: Вашингтон, возглавив международную коалицию против ИГ, так и не смог добиться видимых результатов.
Здесь стоит вспомнить и то, какую волну обсуждений на Западе породил новый этап российско-китайского сотрудничества, в коем в первую очередь увидели возможный военный союз. Продемонстрировали готовность России и Китая действовать рука об руку и Парад 9 мая в Москве, и торжественный парад в Пекине 3 сентября в честь окончания Второй мировой войны, в которых принимали участие военнослужащие обеих стран, а также совместные военно-морские учения в Средиземном море у побережья Египта.
Позиция Китая
На словах Пекин полностью поддерживает Москву. За последнее время прозвучало несколько заявлений китайских официальных лиц в этом ключе, но представители военных структур хранят молчание.
29 сентября специальный представитель президента РФ по Ближнему Востоку и странам Африки, заместитель министра иностранных дел Михаил Богданов и посол КНР в Москве Ли Хуэй обсудили развитие ситуации в Сирии и противодействие угрозе «Исламского государства». Акцент был сделан на вопросах обеспечения российско-китайского политического и дипломатического взаимодействия в связи с резким обострением обстановки вокруг Дамаска.
Обсуждалось сотрудничество РФ и КНР, постоянных членов Совбеза ООН, и «на полях» 70-й сессии Генеральной ассамблеи ООН. Китай поддержал предложение президента Владимира Путина о создании широкой коалиции по Сирии с участием мусульманских стран, высказанное в ходе выступления на Генассамблее.
«Россия и Китай должны вместе работать с целью защиты устава ООН и основных норм международных отношений, поддерживать активную роль организации в международных вопросах, содействовать мирному урегулированию кризиса в Сирии», — заявил глава МИД КНР Ван И по итогам встречи с главой МИД РФ Сергеем Лавровым.
А вот в плане КНР по разрешению сирийского кризиса, который озвучил 30 сентября официальный представитель МИД КНР Хун Лэй, подчеркивается, что военные меры не способствуют выходу из кризиса. Однако прозвучало это еще до начала операции РФ, в той реальности, когда удары по ИГ наносили только члены коалиции, возглавляемой Вашингтоном.
Заместитель директора Института стран Азии и Африки МГУ Андрей Карнеев считает, что слухи о китайских военных в Сирии могут и не подтвердиться, но можно предположить, что китайское руководство готово открыто продемонстрировать определенную степень поддержки Москве.
«В свое время, когда сирийский вопрос обсуждался в Совбезе ООН и была совершена попытка протащить резолюцию, осуждающую Дамаск, Китай и Россия консолидировано выступили против. Но тогда считалось, что Китай, скорее, выразил поддержку России, наложив вето. Но проецировать эту ситуацию на сегодняшнюю я бы не стал», — напоминает Карнеев.
Востоковед констатирует, что если Пекин раньше держался в стороне от региональных кризисов, то теперь он активнее включается в их разрешение. В этом видится растущая роль Китая в мире. Тем не менее, по прогнозам Карнеева, КНР будет осторожно и взвешенно подходить к сирийскому конфликту и перспективы участия Пекина в военной операции невелики. В то же время есть уверенность, что Китай заинтересован в стабилизации обстановки на Ближнем Востоке.
«Интересы Китая в этом регионе присутствуют. В частности, в Ираке на освоение нефтяных месторождений активно работали китайские компании. Китай заинтересован и в ликвидации очага религиозного терроризма, потому что есть Синьцзян-Уйгурский автономный район, где проживает мусульманское население, есть они и в других провинциях. Но по степени вовлеченности он на порядок уступает России, для которой Сирия многолетний союзник», — рассуждает Карнеев.
Реалистичный сценарий
Если же смотреть на вещи реалистично, то не стоит полностью исключать возможность участия Китая в военных действиях в Сирии, но при этом не нужно и преувеличивать его масштабы. В этом случае важно именно политическое значение действий КНР на сирийском фронте.
Первый вице-президент Академии геополитических проблем Константин Сивков убеждне, что Китай примет участие в военной операции в Сирии, но весьма ограниченным контингентом сухопутных войск и авиации.
«Начнем с того, что расстояние от Китая до Сирии более 8 тысяч морских миль. Чтобы Китаю там содержать серьезную военную группировку, нужен мощный флот для ее снабжения, соответственно, возрастает и стоимость самого снабжения. Таким образом, широких возможностей по военной помощи РФ в Сирии Китай фактически лишен, то есть ему придется опираться на возможности, которые ему предоставят та же Сирия и Россия. Поэтому туда могут быть отправлены ограниченные контингенты войск и авиации», — рассуждает Сивков. При этом встанет вопрос о создании авиабазы, потому что имеющаяся емкость российской авиабазы невелика и на данный момент занята нашими вертолетами и самолетами. Поэтому в Сирии будет сражаться с ИГ либо подгруппа китайских наземных войск, либо спецназ.
Несмотря на возможно ограниченное участие КНР, Сивков серьезно оценивает его последствия. По его мнению, втягивание Китая в войну с Сирией со стороны России фактически означает, что созданы все условия для начала третьей мировой. Речь идет уже не о конфликте между региональными государствами, а о театре военных действий, в котором «выступают» все ведущие центры силы.
«В сирийском конфликте западные и российско-китайские интересы диаметрально противоположны. Фундаментальное и глобальное противоречие заключено в понимании модели мира — многополярной или монополярной. Китай раньше дистанцировался и держался в стороне, но на Генассамблее выступил не просто с позиции, что будет поддерживать Россию, но и пошел дальше, заявив, что нужно резко сокращать свободу рынка и увеличивать государственное регулирование, а это наступление на интересы США и транснациональных кампаний. Фактически это объявление войны, и Китай на это пошел осознанно. Участие России и Китая в войне в Сирии — это пролог третьей мировой войны, потому что ныне существует только три центра силы: это западная цивилизация во главе с США, евразийская во главе с Россией и китайская во главе с КНР. И сегодня в Сирии мы можем увидеть столкновение этих трех мировых центров», — убежден Сивков.
От себя отметим, что контуры третьей мировой войны проступили намного раньше, и в Сирии начинается лишь новая фаза. Войны сегодня не носят открытый характер, и сообщения о появлении китайского флота в Латакии — это уже элемент информационной войны. Трудно представить, что Китай и Россия вступят в открытое противостояние с Западом, скорее, в Сирии мы увидим демонстрацию реального действия той силы, которая была представлена на Параде 9 мая в Москве и в сентябре в Пекине. РФ и КНР могут сформировать альтернативную коалицию против «Исламского государства». Очевиден и факт влияния российско-китайского сотрудничества на внешнюю политику Пекина, который осознанно пошел на построение многополярного мира вместе с Россией и готов защищать его военной силой.
Читайте также:
Не будет никакого нового 22 февраля: война ЕС с Россией уже идет, и 2022 год был началом - аналитики
27.04.2026 10:08
Глобалисты считают, что пока Украина справляется с главной задачей - за счет жизней украинцев ослабляет Россию - нет необходимости открывать "второй фронт".
Ядерная провокация у границ России: Путину не оставили выбора. Финляндия жёстко поплатится. 6 тыс. боеголовок и всё
27.04.2026 14:02
Финляндия решила пойти на ядерную провокацию у границ России, за что грозит жёсткий ответ. Путину не оставляют выбора, он не будет джентльменом с НАТО. Запустит 6 тыс. боеголовок и всё – Западу конец.
Над российским флотом нависла новая угроза: Европа штампует тысячи K3 Scout – убийц, которые меняют войну на море
Европа не экспериментирует — она уже запустила серийное производство тысяч K3 Scout. Эти скоростные, почти невидимые морские дроны способны за тысячи километров атаковать любой российский танкер или корабль. От Чёрного моря до Атлантики. Почему это стратегическая угроза и как Россия может ответить — полный разбор с цифрами и фактами.
Удар по БДК в Крыму и шок Подоляки: почему Суровикин срочно нужен, чтобы не проиграть войну дронов
В ночь на 26 апреля украинские дроны сожгли сразу несколько БДК в Севастополе. Подоляка впервые прямо говорит: мы потеряли слишком много времени, Европа стала тыловым цехом Киева, а количество дронов растёт в разы. Почему именно сейчас возвращение Суровикина может стать единственным шансом не увязнуть в затяжной войне? Полный разбор самого опасного сценария 2026 года.
Где проходит «красная линия»? Яна Поплавская не сдержалась после заявления Лаврова и резко высказалась на пятом году конфликта
Актриса Яна Поплавская эмоционально отреагировала на слова министра иностранных дел России Сергея Лаврова о так называемых «красных линиях».