Бжезинский расстроился из-за Сирии

В статье для Financial Times политик обиделся на Россию, военная операция которой подчеркивает бессилие США.

Збигнев Казимеж Бжезинский — в прошлом помощник президента Джимми Картера по национальной безопасности, а в настоящем политолог, социолог, публицист, а также руководитель или советник многочисленных влиятельных общественных и научных организаций, выступающих с крайне империалистических и агрессивных позиций во внешней политике США.

Десятилетиями Бжезинский считался одним из ведущих идеологов Америки, выступающим за «гегемонию Америки нового типа», и был вообще чрезвычайно влиятельным человеком. Являясь членом Демократической партии США и ее высокопоставленным деятелем, тем не менее в своих политических высказываниях всегда был чрезвычайно свободен, причем до такой степени, что многие американцы искренне считали его чуть ли не главным республиканцем.


Збигнев Бжезинский — автор концептуальной книги «Великая шахматная доска: господство Америки и ее геостратегические императивы». В названии выражены суть идеологии политика, его мечты и фантазии и, конечно, руководство к действию всех американских администраций — неважно, республиканских или демократических. Ярый антикоммунизм, действенный антитоталитаризм, социализация и абсолютизация научно-технической революции. И при этом абсолютная нравственная вседозволенность — главное, чтобы была обеспечена гегемония США всегда и во всем.

«О чем я должен сожалеть? Эта тайная операция — поддержка исламских фундаменталистов в Афганистане — была замечательной идеей. В результате русские попались в афганскую ловушку, а вы хотите, чтоб я об этом сожалел? Что важнее для мировой истории — "Талибан" или крах советской империи?» — совершенно открыто и беззастенчиво говорил господин Бжезинский. Да. Именно он автор идеи, вдохновитель и организатор движения «Талибан». Это он, по сути, открыл бутылку с джинном фундаментального политического исламского терроризма. Бжезинский сейчас активно отказывается и от авторства движения «Аль-Каида», но логика исторических событий неумолимо приводит к выводу, что по крайней мере духовная и политико-стратегическая идентичность этих двух всемирных язв очевидна.

И вот этот человек публикует в Financial Times статью о военно-политической ситуации в Сирии. Статья, скажем так, странная. Возможно, сказывается возраст — все же известному политику ни много ни мало 87 лет. Странность же заключается в том, что от обычно делового и решительного стиля автор перешел к интеллигентской рефлексии. Прежде всего Збигнев Бжезинский позволяет себе выразить «обиду» на Россию.

Комментируя действия российской авиации в Сирии, Бжезинский, естественно, считает истиной, что удары были нанесены по поддерживаемым США сирийским группировкам так называемой умеренной оппозиции. А это, по его мнению, либо демонстрация российской военной некомпетентности, либо доказательство «опасного желания» Москвы подчеркнуть политическое бессилие Америки. Начнем с того, что обвинения Москвы в наличии «опасных желаний» — дело для Бжезинского обычное. Ну какие же еще желания могут быть у российского руководства? Разумеется, только «опасные». Пугает другое — Збигнев Бжезинский принципиально допускает, что Америка может быть «политически бессильна». А тут еще Москва возьми это да подчеркни. И самое печальное — автор уже не понимает и потому не решается дать четкий ответ на вопрос: что же сделали в Сирии русские — «подчеркнули бессилие Америки» или «продемонстрировали свою некомпетентность»? То, что тезис и антитезис в вопросе никак не соотносятся друг с другом, объясним почтенным возрастом автора. Здесь либо одно, либо другое. С таким же успехом он мог бы вопросить: «Не понимаю, что хочет Россия, — то ли конституции, то ли севрюжины с хреном?»

Но оставим стилистические придирки. Бжезинскому как старинному и последовательному врагу России, думается, разрешается позлорадствовать под конец фразы, которую он никогда не произносил. Судя по всему, России действительно удалось подчеркнуть политическое бессилие Америки. В самом прямом смысле. И даже, наверное, не желая этого. Сама непоследовательная, половинчатая и непродуманная политика нынешней администрации США привела к нынешнему положению вещей. Россия в Сирии — и с этим главным и свершившимся фактом трудно что-либо сделать.

Хочется заметить, что российская авиация появилась в Сирии сразу после тяжелых переговоров президентов Владимира Путина и Барака Обамы в Нью-Йорке. Естественно, для американской стороны это не было не только сюрпризом, но, думается, администрация США отдавала себе отчет в военно-политических последствиях появления ВВС России в регионе. Создается впечатление, что американцы их недооценили, зато переоценили свои возможности и влияние на все не только политические, но и физико-химические, метеорологические и биологические процессы в мире.

Сколько бы ни было Збигневу Бжезинскому лет, он все еще главный идеолог Демократической партии. И то, что демократы в его лице призвали тяжелую пропагандистскую артиллерию, тоже говорит о многом. И прежде всего о серьезности ситуации и слишком малых возможностях для маневра американской политики на Ближнем Востоке. И Бжезинский делает то, что делал всегда: своей статьей он угрожает.

«В обоих случаях на кону как будущее региона, так и авторитет США среди стран Ближнего Востока», — заканчивает политик высказывание о мотивах поведения России. Да, это не прощается никому и никогда. Бжезинский вдруг приводит историческую аналогию, которая имеет только тот смысл, что это угроза: происходящие сейчас события напоминают то, как начиналась Первая мировая война.

Далее политик добавляет, что в этих быстро развивающихся событиях у Вашингтона есть лишь одна реальная возможность защитить свои интересы — донести до Москвы требование о том, что Россия должна отказаться от военных операций, которые напрямую отражаются на «американских активах» в Ближневосточном регионе. «У России есть полное право поддерживать господина Асада, если уж она так того желает. Но любое повторение произошедших только что событий должно привести к ответным мерам со стороны США», — уже прямо грозит Збигнев Бжезинский.

Ведь, кроме того, Россия предположительно начала наносить авиаудары по сирийским «элементам», которых спонсируют, обучают и снаряжают американцы, сетует Бжезинский. Мы же напомним, что делают американцы это по собственному соизволению и без санкции ООН. Просто самостоятельно решив, кто прав, а кто виноват в сирийском конфликте. Россия же находится в Сирии по официальной просьбе легитимного главы государства. Но разве такие мелочи имеют значение для Збигнева Бжезинского? В опасности авторитет гегемонии США — а это главное. Давно, кстати, мир не наблюдал такого откровенного и беззастенчивого изложения своей позиции.

Поэтому Бжезинский так же открыто продолжает грозить, что если русские не будут слушаться, то «их можно "разоружить", если они продолжат провоцировать США». Итак, в статье идеолога американского гегемонизма мы слышим даже не столько его самого, сколько те силы в американском истеблишменте, которые принято называть «ястребами» и «партией войны».

И тем не менее все гораздо сложнее в такой — читатель удивится, прочитав ее целиком — «плюралистической», «интеллигентской» статье Збигнева Бжезинского. Хотя что удивляться: Барак Обама позиционирует себя как чистой воды интеллигента. И в любом случае, озвучивая непримиримость американской милитаристской клики, Бжезинский вынужден учитывать и позицию более реалистически настроенных политиков.

Бжезинский сдабривает угрозы значительной порцией надежд, упований и чаяний на партнерское, справедливое и эффективное сотрудничество США с Россией в Сирии в частности и на Ближнем Востоке вообще: «Но все же лучше убедить Россию действовать вместе с Соединенными Штатами и совместно добиться урегулирования этой региональной проблемы, которая, однако, не ограничивается интересами какого-то одного государства». Это можно понять и так, что к «черту Асада» — здесь можно всем поживиться. Можно расценить как обычный для американской политики обман. А можно как просто пустые слова — Россия привыкла ко всему во взаимоотношениях с США.

Снова и снова автор повторяет заклинание, что Россия в Сирии должна работать вместе с США, а не против них, и, говоря про аналогию нынешней ситуации с началом Первой мировой, Збигнев Бжезинский как бы верит, что все еще есть время предотвратить «болезненное повторение» той «бойни», которая в этот раз начинается на Ближнем Востоке и конкретно в Сирии. Заметьте, решимости начать в этом регионе мировой пожар у маститого гегемониста хоть отбавляй.

Не забыл политик и удачное сотрудничество России, Соединенных Штатов и ряда других стран, которое привело к прорыву в очень сложных переговорах относительно иранской ядерной программы. После этого, возможно, кто-то подумал, что следующей фазой будет решение сирийской проблемы с помощью таких важных участников, как Россия и Китай, пишет Бжезинский. Но вместо этого Москва предпочла осуществить военное вмешательство, проходящее без политического и тактического сотрудничества с США — главной зарубежной державой, которая предпринимает прямые, хотя и не очень эффективные попытки сместить Башара Асада, опять же откровенно и честно пишет в статье Бжезинский. Действительно, поражает, что уже не один год Россия явно, ясно и четко дает понять, что не является больше послушным исполнителем воли вашингтонского обкома. И все равно — «США главная держава» и «Россия вмешивается без политического и тактического сотрудничества». Хотя заметим, что это не так: некоторое время назад The New York Post сообщила о постоянных переговорах американских и российских военных с целью не допустить конфликтных ситуаций.

Так что угрозы угрозами, но закончил свою статью Збигнев Бжезинский в таком духе, что «даже ограниченное американо-российское сотрудничество по Ближнему Востоку может привести к дальнейшему позитивному развитию событий».

Из всего этого напрашивается вполне определенный вывод, что, если последовательный «ястреб» и воинствующий русофоб Збигнев Бжезинский, даже вскользь упомянул о возможном сотрудничестве Москвы и Вашингтона, о политическом бессилии Америки и в очередной раз стал пугать мир русской угрозой – значить Россия делает все правильно, ее внешнеполитическое значение растет, а «демократические» силы видят в ней реального конкурента, который способен противостоять очередной попытки навести «порядок» в мире.