Если бы Афганистан был Сирией
Дежурное скандирование мантры «операция российских ВКС в Сирии выльется для нашей страны в новый безнадежный Афганистан» требует короткого разъяснения.
Итак.
Во-первых, эти операции различны ровно в идеологической составляющей: никто вроде как в Сирии советскую власть устанавливать не собирается и с традиционным образом жизни воевать не намерен.
Вернее, единственным агентом «войны с укладом и установления нового порядка» там сейчас является конгломерат враждебных друг другу и государству террористических группировок — от Аль-Каиды в её местном исполнении до ТОЗРФ* «Исламское Государство». И пусть нас не обманывает, что они зовут к установлению некоей незапятнанной чистоты изначального ислама — на деле это совершенно модерновая, решительно порвавшая с естественным развитием общества идеология.
Во-вторых: сколько б мега-политологи не говорили «о неизбежности наземного вторжения» — Российской Федерации «наземная фаза» в данной конкретной ситуации просто элементарно не нужна. Средства и методы вмешательства, необходимые в данном случае — не предусматривают въезда русских на танках.
А зачем?
В Афганистане было революционное правительство, запутавшееся в политических разногласиях и собственных революционных реформах, но без опыта войны и без собственной боеспособной армии.
В Сирии есть избранный президент и есть своя, вполне боеспособная, обстрелянная и не деморализованная армия и ополчение.
Да, там не все так хорошо с материально-техническим снабжением, но для того, чтобы эти недостатки восполнить, туда совсем даже и не обязательно вводить российский сухопутный контингент.
Вполне хватит отечественного оружия и боеприпасов.
Можно – и даже слегка устаревшего и в скором времени подлежащего в той или иной форме утилизации. Ибо у нас на армейских складах такого завались, а люди, извините, остро нуждаются.
Так и почему бы, простите, не помочь.
Ну, и еще одна немаловажная деталь: в российских ВКС служат вообще ни разу не призывники.
Профессионалы.
И охраняют наши базы в Сирии не сопливые мальчишки с древними АКС и АКМД, а вполне себе контрактники, поэтому никакому свежему подражателю новоиспеченного нобелевского лауреата никаких новых «Цинковых мальчиков» тут и при всем несомненно присутствующем желании не написать.
Да и вообще — времени со времен афганской войны прошло уже довольно много.
И поэтому по поводу нынешней операции в Сирии аналогии лучше все-таки проводить как бы не с Афганистаном.
Дело в том, что в мире существует всего лишь одна-единственная страна с реальным и успешным, признанным мировым экспертным сообществом (даже эксперты из Госдепа приезжали этот опыт изучать) опытом контрпартизанской и контртеррористической войны. Эта страна – Российская Федерация.
А «опыт» этот был – и очень дорогой ценой – приобретен Российской Федерацией в войне с «шайтанами» на своей собственной территории.
В Чечне.
И тут есть только один вопрос: сумеет ли семейство Асадов стать для сирийского народа тем, чем стало для народа чеченского семейство Кадыровых. И, вот как мне кажется, некоторые предпосылки для развития вот именно такого вот типа сценария в Сирии в настоящее время имеются.
Итак.
Во-первых, эти операции различны ровно в идеологической составляющей: никто вроде как в Сирии советскую власть устанавливать не собирается и с традиционным образом жизни воевать не намерен.
Вернее, единственным агентом «войны с укладом и установления нового порядка» там сейчас является конгломерат враждебных друг другу и государству террористических группировок — от Аль-Каиды в её местном исполнении до ТОЗРФ* «Исламское Государство». И пусть нас не обманывает, что они зовут к установлению некоей незапятнанной чистоты изначального ислама — на деле это совершенно модерновая, решительно порвавшая с естественным развитием общества идеология.
Во-вторых: сколько б мега-политологи не говорили «о неизбежности наземного вторжения» — Российской Федерации «наземная фаза» в данной конкретной ситуации просто элементарно не нужна. Средства и методы вмешательства, необходимые в данном случае — не предусматривают въезда русских на танках.
А зачем?
В Афганистане было революционное правительство, запутавшееся в политических разногласиях и собственных революционных реформах, но без опыта войны и без собственной боеспособной армии.
В Сирии есть избранный президент и есть своя, вполне боеспособная, обстрелянная и не деморализованная армия и ополчение.
Да, там не все так хорошо с материально-техническим снабжением, но для того, чтобы эти недостатки восполнить, туда совсем даже и не обязательно вводить российский сухопутный контингент.
Вполне хватит отечественного оружия и боеприпасов.
Можно – и даже слегка устаревшего и в скором времени подлежащего в той или иной форме утилизации. Ибо у нас на армейских складах такого завались, а люди, извините, остро нуждаются.
Так и почему бы, простите, не помочь.
Ну, и еще одна немаловажная деталь: в российских ВКС служат вообще ни разу не призывники.
Профессионалы.
И охраняют наши базы в Сирии не сопливые мальчишки с древними АКС и АКМД, а вполне себе контрактники, поэтому никакому свежему подражателю новоиспеченного нобелевского лауреата никаких новых «Цинковых мальчиков» тут и при всем несомненно присутствующем желании не написать.
Да и вообще — времени со времен афганской войны прошло уже довольно много.
И поэтому по поводу нынешней операции в Сирии аналогии лучше все-таки проводить как бы не с Афганистаном.
Дело в том, что в мире существует всего лишь одна-единственная страна с реальным и успешным, признанным мировым экспертным сообществом (даже эксперты из Госдепа приезжали этот опыт изучать) опытом контрпартизанской и контртеррористической войны. Эта страна – Российская Федерация.
А «опыт» этот был – и очень дорогой ценой – приобретен Российской Федерацией в войне с «шайтанами» на своей собственной территории.
В Чечне.
И тут есть только один вопрос: сумеет ли семейство Асадов стать для сирийского народа тем, чем стало для народа чеченского семейство Кадыровых. И, вот как мне кажется, некоторые предпосылки для развития вот именно такого вот типа сценария в Сирии в настоящее время имеются.
Читайте также:
Зачем самолет США c новейшей системой РЭБ дебютировал над Балтикой
24.08.2026 18:22
Вблизи границ России впервые замечена новейшая американская разработка – самолет EA-37B Compass Call. Ему приписывают чудодейственную систему РЭБ, якобы способную «парализовать» российские системы связи и «ослепить» ПВО. Так ли это на самом деле? И что борт делал над Балтикой?
Зеленский сам назвал срок: Запад спонсирует войну до лета 2027 — что стоит за «коридором возможностей»
В День независимости Зеленский впервые прямо сказал, сколько ещё Киев рассчитывает воевать при западной поддержке. Коридор возможностей — до конца лета 2027 года. После этого американцам будет не до Украины. Финансовый разрыв в 57 миллиардов, кадровый голод и отказ от Донбасса — что это значит на практике.
Европа официально запускает дроны против России: немецкие, британские и чешские БПЛА идут в бой
Европейские заводы начинают напрямую снабжать Украину ударными беспилотниками после уничтожения российских цехов сборки. Британские аппараты уже били по НПЗ в глубине РФ, Starlink остаётся ключевым звеном. Москва предупреждает о зеркальном ответе и пересмотре правил — эскалация выходит на новый уровень.
Зеленский обещает удары по России, но Кедми объясняет, почему этот план развалится ещё до первого залпа
Зеленский снова обещает перенести войну на территорию России. Яков Кедми разобрал, чем Киев собирается бить, почему завод в Дании до сих пор не работает и какой ответ последует от Москвы.
Автоматизация ПВО не спасёт без наступления: почему Россию обгоняют в гонке дронов и как ломать систему
Украинские дроны долетают до городов, а в тылу всё ещё ставят на разрозненные огневые группы. Противник уже связал акустику, спутники, приложения и автономные перехватчики. Ветеран СВО разбирает, почему «ёлка» слабеет в непогоду, чем опасна чистая оборона и зачем ломать бюрократию через колено.