Сокращение Штатов

За последнюю четверть века США допустили массу ошибок в отношении России. В итоге американское присутствие в мире претерпевает глубокие изменения — например, уже понятно, что Вашингтон уступил Москве пальму первенства на Ближнем Востоке.

Все эти годы США вели себя как победители и были уверены, что мы должны себя чувствовать побежденными.

Предупреждения Генри Киссинджера о том, что Россию не следует заставлять защищаться, на родине проигнорировали. И напрасно.


Экс-госсекретарь США Генри Киссинджер в своей статье в электронной версии газеты Wall Street Journal (не исключено, что к бумажной версии его не допускают) заявил, что военная операция России в Сирии «представляет вызов, с которым ближневосточная политика Америки не сталкивалась минимум четыре десятилетия». «Это классический (хрестоматийный) маневр соблюдения баланса сил, чтобы отвести террористическую угрозу со стороны суннитов от южных границ России с регионом. Это геополитический, а не идеологический вызов, и подходить к нему следует соответствующим образом», — объясняет политик-пенсионер подоплеку российской активности в Сирии.

Генри Киссинджер давно и последовательно учит новую американскою поросль относиться к России с тем уважением и понимаем, которого она заслуживает. Однако в последнее время его не слушали — каждый президент XXI века выстраивал собственную внешнюю политику, не обращая внимания на то, нравится ли она Москве. Что привело к фатальным последствиям — США пропустили момент, когда мы опять стали сильными и заставили с собой считаться.

Однако я не о нашей звонкой победе в одной из битв новой холодной войны. Я о поражении в одной из следующих битв, которую когда-нибудь нам еще предстоит пережить.

Новой Америке не нужны были мастодонты холодной войны вроде Збигнева Бжезинского или Генри Киссинджера. Ей приятнее иметь дело с такими «экспертами-кремленологами», как Гарри Каспаров или Борис Немцов. Именно их ласкающие слух речи о скором конце путинского режима убаюкали американских ястребов. Чем тут же воспользовались хладнокровные кремлевские стратеги.

Общественный запрос на Генри Киссинджера в США уже есть, достаточно прочитать аналитическую статью в Foreign Affairs. В ней подробно наследие великого политика .

«Типичный политический лидер современного управленческого общества — человек с сильной волей, обладающий незаурядными способностями добиться своего избрания, но не имеющий представления о том, что будет делать, когда займет пост», — написал Киссинджер в далеком 1968 году. По мнению автора статьи, это едкое замечание в полной мере относится к Бараку Обаме.

В силу разных причин мы никогда не станем друзьями ни с США, ни с Западом вообще. И в этом смысле Генри Киссинджер — враг. Но враг умный. То есть, способный к компромиссам — к разумной торговле и уступкам. Главным образом потому, что он понимал: фактор России будет присутствовать в международных отношениях всегда, ибо ядерное оружие нужно лишь как элемент взаимного сдерживания, применяться оно не будет. Поэтому он никогда не считал Россию поверженной окончательно, и был, конечно, прав.

Время, когда Америка чувствовала себя одним из полюсов и боролась за существование наравне с другими центрами силы, вернулось и потребовало новых подходов. В 70-е благодаря стратегии Генри Киссинджера США удалось воспользоваться враждебностью СССР и Китая, расширить и углубить трещину между двумя великими державами, одновременно выстраивая с каждой эксклюзивные отношения.

Такое балансирование возможно только в том случае, если воспринимать геополитических противников уважительно. Знать их сильные и слабые места, изучать исторический опыт и предусматривать реакцию. Сегодняшняя Америка, усевшаяся на возведенный самой себе пьедестал, демонстрирует полную неспособность мыслить масштабно.

Я вполне допускаю, что СССР благодаря хитрости действительно удалось заманить в Афганистан, как впоследствии признавался другой патриарх американской внешней политики и наш безусловный враг Збигнев Бжезинской. Но и он сегодня не востребован в Белом доме.

«Все-таки лучше убедить Россию действовать совместно с США ради урегулирования региональных проблем, выходящих за рамки интересов одного государства», — предлагает генерал холодной войны выход из сложной проблемы, которая возникла у американцев на Ближнем Востоке. То есть, немедленно начать двусторонние переговоры, к чему Москва давно призывает. Вместо этого Вашингтон совершает одну ошибку за другой, отвергая все наши предложения о сотрудничестве и координации.

Сложно представить, что нынешний Госдепартамент способен вести тонкую игру, учитывать баланс сил, прогнозировать результат. Именно эта неспособность к анализу и прогнозу привела к тому, что влияние Соединенных Штатов в мире начало сокращаться.

Все президенты после Клинтона (а возможно, даже после Буша-старшего), как мне кажется, окружали себя сладкоголосыми русофобами, чьи выводы были далеки от реального положения вещей. Но это вовсе не означает, что серьезных специалистов по внешней политике в США больше нет. Они неизбежно появятся уже в следующей администрации. Во всяком случае, надо быть к этому готовым.

Не стоит недооценивать главного геополитического противника. «Американцы в настоящее время переживают травму, у которой был лишь один прецедент: запуск первого искусственного спутника Земли в октябре 1957 года», — пишет итальянский журналист и политик Паоло Гуццанти в статье в газете Il Giornale. Но совершенно справедливо замечает: «Исторический опыт показывает, что Соединенные Штаты обладают способностью к самокоррекции, которая срабатывала всякий раз, когда приходилось противостоять мощным силам».

Скорее всего, уже следующий президент учтет ошибки своих слабых предшественников. Значит, впереди нас ждут нелегкие времена. На смену Збигневу Бжезинскому и Генри Киссинджеру придут новые враги — такие же умные, хитрые и коварные. То есть, равные по интеллекту и воле нынешним кремлевским стратегам.

Не хотелось бы, чтобы дзюдоист Владимир Путин пропустил бросок, только потому, что привык бороться с противником более легкого веса. Как это случилось с Америкой. В ближайшие полтора года России предстоит утвердиться в роли глобального игрока и обрести союзников, чтобы к приходу нового президента второй полюс обозначился явно и недвусмысленно.

И быть готовой к новому бою в холодной войне. Мы ведь теперь знаем, что она никогда не прекращалась.