Сирийская армия пользуется тактикой выжженной земли

«Читаю: учебно-тренировочный лагерь, пункт управления, пункт наблюдения, пункт корректировки огня артиллерии… Вот если бы я услышал: нанесен удар по каравану бензовозов!» – выразил пожелание бывший начальник Генштаба РФ Юрий Балуевский. Также он прокомментировал действия сирийской армии в освобожденных от противника городах.

Представитель Вооруженных сил Сирии бригадный генерал Али Майхуб в пятницу сообщил, что в восточной части провинции Алеппо установлен контроль над поселками Аль-Джабурия, Бакиджа, Ан-Насурия, Тель-Сайбейн. «Южнее города Алеппо части армии и отряды народной обороны продвинулись и заняли девять деревень, в частности Баляс, Забахад, Уадыхия и ее окрестности, окрестности деревни Абтын», – цитирует генерала РИА «Новости». Кроме того, по его словам, установлен контроль над пятью деревнями в провинции Хомс.

Президент Владимир Путин накануне заявил, что сирийская армия демонстрирует успехи при поддержке ВКС, но они пока скромные. Бомбардировки террористов в Сирии без наземной операции сирийских вооруженных сил не будут успешными, предупредил в свою очередь глава кремлевской администрации Сергей Иванов, уточнив, что в ходе недавнего визита сирийского лидера Башара Асада в Москву как раз и обсуждалась координация действий российских ВКС и сирийских сухопутных сил.


Также накануне появились сообщения о том, что и курдские ополченцы наконец-то начали анонсированное еще неделю назад наступление на «халифат» с севера, в сторону трассы Алеппо – Ракка. Правда, эти сообщения пока не подтвердились.

О том, в какой степени готовы сегодня сирийская армия и курдское ополчение к успешному наступлению на ИГИЛ рассуждает генерал армии, бывший заместитель секретаря Совета безопасности России (2008–2012), бывший начальник Генерального штаба ВС и первый заместитель министра обороны (2004–2008) Юрий Балуевский.

— Юрий Николаевич, как известно, уже 8 октября, через неделю после начала российской операции, сирийский Генштаб объявил о наступлении на северо-западе страны, в районе Алеппо. А 14 октября армия объявила о «масштабном наступлении» на окраинах Дамаска. Но с тех пор в победных сводках фигурировали лишь названия нескольких отбитых у боевиков деревень, и все. Вы не опасаетесь, что наступление на обоих направлениях на самом деле захлебнулось?

— Давайте посмотрим на состояние сирийской армии. У нее, как говорится, хватило духу на первые удары. Убежден, что наступательный дух армии был поддержан боеприпасами и – не исключаю – вооружением, которое поступило Сирии в рамках нашей военно-технической помощи. Сейчас требуется пополнение, перегруппировка.

Наверняка во время визита Асада в Москву были определенные разговоры по этому вопросу. Как я уже говорил, война в Сирии – это не вопрос одного дня. Ситуация осложняется и тем, что лимит времени, отпущенный для российской авиагруппировки и для наземных составляющих, зависит от погоды. Буквально через месяц-полтора в Сирии начнутся, как говорим в обиходе, песчаные бури. То есть ситуация будет уже не совсем удобная для боевых действий.

Я обратил внимание на то, какие цели фигурируют в последние дни в сводках о наших воздушных ударах. Уже не те объекты! Читаю: учебно-тренировочный лагерь, пункт управления, пункт наблюдения, пункт корректировки огня артиллерии… Вот если бы я услышал: нанесен удар по каравану бензовозов, которые перевозили нефтепродукты с захваченных НПЗ! Надо бить по тем объектам, которые обеспечивают «жизнедеятельность» бандформирований.

К сожалению, может, здесь уже большая политика? Мы с вами знаем, куда идет эта сырая нефть. Она идет в Турцию. Вот в чем вопрос. Не исключаю, что на высоком уровне сейчас обсуждается и корректируется: что же делать дальше? Точечные удары действительно имеют определенную эффективность, но они не решают проблему уничтожения основной части боевиков «Исламского государства». Мы решим проблему, когда подорвем источники содержания, развития и ведения боевых действий этой группировки.

А говорить «захлебнулось»? Я бы не спешил с выводами. Будем объективно оценивать возможности сирийской армии.

— Накануне российский МИД подтвердил, что «террористические группировки в Сирии продолжают получать технику и подкрепление из-за рубежа», правда, Турцию конкретно не упомянул. Почему, на ваш взгляд, направлением для первого и, похоже, главного удара сирийский генштаб выбрал именно Алеппо и северо-запад? Могло ли одной из целей стать желание закрыть границу с Турцией и перекрыть тем самым каналы снабжения ИГИЛ?

— Конечно! Посмотрите: курдские формирования действительно воюют против ИГИЛ, но они воюют за свою цель. А цель их – даже не автономия в составе Сирии, а независимый Курдистан, который будет объединять территории курдов не только в Сирии и Ираке, но и Турции. Вот тут Турции и приходится задуматься о том, кому ей помогать в этой войне.

Кроме того, через турецкую границу идут американские поставки. Американцы все еще думают, что снабжают «умеренную оппозицию». Помните, как американская авиация сбрасывала помощь подразделениям «Свободной сирийской армии»? А кто проверил, в чьи руки в итоге попали эти тюки с оружием?

— Насколько правительственная армия готова к уличным боям в условиях мегаполиса, такого как Алеппо?

— Опыт ею уже получен. Сегодня все бои как раз и идут внутри населенных пунктов. Я был в Сирии, был в районе Алеппо, в Латакии, на Голанских высотах. Вся война в таких странах, где в основном коммуникации и оазисы в пустынных районах, как раз и ведется за эти оазисы, то есть населенные пункты, города.

Сегодня сирийская армия – может, я не совсем корректно скажу – но, по сути, пользуется тактикой выжженной земли. Эти населенные пункты, в которых, не исключаю, так называемого мирного населения и не осталось, разрушаются, фактически уничтожаются, и уже потом туда входят сирийские подразделения и «зачищают» от тех, кто там остался в живых и не сбежал.

— На прошлой неделе сообщали о том, что курды при воздушной поддержке США готовят собственное наступление на столицу «халифата» – Ракку. Накануне сообщили, что их наступление якобы началось. Насколько это правдоподобно?

— Сегодня даже с политической точки зрения это было бы важно. Если выбить боевиков из Ракки, то те, кто остается в составе бандформирований, задумаются о том, что, по сути, теряют свои оплоты, связанные с государственностью.

Но я бы не сказал, что сегодня курды способны на наступление в сторону Ракки и тем более на штурм города. Курды, по-моему, хотят закрепить ту территорию, которую они сейчас удерживают и считают своей и которая может войти в состав объединенного Курдистана. Возможно, будут какие-то действия, направленные на обозначение их участия в уничтожении боевиков ИГИЛ. Но, подчеркиваю, цель останется своя. Если наша цель – «давайте уничтожим боевиков, а потом уже обсудим политическое устройство Сирии», то курды воюют только за то, что они хотят получить для себя.