Мы так не договаривались! России предстоит полная смена военно-стратегической парадигмы

Прозвучавшее накануне заявление Президента России Владимира Путина о том, что главной целью развертывания американской глобальной системы ПРО является нейтрализация российского ракетно-ядерного потенциала и получение, таким образом, решающего военного-стратегического превосходства над Россией, в принципе не содержит ничего нового. Российские лидеры и раньше открыто говорили, что дело тут вовсе не в полумифических иранских, или северокорейских ракетах. Однако это были не более, чем реплики по адресу «наших американских друзей», отношения с которыми в целом особой тревоги не внушали.

Сегодня наступили совсем другие времена. Америка, возомнившая о себе черт знает что, или просто сильно испуганная за свое будущее, закусила удила и пошла, что называется – по беспределу. После Украины её нежелание даже минимально считаться с интересами России стало вполне очевидным. И вот теперь Москва уже без обиняков заявляет, что главная цель Вашингтона – получить военное превосходство и продиктовать русским свою волю.

Путин в этой связи, в свойственной ему манере — отвечать ударом на удар, предупреждает, что Россия в свою очередь сделает всё для того, чтобы обесценить американскую ПРО — за счет создания систем оружия, способных обеспечить её гарантированный прорыв.


«Россия примет необходимые ответные меры по укреплению потенциала стратегических ядерных сил. Будем работать и над системой противоракетной обороны. На первом этапе, как мы неоднократно говорили, будем работать и над ударными системами, которые в состоянии преодолевать любые системы противоракетной обороны».

Решение Путина сделать акцент именно на наступательных видах стратегического оружия, а не на системах ПРО, безусловно — правильное. Геостратегическое положение России не позволяет ей массированно развернуть противоракетные системы на ближних подступах к заокеанским США, как это имеют возможность сделать американцы в отношении РФ. У них под рукой для этого вся Восточная Европа и омывающие Россию моря, где они сейчас усиленно строят свой «передовой район ПРО». России, для решения аналогичной задачи — перехвата баллистических ракет на наиболее уязвимом стартовом отрезке траектории, пришлось бы держать непосредственно у берегов США – в Атлантическом и Тихом океанах целый флот кораблей ПРО, практически без прочной опоры в виде системы береговых баз. Мало того, что такого флота у России сегодня просто нет, а его строительство обойдется в баснословные деньги, так он еще и будет весьма уязвим, болтаясь в мировом океане прямо под носом у противника. Строить же классическую ПРО на своей собственной территории, способную поражать вражеские ракеты только на конечном участке траектории, когда они ощетиниваются десятками ложных целей и активно маневрируют – дело чрезвычайно сложное, если не вообще бесполезное.

Поэтому зеркальное повторение американской стратегии России точно не подходит. И Путин абсолютно прав, не давая себя увлечь этими заведомо несбыточными прожектами. Россия делает ставку на оружие прорыва вражеской ПРО с тем, чтобы лишить смысла саму американскую затею с глобальной панацеей от возмездия агрессору.

Но здесь возникает один очень серьезный вопрос. Дай, конечно, Бог здоровья и творческих успехов российским конструкторам, разрабатывающим передовые системы преодоления ПРО. Однако не стоит забывать, что помимо качества вооружений, немалое значение имеет их количество. Абсолютного оружия в природе не бывает и, следовательно, даже самые совершенные атакующие системы на какой-то процент будут перехватываться противником. Он ведь тоже не дурак и что-то там с этой целью разрабатывает. И если ядерных боеголовок будет недостаточно много, то этот перехваченный процент (иди, знай – а что, если он будет равен 50%?) может оказаться для американцев решающим доводом в пользу их неуязвимости. А возможный ущерб от русского контрудара — «приемлемым уровнем потерь», отнюдь не исключающим победоносное для США завершение войны.

Поэтому количество наступательных стратегических вооружений, пусть даже самых совершенных, остается решающим фактором ядерного сдерживания. Между тем, именно с количеством возникает самая серьезная проблема. И дело здесь даже не в производственных возможностях России, которые постоянно наращиваются, но в существовании между Россией и США целого комплекса соглашений об ограничении и сокращении стратегических вооружений, ведущих свою родословную со времен СССР.

В те времена достижение таких договоренностей было более чем оправдано. Обе стороны признали военно-стратегический паритет и согласились снизить темп ставшей вследствие этого почти бессмысленной гонки ракетно-ядерных вооружений. На протяжении десятилетий, даже после развала СССР, принцип стратегического паритета оставался незыблемым и краеугольным. И соответствующие договоры оставались в силе, позволяя сторонам не только не увеличивать, но и сокращать свои ядерные арсеналы. Однако сегодня, если верить В.Путину, а я ему безусловно верю, ОБСТАНОВКА КАРДИНАЛЬНО ИЗМЕНИЛАСЬ! США больше не признают ракетно-ядерный паритет с Россией и сделали четкую ставку на достижение над ней решающего военно-стратегического превосходства.

Таким образом, дальнейшее соблюдение российско-американских договоренностей, основанных на принципиально иной философии взаимоотношений двух стран, теряет всякий смысл. И более того – становится бременем, создающим дополнительную угрозу безопасности России. И действительно – чем меньше у России будет наступательных ракет, а именно к этому сводится алгоритм соглашений по СНВ, тем более надежной, прочной и эффективной окажется американская система противоракетной обороны. По той простой причине, что у нее будет гораздо меньше целей, чем могло быть в ином случае.

Очевидно, что такая ситуация Россию, сделавшую ставку именно на наступательное стратегическое оружие, устраивать категорически не может. И, соответственно, возможность соблюдения Москвой невыгодных для нее в свете новых реалий старых договоров активно стремится к нулю. Не буду слишком удивлен, если в недалеком будущем именно такая позиция будет озвучена руководством России. Тем более, что и в этой сфере шустрые «американские партнеры» уже успели показать нам пример для подражания – выйдя в одностороннем порядке из Договора по системам ПРО на том простом основании, что он перестал их устраивать. Ну что ж – теперь пришла очередь России поступить аналогичным образом.

Юрий Селиванов