Экипаж Су-24М помощи не дождался
24.11.2015 18:32
3 693
11

Был ли шанс спастись у наших летчиков?
В трагедии с российским фронтовым бомбардировщиком Су-24М, возвращавшимся на авиабазу «Хмеймим» после удара по объектам ИГИЛ * и сбитым турецким истребителем F-16, к вечеру вторника слишком много неясного. Но несомненно одно — наши летчики в этой арабской стране понесли первые потери. И теперь командованию Воздушно-Космических сил РФ предстоит ответить на очень сложный вопрос: было ли сделано все возможное, чтобы спасти экипаж? Который, судя по многочисленным свидетельствам, успел все же благополучно катапультироваться после того, как бомбардировщик загорелся в воздухе.
Известно, что турецкая ракета попала в наш самолет в момент, когда он находился в километре от границы Сирии с этой страной. Мгновенно вспыхнувший бомбардировщик пролетел еще около трех километров, прежде чем рухнул на землю. Этого времени обоим членам экипажа, по свидетельствам очевидцев, хватило, чтобы благополучно покинуть машины. Но, к несчастью, случилось это над районом, занятым так называемой «умеренной оппозицией». А именно — «Сирийской свободной армией» (ССА).
Ну, и что сделали эти «умеренные»? На этот счет пока существует только сообщение агентства Associated Press. По сведениям агентства, российские пилоты приземлялись над расположением «10-й бригады Побережья» ССА. По одним сведениям, боевики этой бригады принялись с земли как в тире расстреливать оказавшихся в беспомощном положении российских военных. Как сообщил Associated Press некий Джахед Ахмад, один из членов экипажа бомбардировщика этим огнем был убит еще до приземления. Второй, как утверждают, захвачен в плен.
Но есть и иная версия событий. По сообщению агентства Reuters со ссылкой на «одного из военных лидеров сирийских туркменов», его люди обоих российских офицеров расстреляли уже после приземления.
Как бы там ни было, придется поискать ответ на вопрос: а был ли хоть малейший шанс спасти экипаж? Можно ли надеяться на благополучный исход дела, если хотя бы один из летчиков все же жив и находится в плену у боевиков?
Казалось бы — шанс есть. Ведь Соединенные Штаты и их союзники не скрывают своих тесных связей с «Сирийской свободной армией». Более того — они всегда настаивали и настаивают, чтобы Россия не наносила ударов по позициям, занятым ССА. Утверждая, что те тоже воюют с ИГИЛ.
Ну, а раз мы с американцами в этой войне как бы по одну сторону баррикад, а радикальные исламисты — по другую, вот и пусть бы Вашингтон поспособствовал спасению попавшего в плен российского летчика.
Однако, положа руку на сердце, надежды мало. Потому что мы уже предлагали американцам подписать документ о совместной работе по спасению любых пилотов, которые могут быть сбиты в небе над Сирией. Как рассказал заместитель министра обороны РФ Анатолий Антонов, 13 октября Москва предложила США разработать совместные методики спасения экипажей самолётов в случае авиационных происшествий в этой стране. Нас не просто не услышали. Великие «гуманисты» из Вашингтона не стали даже обсуждать эту тему. С чего бы теперь ждать от них помощи в трагедии с Су-24М?
Тогда получается, что надеяться России следовало и следует лишь на себя. Самим вести переговоры с ССА в случаях, если российские самолеты попадут под вражеские ракеты. Пара Ту-160 над головами переговорщиков в такой момент стала бы, думаю, хорошим дополнительным аргументом в этом споре.
Но никуда не уйти от вопроса: а все ли было сделано, чтобы ни один из наших военных вообще не оказался в лапах экстремистов? А тут, видимо, не все так просто.
Давайте вспомним войну с Грузией в 2008 году. Одним из горьких ее уроков стали неоправданно большие потери российской боевой авиации в целом (всего тогда было потеряно шесть российских боевых самолетов). Но был и еще один печальный урок. В плен к грузинам попали двое российских летчиков — полковник Игорь Зинов и майор Вячеслав Малков. Впоследствии их обменяли на захваченных солдат и офицеров противника. Но бывший главнокомандующий Военно-Воздушными силами РФ генерал армии Петр Дейнекин вынужден был признать, что наши поисково-спасательные службы, которые всегда дежурят на каждом аэродроме чтобы выручать попавших в беду пилотов, сработали из рук вон плохо. И почти никого выручить не сумели.
Не так ли произошло и во вторник на авиабазе «Хмеймим»? Ведь Су-24 был сбит при заходе на посадку. В четырех километрах от границы с Турцией. До нее с нашего аэродрома менее сотни километров. Для транспортно-боевого Ми-8 и вертолета огневой поддержки Ми-24, которые обычно и доставляют спасателей к месту крушения, менее получаса лета. Но они не успели. Почему?
Другой вопрос. Для быстрого обнаружения места приземления любого военного летчика, его катапультное кресло снабжено носимым аварийным запасом НАЗ-7М и автоматическим радиомаяком «Комар-2М». Причем, маяк должен самостоятельно включаться от сильного удара при приземлении. Спасатели, по идее, должны обнаруживать нуждающегося в помощи или эвакуации пилота именно с помощью «Комара».
Но вот какая беда. Уже после несчастливой в этом смысле войны «08.08.08» насчет отечественных средств спасения летчиков Росавиация опубликовала просто ошеломляющую статистику за 2009 год. В отчете сказано: «Низок процент срабатывания авиационных аварийных радиомаяков (радиобуев)… Получено … 460 сообщений, из них 3 — при реальных авиационных происшествиях, причем радиомаяки были включены вручную экипажем или спасателями, ни один не сработал в автоматическом режиме. При 39 авиационных происшествиях срабатывание радиомаяков — в 3 случаях (8%)».
Конечно, с той поры прошло пять с лишним лет. Но многое ли изменилось?
Наверняка и на этот вопрос предстоит ответить комиссии, которая станет расследовать гибель Су-24 в Сирии.
P.S.
При крушении в Сирии бомбардировщика Су-24 погиб военнослужащий авиабазы Шагол гвардии майор Сергей Румянцев. Об этом сообщает портал Chelyabinsk.ru со ссылкой на информированный источник.
«Да, это он, больше пока никакой информации нет, второго ищут», — заявил собеседник издания.
На авиабазе Шагол под Челябинском базируются фронтовые бомбардировщики С-24М и тактические самолеты-разведчики Су-24МР 2-го гвардейского бомбардировочного авиаполка.
Источник: Свободная Пресса
В трагедии с российским фронтовым бомбардировщиком Су-24М, возвращавшимся на авиабазу «Хмеймим» после удара по объектам ИГИЛ * и сбитым турецким истребителем F-16, к вечеру вторника слишком много неясного. Но несомненно одно — наши летчики в этой арабской стране понесли первые потери. И теперь командованию Воздушно-Космических сил РФ предстоит ответить на очень сложный вопрос: было ли сделано все возможное, чтобы спасти экипаж? Который, судя по многочисленным свидетельствам, успел все же благополучно катапультироваться после того, как бомбардировщик загорелся в воздухе.
Известно, что турецкая ракета попала в наш самолет в момент, когда он находился в километре от границы Сирии с этой страной. Мгновенно вспыхнувший бомбардировщик пролетел еще около трех километров, прежде чем рухнул на землю. Этого времени обоим членам экипажа, по свидетельствам очевидцев, хватило, чтобы благополучно покинуть машины. Но, к несчастью, случилось это над районом, занятым так называемой «умеренной оппозицией». А именно — «Сирийской свободной армией» (ССА).
Ну, и что сделали эти «умеренные»? На этот счет пока существует только сообщение агентства Associated Press. По сведениям агентства, российские пилоты приземлялись над расположением «10-й бригады Побережья» ССА. По одним сведениям, боевики этой бригады принялись с земли как в тире расстреливать оказавшихся в беспомощном положении российских военных. Как сообщил Associated Press некий Джахед Ахмад, один из членов экипажа бомбардировщика этим огнем был убит еще до приземления. Второй, как утверждают, захвачен в плен.
Но есть и иная версия событий. По сообщению агентства Reuters со ссылкой на «одного из военных лидеров сирийских туркменов», его люди обоих российских офицеров расстреляли уже после приземления.
Как бы там ни было, придется поискать ответ на вопрос: а был ли хоть малейший шанс спасти экипаж? Можно ли надеяться на благополучный исход дела, если хотя бы один из летчиков все же жив и находится в плену у боевиков?
Казалось бы — шанс есть. Ведь Соединенные Штаты и их союзники не скрывают своих тесных связей с «Сирийской свободной армией». Более того — они всегда настаивали и настаивают, чтобы Россия не наносила ударов по позициям, занятым ССА. Утверждая, что те тоже воюют с ИГИЛ.
Ну, а раз мы с американцами в этой войне как бы по одну сторону баррикад, а радикальные исламисты — по другую, вот и пусть бы Вашингтон поспособствовал спасению попавшего в плен российского летчика.
Однако, положа руку на сердце, надежды мало. Потому что мы уже предлагали американцам подписать документ о совместной работе по спасению любых пилотов, которые могут быть сбиты в небе над Сирией. Как рассказал заместитель министра обороны РФ Анатолий Антонов, 13 октября Москва предложила США разработать совместные методики спасения экипажей самолётов в случае авиационных происшествий в этой стране. Нас не просто не услышали. Великие «гуманисты» из Вашингтона не стали даже обсуждать эту тему. С чего бы теперь ждать от них помощи в трагедии с Су-24М?
Тогда получается, что надеяться России следовало и следует лишь на себя. Самим вести переговоры с ССА в случаях, если российские самолеты попадут под вражеские ракеты. Пара Ту-160 над головами переговорщиков в такой момент стала бы, думаю, хорошим дополнительным аргументом в этом споре.
Но никуда не уйти от вопроса: а все ли было сделано, чтобы ни один из наших военных вообще не оказался в лапах экстремистов? А тут, видимо, не все так просто.
Давайте вспомним войну с Грузией в 2008 году. Одним из горьких ее уроков стали неоправданно большие потери российской боевой авиации в целом (всего тогда было потеряно шесть российских боевых самолетов). Но был и еще один печальный урок. В плен к грузинам попали двое российских летчиков — полковник Игорь Зинов и майор Вячеслав Малков. Впоследствии их обменяли на захваченных солдат и офицеров противника. Но бывший главнокомандующий Военно-Воздушными силами РФ генерал армии Петр Дейнекин вынужден был признать, что наши поисково-спасательные службы, которые всегда дежурят на каждом аэродроме чтобы выручать попавших в беду пилотов, сработали из рук вон плохо. И почти никого выручить не сумели.
Не так ли произошло и во вторник на авиабазе «Хмеймим»? Ведь Су-24 был сбит при заходе на посадку. В четырех километрах от границы с Турцией. До нее с нашего аэродрома менее сотни километров. Для транспортно-боевого Ми-8 и вертолета огневой поддержки Ми-24, которые обычно и доставляют спасателей к месту крушения, менее получаса лета. Но они не успели. Почему?
Другой вопрос. Для быстрого обнаружения места приземления любого военного летчика, его катапультное кресло снабжено носимым аварийным запасом НАЗ-7М и автоматическим радиомаяком «Комар-2М». Причем, маяк должен самостоятельно включаться от сильного удара при приземлении. Спасатели, по идее, должны обнаруживать нуждающегося в помощи или эвакуации пилота именно с помощью «Комара».
Но вот какая беда. Уже после несчастливой в этом смысле войны «08.08.08» насчет отечественных средств спасения летчиков Росавиация опубликовала просто ошеломляющую статистику за 2009 год. В отчете сказано: «Низок процент срабатывания авиационных аварийных радиомаяков (радиобуев)… Получено … 460 сообщений, из них 3 — при реальных авиационных происшествиях, причем радиомаяки были включены вручную экипажем или спасателями, ни один не сработал в автоматическом режиме. При 39 авиационных происшествиях срабатывание радиомаяков — в 3 случаях (8%)».
Конечно, с той поры прошло пять с лишним лет. Но многое ли изменилось?
Наверняка и на этот вопрос предстоит ответить комиссии, которая станет расследовать гибель Су-24 в Сирии.
P.S.
При крушении в Сирии бомбардировщика Су-24 погиб военнослужащий авиабазы Шагол гвардии майор Сергей Румянцев. Об этом сообщает портал Chelyabinsk.ru со ссылкой на информированный источник.
«Да, это он, больше пока никакой информации нет, второго ищут», — заявил собеседник издания.
На авиабазе Шагол под Челябинском базируются фронтовые бомбардировщики С-24М и тактические самолеты-разведчики Су-24МР 2-го гвардейского бомбардировочного авиаполка.
Источник: Свободная Пресса
Читайте также:
«Просто летит по прямой»: как «Фламинго» пробили ПВО и ударили по ключевому заводу в Волгограде
Ночью 27 июня «Фламинго» в связке с дронами прорвались к Волгограду и нанесли удар по заводу, производящему пусковые установки для «Искандеров», «Ярсов» и «Тополей». Почему ПВО не удержала небо? Что это значит для обороны всей страны? Разбор самой неприятной атаки 2026 года и реальных рисков для России.
«Не будет никакой России»: Путин раскрыл главное условие выживания страны в войне с Западом и перед выборами-2026
«Россия может быть только сильной и самостоятельной — или её не будет вовсе». Владимир Путин на съезде «Единой России» жёстко обозначил условия выживания страны в противостоянии с Западом. Почему Киев перешёл к терактам, кто настоящая элита России и что ждёт страну на выборах-2026 — полный разбор ключевой речи президента.
Киев в панике: три МиГ-29 за сутки, Leopard сгорел в укрытии, офицеров ВСУ снесло огнём за секунды
За одни сутки ВСУ потеряли сразу три МиГ-29, российские дроны сожгли замаскированный Leopard НАТО под Константиновкой, а точный удар разнёс командный пункт в Харьковской области вместе с десятком офицеров. Как это меняет ситуацию на фронте и почему потери становятся всё болезненнее для Киева.
Киев ликует о «ядерном грибе над Крымом»: Зеленский готовит последний удар, а российские силы уже отвечают
Киевские паблики празднуют возможные поставки Taurus и Tomahawk, открыто мечтая о ядерном ударе по Крыму. Зеленский объявил о подготовке «финального удара». На этом фоне российские военные ликвидируют ключевых офицеров ССО и наносят точечные удары. Что стоит за этой эскалацией и чем она грозит на самом деле — детальный разбор рисков, фактов и возможных сценариев.
От перехватов к уничтожению: почему идея сбить RC-135W над Чёрным морем уже не выглядит безумием, а выглядит неизбежностью
Военный эксперт Илья Крамник прямо предложил уничтожить британский RC-135W, который ежедневно корректирует удары ВСУ по Крыму и российским городам. Технически это легко. Политически — риск большой войны. Стоит ли нанести удар в «глаз и ухо» НАТО или продолжать терпеть? Разбор, где кончается сдержанность и начинается необходимость.