Последний козырь Эрдогана

Турция стала чинить препятствия прохождению российских судов через Босфор.

В понедельник у кораблей под российским флагом возникли сложности с прохождением через Босфорский пролив, контролируемый Турцией. Причем, как сообщают СМИ, суда под флагами других государств таких проблем не испытывали. Позже РИА-Новости со ссылкой на свой военно-дипломатический источник сообщили, что проблемы удалось решить. Но не исключено, что Анкара пока лишь апробировала свой главный механизм давления на Россию. Если учесть удивительную непоследовательность политики Эрдогана, то сценарий с перекрытием проливов не кажется совершенно невероятным.

Как сообщает ряд источников, наши суда были вынуждены часами нарезать круги, прежде чем получили разрешение войти в пролив. К информации приходится относиться с вниманием. Ведь накануне несколько турецких газет сообщили, что около ракетного крейсера «Москва», прикрывающего нашу авиационную базу в Сирии, появились две турецкие подлодки. Еще одна турецкая подлодка была замечена в Дарданеллах около транспортного судна ВМФ России «Яуза».


Согласно Конвенции, заключенной в 1936 году в швейцарском городе Монтрё, Турция обязана пропускать через проливы все гражданские суда во все времена, а ограничивать проход военных кораблей причерноморских государств она может только в состоянии войны. Формально, Конвенцию Анкара и не нарушала, но определенные трудности России создать решила.

На турецкие проливы приходится значительная доля российской торговли. Через них Россия продает ежегодно на мировом рынке около 25 млн. тонн нефти и 37 млн. тонн нефтепродуктов. Стоимость товаров, прошедших через таможню в Новороссийске за 10 месяцев текущего года составила 5,6 млрд. долларов.

Помимо торговли, проливы имеют ключевое значение для снабжения нашей авиационной базы в сирийской Латакии. Босфор и Дарданеллы — настоящая «дорога жизни» для наших военных.

30 ноября официальные представители НАТО уже заявили, что против закрытия проливов. По идее, в Анкаре должны были услышать призывы «старших партнеров». Но проблема в том, что нынешний президент Турции Эрдоган в последнее время часто действует, исходя из настроения. Иначе сложно объяснить, зачем турецкие ВВС сбили наш Су-24 над сирийской территорией. Москва долгое время относилась к Турции, как к дружественной стране и никак не ожидала агрессии. Сложно понять и смысл последовавшего после инцидента потока противоречащих друг другу заявлений Эрдогана. В течение недели турецкий президент успел поклясться в дружбе и пообещать вновь сбивать российские самолеты.

Поэтому, если Анкара решит всё-таки перекрыть проливы, то удивляться не придется. По международному праву, она не имеет права этого делать, а по факту ждать можно любых неприятностей. Насколько вероятен такой поворот событий?

— Дальнейшее развитие событий зависит от позиции Москвы, — считает руководитель Центра стран Азии и Ближнего Востока Российского института стратегических исследований Анна Глазова. — Судя по нынешней ситуации, Россия не собирается идти на уступки Турции и ослаблять санкции. Турция чинит препятствия для прохождения наших судов, но, по сути, это единственная возможность для Анкары как-то ударить по интересам России. Других возможностей у Турции просто нет. Прекратить покупать наш газ страна не может, потому что российским поставкам нет альтернативы. Механизмов давления на Москву у Турции нет, кроме контроля над проливами.

Да, согласно Конвенции Монтрё, Турция не может перекрыть российским кораблям проход. Но уже были случаи, когда Анкара чинила препятствия для прохождения других судов. Тогда это были американские корабли, сейчас пришла очередь наших.

Если дипломаты не смогут пойти на переговоры, давление Турции будет усиливаться. Я не исключаю, что и военные корабли России столкнутся с препятствиями. И это будет серьезная потеря, ведь через проливы снабжается наша база в Сирии.

— Можно ли договариваться с Эрдоганом?

— Эрдоган ведет неадекватную политику, по крайней мере, в течение последнего года. Он справедливо обвиняется турецкими гражданами и западными партнерами в формировании тоталитарного режима, ущемлении демократии, запрете западных СМИ. Звучат еще обвинения в коррупции. Все эти претензии растут как снежный ком. К сожалению, не приходится говорить, что Эрдоган адекватен.

Но проблема в том, что Эрдоган — законно избранный президент, а его партия во главе с премьером Давутоглу одержала победу на недавних выборах. Поэтому нравится нам это или нет, но придется иметь дело с Эрдоганом и его командой.

— Есть какие-то рычаги давления на Анкару?

— На мой взгляд, все реальные рычаги мы уже использовали. Турецкая экономика понесет значительные потери из-за неадекватных действий турецкого государства.

Самый болезненный наш удар — по туристической сфере. Но не стоит забывать, что на первом месте в Турции туристы из Германии. Кроме того, Турция активно развивает турбизнес в арабских странах, всё больше мусульман с Ближнего Востока приезжает отдыхать в Турцию. Так что удар будет болезненным, но не фатальным.

Расчет идет не на то, что без поставок в Россию своей продукции Турция понесет серьезные экономические потери, а что начнется волна критики в адрес руководства со стороны турецких граждан. Критика должна заставить Эрдогана предпринимать какие-то действия навстречу России.

— Но антироссийская истерия может и сплотить турков.

— Я не думаю, что это произойдет. Скажем, в России поддержка власти составляет 80%, люди готовы пожертвовать материальным благосостоянием ради геополитических проектов. В Турции рейтинг правящей партии не превышает 50%, сильна оппозиция. Несмотря на давление властей, она имеет пока возможность высказывать свою позицию, в том числе и через целый ряд турецких СМИ.

— Турция сейчас пытается демонстрировать национальную гордость, дескать, ей есть чем ответить на наши санкции, — уверен доцент РГГУ Сергей Серёгичев. — Всё идет от Эрдогана, которому надо продемонстрировать своим избирателям решительность.

Но формально Турция не нарушает Конвенцию Монтрё, поэтому отвечать России сложно. Проволочки с проходом судов всегда можно объяснить какими-то бюрократическими причинами. Турки явно проконсультировались с юристами, прежде чем начинать свою акцию.

В принципе, перекрытие проливов это более серьезная вещь, чем наш сбитый самолет. Но не воевать же нам за проливы, мы знаем чем закончились такие попытки в XIX веке и в Первую мировую войну.

— Может ли политика Турция стать более конструктивной?

— Эрдоган не может подходить к делу с холодной головой. Он считает, что политика — это горящее сердце и кипящий рассудок. Стоит ожидать только дальнейшей эскалации, как в политико-дипломатической, так и в военной сфере. Эрдоган на компромисс не пойдет. Мы должны готовить для него почетное отступление, чтобы он мог в глазах своих избирателей выглядеть «победителем России». Просто так он назад не свернет.

Главное, что Эрдогану в Турции нет серьезного противовеса. Армию он запугал и ослабил, у спецслужб не хватит сил на переворот, либеральная оппозиция разгромлена.

По большому счету, остановить Эрдогана сможет только Обама, все остальные ему не указ. Так что небольшая вероятность исчерпания конфликта.

— Какие меры мы всё-таки можем предпринять?

— На Эрдогана можно воздействовать через США. Сейчас же мы пытаемся инициировать антипрезидентские настроения внутри Турции. Москва, очевидно, ждет результатов санкций. Турецкие бизнесмены должны надавить на Эрдогана. Они и так выбросили миллиарды долларов на сирийскую авантюру, теперь еще лишились рынков в России. Кто компенсирует потери? Пока неясно.

Но запаса прочности у режима Эрдогана хватит, по крайней мере, чтобы полгода удерживаться. Параллельно Эрдоган продолжает шантажировать беженцами Европу. Видимо, он рассчитывает заменить Россию Европой, получить от нее то, что потерял от разрыва отношений с нами. Если Старый Свет согласится на уступки, то наши санкции подействуют не так скоро.

Нам надо выиграть битву за наше понимание турецкого вопроса в Европе. Тем более что там склонны больше разделять нашу точку зрения. Но всё равно придется ждать.

Пока мы увидим обмен различными мерами воздействия. Есть, конечно, вариант, что нам удастся найти очень убедительные доказательства связи семьи Эрдогана с ИГИЛ, которые будут понятны всем обычным западным телезрителям. В таком случае можно ожидать начала серьезного бурления в Турции.

Пока сценарий кажется совершенно невероятным. Но ситуация сдвинется в нашу пользу, если России удастся создать угрозу подведения Турции под американские санкции. Тогда турецкие военные вспомнят о своей силе, и мы увидим, как Эрдоган подаст в отставку под тем или иным предлогом или же будет арестован, как пособник международного терроризма.

— Действия Турции можно назвать эмоциональной реакцией, — говорит руководитель Исследовательского центра «Ближний Восток — Кавказ» Станислав Тарасов. — Что касается подлодок вокруг наших военных кораблей, то это обычная практика, когда турецкие суда сопровождают иностранных военных. Но в целом, ситуация напряженная. Закрыть проливы Турция не сможет, а вот создавать сложности, видимо, будет.

Дело в том, что Турция не получает ожидаемого. Она на передовой конфликта с ИГИЛ, тяжелое противостояние с курдами, а сейчас еще и потеряла Россию как союзника. Французы начинают обходить Турцию стороной, Соединенные Штаты в отношении страны ведут политику двойных стандартов. В этой ситуации Анкара должна проводить очень тонкую политику. Вместо этого мы видим «восточную реакцию». Турки просто хотят потрепать нам нервы. Раньше российским кораблям был «зеленый свет».

В принципе, задержка прохода кораблей — излюбленная тактика Турции. Но задерживать бесконечно долго не получится, ведь есть определенная процедура. Обычная практика, когда сообщают, что придется ожидать очереди две недели, а через три часа дают проход. Бесспорно, это нервирует.

— Какие цели ограничением движения наших кораблей ставит Турция?

— Прежде всего, хотят помешать снабжению нашей базы в Сирии. Турки не могут повлиять на ход событий, но пытаются обострить ситуацию. Это просто игра на нервах, за этим ничего конкретного не стоит. Анкара говорит, что создаст нам какой-то дискомфорт.

— Как может отреагировать Россия?

— Отреагировать можно дипломатическим путем. Если формально Конвенция Монтрё не нарушается, то методов воздействия нет. Если турки не сделают никакого нового выпада на грани вооруженного конфликта, то у нас будет спокойная реакция. Началась война нервов, к этому надо привыкать.

Источник: Свободная Пресса