Вечный турецкий страх

Турция атаковала Су-24М, прячась за спины союзников по НАТО.

Доцент кафедры международных отношений университета Kadir Has (Стамбул) Акин Унвер в статье «Столкновение империй» дал понять, что удар по российскому бомбардировщику Су-24М случился вопреки внутренней логике и национальным интересам Анкары. То же самое, по его словам, произошло в августе 1914 года, когда два немецких корабля — линейный крейсер «Гебен» и лёгкий броненосец «Бреслау» — спрятались от английской эскадры под прикрытием турецких фортов Нагара вблизи Константинополя.

Тогда под влиянием внешних факторов нейтральная Турция, не в силах сказать «нет», ввязалась в мировую войну, которая имела для неё самые губительные последствия. «Россия была для османов древним врагом, — пишет Акин Унвер. — После перевода этих двух военных кораблей в Османский флот у турков появилось стратегическое преимущество на Черном Море. Под влиянием этого руководство поверило германцам, что сможет возродить былую империю». В противном случае турки лишились бы берлинского покровительства, столь необходимого для Стамбула.


Напомним, что тогда крейсер «Гебен», получив наименование «Явуз Султан Селим», и «Бреслау», став «Мидилли», отправились на обстрелы российских портовых городов Новороссийска, Одессы и Севастополя. Экипажи этих кораблей остались немецкими, сменился только флаг. России ничего не оставалось, как объявить войну Турции…

Исследования турецкого историка Акина Унвера в значительной степени посвящены морским битвам и сражениям между Турцией и Россией за контроль над черноморской акваторией и тому, как войны сказывались на взаимоотношении наших стран.

«Я утверждаю, что ход современных российско-турецких отношений был предопределен в 1783 году, когда солдаты русской армии захватили Крым, тем самым нанесли чудовищный удар по гордости османов», — пишет Акин Унвер. Вот только он забыл, что перед этим Крымское ханство практически ежегодно совершало разорительные набеги на Русь, а количество восточных славян, угнанных в османское рабство за три предшествующих века, оценивается историками в пять миллионов человек.

В целом, официальный взгляд Анкары на историю российско-турецких отношений основывается на следующем постулате: ни в прошлом, ни в настоящем турки не могли и не могут самостоятельно противостоять русской армии. Поиск союзников по антирусской коалиции был и является для османов навязчивой национально идеей, причем настолько сумасбродной, что турки готовы жертвовать своими интересами. Они рефлекторно хватались за любой удобный момент для атаки на Россию.

Кстати, именно этим Анкара объяснила своим суннитам, почему Турция вступила в союз с христианским военным блоком НАТО. Даже переговоры по Таможенному союзу «Турция-ЕС» в 1996 году прошли под этим лозунгом. И хотя некоторые члены парламента Турции назвали эту сделку экономической капитуляцией, правительство Сулеймана Демиреля легко продавило через законодателей антинациональное соглашение с Евросоюзом, которое разорило десятки тысяч турецких бизнесменов.

Иными словами, любой намек на возможное похолодание отношений с НАТО в Турции воспринимают болезненно и исключительно через призму отношений с Россией. Судя по всему, атака на российский бомбардировщик Су-24М вписывается в схему сложных и запутанных отношений Запад-Турция-Россия.

По имеющейся у Акина Унвера информации, Барак Обама недавно напомнил Эрдогану о том, как «нехотя американцы принимали турков в НАТО» и чем мог закончиться для османов отказ в 1952 году. Мощь сталинского Советского Союза была такова, что разгром был бы неминуем и страшен.

В этой связи французский философ-писатель Бернар-Анри Лев, специалист по истории Турции, утверждает, что тогда с обеих сторон имелись крайне чувствительные противоречия. Анкара, спекулируя геополитическим интересом Америки к Босфору, требовала для себя особенное право отказывать блоку в солидарности по некоторым спорным вопросам. Руководство НАТО согласилось на три «нет», после чего обязалось поставить перед союзниками вопрос о целесообразности членства Турции в оборонном альянсе.

В 1991 году Турция под большим давлением приняла решение поддержать политику НАТО в отношении северных иракских курдов. Трения были настолько острые, что Вашингтон засчитал Анкаре первое «no». Вторую черную метку турки получили в 2003 году, когда парламент Турции не разрешил размещение американских войск на территории Турции. Во всяком случае, так утверждает Бернар-Анри Лев.

И вот теперь новые разногласия между Анкарой и Вашингтоном многими западными политологами трактуются как непреодолимые, с самыми опасными последствиями для Турции. Наверняка в этом больше лукавства, чем правды: геополитическое расположение страны приносит НАТО такие солидные военные дивиденды, что на турецкое безрассудство альянс в любом случае закроет глаза.

Другой вопрос заключается в том, что за военное покровительство США требует солидную дань, — таков неписанный закон международной политики Вашингтона. Здесь со стороны Америки не могло быть никаких уступок, тем более вопрос касался России. Проще говоря, президенту Турции Эрдагану приказали (сбить Су-24М — ред.). И он не решился отказать «американскому боссу», точно так в 1914 году военный министр Турции Энвер-паша — немцам. Таков, по сути, лейтмотив рассуждений доцента Акина Унвера.

Фактически Эрдоган ничем не отличается от турецких султанов, которые на протяжении многих веков боялись России, и одновременно использовали любую возможность, главным образом спрятавшись за спины союзников, для вероломного удара.

Источник: Свободная Пресса