Ответить жестко
Тегеран показал пример принципиальной позиции по отношению к нарушителям своего суверенитета.
Официальный Тегеран объявил об освобождении десяти моряков Военно-морских сил США, накануне задержанных в Персидском заливе. Инцидент с двумя американскими военными катерами произошел в территориальных водах Ирана. Свое разъяснение случившегося дал пресс-секретарь американского оборонного ведомства Питер Кук, он пояснил, что катера совершали переход по направлению из Кувейта в Бахрейн и на контролируемой Ираном территории они оказались «по техническим причинам». Разумеется, что это была просто дипломатическая уловка государства, обладающего одной из самых серьезных разведок мира.
В среду Иран затребовал официальных извинений со стороны США и… получил их едва ли не молниеносно. Что, конечно, само по себе уже можно считать маленькой сенсацией, даже со всеми оговорками, что американцы «своих не бросают» и, стало быть, готовы идти на диалог уже в силу этого принципа. Но сама история отношений Тегерана с Вашингтоном, который считанные годы тому назад еще готов был стереть с лица это арабское государство, придает теперешнему событию особую пикантность.
Жесткость позиции, которую в случае со вторжением американских военных в свои воды позволил себе Тегеран, находит, кажется, достаточно простое объяснение – трудно не ощутить некую «слабинку» (подлинную или лукавую — отдельный вопрос) во внешней политике, которую в последнее время решил себе позволить Вашингтон. Вот уже и Барак Обама с трибуны Конгресса заявляет об ошибочности тактики «мирового полицейского» — а то ли еще будет, потирают в сладостном предвкушении руки записные оптимисты. Но так ли все просто?
«Сейчас не в интересах Вашингтона возвращать ситуацию вокруг Ирана на пять лет назад, к периоду острой конфронтации, к периоду заявлений о возможности нанесения военных ударов по иранским объектам, — пояснил политолог, главный редактор журнала «Проблемы национальной стратегии» Аждар Куртов. — Очевидно, Вашингтон пытается втянуть Тегеран в орбиту своего влияния путем каких-то закулисных сделок, в том числе и в экономике. Более того, можно допустить и такой вариант, что влиятельные американские бизнес-круги присматриваются сейчас к богатым иранским активам, обещающим очень неплохие возможности получения прибыли».
Последнее предположение, правда, пока что можно считать слишком вольным, ведь известна принципиальная и жесткая позиция Тегерана относительно допуска внешних инвесторов на объекты своей сырьевой инфраструктуры. Впрочем, тем интереснее будет проследить, насколько иранские власти сдюжат быть последовательными в вопросах отстаивания своих национальных интересов — действительно ли так вдохновятся извинениями Вашингтона и его приторно-сказочной риторикой или продолжат держать караул, понимая хитрость противника?
Так или иначе, но инцидент с американскими военными у иранского побережья побуждает уже нас, находящихся в России, задаваться риторическими вопросами: готовы ли мы в подобной ситуации задержать американских «нечаянных гостей», а задержав, требовать официальных и быстрых извинений со стороны Вашингтона? А осмелившись потребовать — получить их и получить быстро? Вопрос риторический уже в силу того, что пока что не приходилось проверять все это на практике. Да и желать подобного, кажется, глупо. Впрочем, усиление российского мирового авторитета в мире, модернизация военной группировки — уже веский повод в подобных переговорах.
Что касается Тегерана, то свои решительные действия он предпринял, очевидно, с той лишь целью, чтобы, помимо всего прочего, охладить пыл тех своих демонстрантов, которые на днях разгромили посольство Саудовской Аравии. Задача — подчеркнуть, что ситуация с саудитами, которые являются давними союзниками США, находится под контролем, в том числе и Тегерана. Все же велик оказался соблазн сыграть на заметном охлаждении отношений между Вашингтоном и Эль-Риядом, которые в последнее время стал демонстрировать свою, пожалуй, излишнюю самостоятельность. Тегеран вряд ли мог отказать себе в удовольствии воспользоваться удобной ситуацией, чтобы вбить дополнительный клин в отношения между США и Саудовской Аравией. Ведь понятно, что саудиты такое «унижение» Вашингтона оценят совершенно определенно.
И все же сам факт инцидента с американскими моряками вряд ли случаен. «Провокации со стороны США будут продолжаться и далее, — уверен политолог Константин Соколов, — США на уровне Доктрины национальной безопасности руководствуются теорией преэмптивной войны, суть которой сводится к тому, чтобы в том или ином регионе устроить бойню чужими руками, стравить стороны и получить с этого выгоду». Кажется, в этом утверждении кроется своя истина, спорить с которой — занятие бесперспективное.
Нынешние «дипломатические маневры» Вашингтона уж точно не отменяют той главной задачи, которую провозгласила в свое время еще Кондолиза Райс и от решения которой США отказываться не собираются определенно — перекройка карты нынешнего Ближнего Востока со взятием новообразовавшегося единого государства под внешний контроль только началась. Под заверения о недопустимости тактики «мирового полицейского». Он и не нужен в век информационных технологий. Русская планета
Официальный Тегеран объявил об освобождении десяти моряков Военно-морских сил США, накануне задержанных в Персидском заливе. Инцидент с двумя американскими военными катерами произошел в территориальных водах Ирана. Свое разъяснение случившегося дал пресс-секретарь американского оборонного ведомства Питер Кук, он пояснил, что катера совершали переход по направлению из Кувейта в Бахрейн и на контролируемой Ираном территории они оказались «по техническим причинам». Разумеется, что это была просто дипломатическая уловка государства, обладающего одной из самых серьезных разведок мира.
В среду Иран затребовал официальных извинений со стороны США и… получил их едва ли не молниеносно. Что, конечно, само по себе уже можно считать маленькой сенсацией, даже со всеми оговорками, что американцы «своих не бросают» и, стало быть, готовы идти на диалог уже в силу этого принципа. Но сама история отношений Тегерана с Вашингтоном, который считанные годы тому назад еще готов был стереть с лица это арабское государство, придает теперешнему событию особую пикантность.
Жесткость позиции, которую в случае со вторжением американских военных в свои воды позволил себе Тегеран, находит, кажется, достаточно простое объяснение – трудно не ощутить некую «слабинку» (подлинную или лукавую — отдельный вопрос) во внешней политике, которую в последнее время решил себе позволить Вашингтон. Вот уже и Барак Обама с трибуны Конгресса заявляет об ошибочности тактики «мирового полицейского» — а то ли еще будет, потирают в сладостном предвкушении руки записные оптимисты. Но так ли все просто?
«Сейчас не в интересах Вашингтона возвращать ситуацию вокруг Ирана на пять лет назад, к периоду острой конфронтации, к периоду заявлений о возможности нанесения военных ударов по иранским объектам, — пояснил политолог, главный редактор журнала «Проблемы национальной стратегии» Аждар Куртов. — Очевидно, Вашингтон пытается втянуть Тегеран в орбиту своего влияния путем каких-то закулисных сделок, в том числе и в экономике. Более того, можно допустить и такой вариант, что влиятельные американские бизнес-круги присматриваются сейчас к богатым иранским активам, обещающим очень неплохие возможности получения прибыли».
Последнее предположение, правда, пока что можно считать слишком вольным, ведь известна принципиальная и жесткая позиция Тегерана относительно допуска внешних инвесторов на объекты своей сырьевой инфраструктуры. Впрочем, тем интереснее будет проследить, насколько иранские власти сдюжат быть последовательными в вопросах отстаивания своих национальных интересов — действительно ли так вдохновятся извинениями Вашингтона и его приторно-сказочной риторикой или продолжат держать караул, понимая хитрость противника?
Так или иначе, но инцидент с американскими военными у иранского побережья побуждает уже нас, находящихся в России, задаваться риторическими вопросами: готовы ли мы в подобной ситуации задержать американских «нечаянных гостей», а задержав, требовать официальных и быстрых извинений со стороны Вашингтона? А осмелившись потребовать — получить их и получить быстро? Вопрос риторический уже в силу того, что пока что не приходилось проверять все это на практике. Да и желать подобного, кажется, глупо. Впрочем, усиление российского мирового авторитета в мире, модернизация военной группировки — уже веский повод в подобных переговорах.
Что касается Тегерана, то свои решительные действия он предпринял, очевидно, с той лишь целью, чтобы, помимо всего прочего, охладить пыл тех своих демонстрантов, которые на днях разгромили посольство Саудовской Аравии. Задача — подчеркнуть, что ситуация с саудитами, которые являются давними союзниками США, находится под контролем, в том числе и Тегерана. Все же велик оказался соблазн сыграть на заметном охлаждении отношений между Вашингтоном и Эль-Риядом, которые в последнее время стал демонстрировать свою, пожалуй, излишнюю самостоятельность. Тегеран вряд ли мог отказать себе в удовольствии воспользоваться удобной ситуацией, чтобы вбить дополнительный клин в отношения между США и Саудовской Аравией. Ведь понятно, что саудиты такое «унижение» Вашингтона оценят совершенно определенно.
И все же сам факт инцидента с американскими моряками вряд ли случаен. «Провокации со стороны США будут продолжаться и далее, — уверен политолог Константин Соколов, — США на уровне Доктрины национальной безопасности руководствуются теорией преэмптивной войны, суть которой сводится к тому, чтобы в том или ином регионе устроить бойню чужими руками, стравить стороны и получить с этого выгоду». Кажется, в этом утверждении кроется своя истина, спорить с которой — занятие бесперспективное.
Нынешние «дипломатические маневры» Вашингтона уж точно не отменяют той главной задачи, которую провозгласила в свое время еще Кондолиза Райс и от решения которой США отказываться не собираются определенно — перекройка карты нынешнего Ближнего Востока со взятием новообразовавшегося единого государства под внешний контроль только началась. Под заверения о недопустимости тактики «мирового полицейского». Он и не нужен в век информационных технологий. Русская планета
Читайте также:
Почему Путин вернулся к Стамбулу и Анкориджу: Украина как дымовая завеса перед главной битвой с Западом
Путин подтвердил готовность к переговорам на базе Стамбула и Анкориджа, но политолог Алексей Ярошенко жёстко предупреждает: Украина — лишь дымовая завеса. Реальное противостояние с Западом впереди и растянется на долгие годы. Почему иллюзий быть не должно и к чему России готовиться всерьёз.
КамАЗы людей против КамАЗов дронов: 16 операторов из любой точки мира держат российский батальон
Пленный ВСУ раскрыл шокирующую схему: против целого российского батальона воюют всего 16 человек. Они просто расставляют FPV-дроны и подключают их к глобальному серверу, где операторы из любой страны мира за деньги расстреливают наших бойцов как в игре. Цены на дроны — от 53 тысяч рублей, управление — за 500+ км. Новая реальность СВО, которая требует срочных выводов.
Эвакуация на Черниговщине раскрыла карты: блокада Крыма — отвлекающий маневр перед ударом на севере
Зеленский громко требует оружие для ударов по Крыму, но пока Киев объявил обязательную эвакуацию из 12 приграничных сёл Черниговской области. Военный эксперт объясняет: это классическая подготовка плацдарма. Блокада полуострова — лишь дымовая завеса. Где на самом деле собраны крупные силы ВСУ и чего ждать в ближайшее время?
«Не будет никакой России»: Путин раскрыл главное условие выживания страны в войне с Западом и перед выборами-2026
«Россия может быть только сильной и самостоятельной — или её не будет вовсе». Владимир Путин на съезде «Единой России» жёстко обозначил условия выживания страны в противостоянии с Западом. Почему Киев перешёл к терактам, кто настоящая элита России и что ждёт страну на выборах-2026 — полный разбор ключевой речи президента.
Киев в панике: три МиГ-29 за сутки, Leopard сгорел в укрытии, офицеров ВСУ снесло огнём за секунды
За одни сутки ВСУ потеряли сразу три МиГ-29, российские дроны сожгли замаскированный Leopard НАТО под Константиновкой, а точный удар разнёс командный пункт в Харьковской области вместе с десятком офицеров. Как это меняет ситуацию на фронте и почему потери становятся всё болезненнее для Киева.