СНГ под угрозой девальвации
22.12.2015 21:29
2 325
2
Снижение цен на нефть стало проблемой для всего постсоветского пространства.
21 декабря азербайджанская экономика пережила свой «черный понедельник». Центральный банк страны был вынужден перейти к плавающему курсу маната, и его цена сразу же упала с 1,05 до 1,55 маната за доллар США. Чуть раньше с девальвацией национальной валюты столкнулись другие государства СНГ, в том числе и Россия.
За последний год сильно потеряли в цене казахский тенге, узбекский сум, туркменский манат. Курсы среднеазиатских валют упали относительно доллара в 1,5−2,5 раза. Не избежал этой участи и рубль. Во всех странах отмечается сокращение золотовалютных резервов. По большому счету, многие экономисты лишь поражаются, как азербайджанский манат держался так долго. Ведь валютные резервы в течение этого года упали с 15 до 6,2 млрд. долларов.
У стран, переживших девальвацию, есть одно сходное обстоятельство: в значительной мере их бюджеты наполнялись за счет экспорта природных ресурсов. Но цена нефти на мировых биржах за последние полтора года упала ровно в три раза. Первым отреагировал российский рубль, остальные потянулись следом.
С другой стороны, есть в СНГ государства, которые жили отнюдь не за счет экспорта углеводородов. И если девальвацию украинской гривны и молдавского лея можно списать на политический кризис в этих странах, то падение курса белорусского рубля выглядит несколько странно. Ведь экономика Белоруссии существовала за счет внутреннего спроса и экспорта, преимущественно в Европу, продукции обрабатывающей промышленности.
Как государства постсоветского пространства переживут девальвацию, и что будет с интеграционными проектами вроде Евразийского экономического союза?
— Девальвация не будет сильно бить по экономикам стран СНГ, если мы перейдем к расчетам в рублях во внутренней торговле, — считает эксперт Центра по изучению постсоветского пространства Александр Караваев. — Для всех, кто входит в зону торговли СНГ или в Евразийский экономический союз, девальвация имеет несколько похожих преимуществ. Они связаны с тем, что падение курса национальной валюты позволяет получать больше выгод от экспорта. Девальвация служит важным стимулирующим фактором для перестройки народного хозяйства. От модели, ориентированной на наполнение бюджета за счет продажи нефти и газа, к развитию собственного производства в других сферах.
Какие рынки больше всего ориентированы на потребление продукции обрабатывающей промышленности стран СНГ и ЕАЭС? По большому счету, это те же страны постсоветского пространства, то есть речь идет о внутреннем рынке. Конечно, за последние два десятилетия наметились и другие партнеры в мире, которые могут покупать продукцию с высокой степенью переработки, но доминирующим является «свой рынок».
Возникает ситуация, когда внешние «стрессы», связанные с падением нефтегазовых доходов, становятся стимулом для развития производства продукции с высокой добавленной стоимостью.
«СП»: — Но девальвация приводит к обеднению населения, соответственно, падает внутренний спрос.
— Необходимо искать баланс «минусов» и «плюсов». В каждой стране он просчитывается по-своему. Скажем, в России девальвация происходила не сразу, она длится уже полтора года, с весны 2014-го. Замечают просто резкие скачки. Большая часть населения адаптируется, переводит свои накопления и вклады в твердую валюту. Конечно, есть группы людей, которые больше подвержены негативным последствиям. Есть риски инфляции и разгона цен.
Но надо понимать, что девальвация — это вынужденная мера. Она происходит тогда, когда Центробанк той или иной страны понимает невозможность дальнейшего поддерживания валюты на прежнем уровне, когда нефть стоила в несколько раз дороже. Приходит момент, что таких возможностей не остается. Если поддерживать национальную валюту и дальше, то возникнет ситуация, что все золотовалютные резервы быстро уйдут на искусственную фиксацию стоимости своей денежной единицы.
Решение о девальвации похоже на выбор лекарства от болезни. Ни одно лекарство не обходится без каких-то побочных действий, но в любом случае его принимать необходимо.
«СП»: — Способны ли страны СНГ использовать стимул в виде девальвации для перестройки экономики?
— Сложно сказать, смогут ли государства на 100% или на какую-то долю использовать новые возможности. Можно посмотреть ретроспективу и задуматься над вопросом, насколько успешно страны в прошлом использовали дополнительные доходы от сырья, насколько эффективно вкладывали их в экономику. Вопрос о диверсификации появился не в последние месяцы, он стоял несколько лет, когда страны еще получали сверхдоходы от высоких нефтяных цен.
К сожалению, сделано было мало. Это относится и к России, и к Казахстану, и к Азербайджану. Будут ли сделаны соответствующие выводы и, главное, предприняты конкретные действия? На мой взгляд, что-то делаться неизбежно будет. Наверняка встанет вопрос о климате для бизнеса, эффективности госкомпаний. По большому счету, для Москвы, Астаны или Баку стоит вопрос выживаемости власти.
Можно сказать, что мы подошли к черте, когда необходимые меры нельзя больше откладывать. Причем некоторые вещи нельзя отыграть назад. Уже нет времени, чтобы спокойно наладить новые производства, найти для них ниши на внешних рынках. Поэтому приходится действовать в авральном режиме.
— Девальвация валют характерна для всех стран СНГ, где экономика ориентирована на экспорт сырья, — говорит старший научный сотрудник МГИМО Леонид Гусев. — Это касается России, Казахстана, Азербайджана, Узбекистана, Туркменистана. Эти страны наполняют свою казну за счет продажи природных ресурсов. К сожалению, приходится констатировать, что после обвала цен на нефть все наши государства ожидают тяжелые времена. За последние 15 лет все страны ориентировали свою экономику именно на продажу сырья, прежде всего, углеводородов.
С 2004 года цены на сырье начали стремительно расти. Во всех государствах значительные средства стали вкладывать в добычу сырья и в строительство. Прекрасно был отстроен Баку и другие города Азербайджана. Я был в Ашхабаде, за счет продажи газа этот город стал напоминать город из сказки «1001 ночь». Преобразились города в Казахстане и России. Теперь наступают другие времена.
Ранее экономисты предупреждали, что сырьевым экономикам в будущем будет нелегко и надо переводить народное хозяйство на новые рельсы. Сейчас это сделать будет тем более непросто, ведь столько лет экономики развивались именно в сырьевом ключе. Теперь новые меры придется применять экстренно.
Сложно сказать, какие конкретно меры и в каких странах будут приняты. Но очевидно, что ситуация складывается достаточно напряженная.
«СП»: — У Белоруссии нет нефти и газа, основу экономики составляет обрабатывающая промышленность. Но и там произошла девальвация национальной валюты.
— Но белорусская экономика сильно завязана на российскую. Сырье страна получала от нас. Наши экономики работают по принципу сообщающихся сосудов. Если у нас наступает кризис, то его испытывает и Белоруссия. Нельзя сказать, что в Белоруссии нет своей экономики, но она очень мала. Да, там есть производство, но объемы невелики. Последние 20 лет мы сильно субсидировали белорусскую экономику.
Надо понимать, что экономики стран СНГ — это экономики бывших советских республик. Структура их взаимодействия во многом осталась прежней, они сильно зависят друг от друга.
«СП»: — То есть, чтобы экономики стран СНГ развивались, прежде всего, должно перестроиться народное хозяйство России?
— Совершенно верно. Зачем скрывать очевидные факты. На протяжении многих лет, чтобы никого не обижать, мы не говорили публично о своей роли на постсоветском пространстве. Тем более, Казахстан пытался развивать свое народное хозяйство опережающими темпами, много было сделано в Белоруссии, в других государствах. Но все эти страны завязаны на Россию. Зависимость их благополучия от нас прямая. Если будет плохо у нас, то плохо будет и у них. Если выздоравливать начнет российская экономика, то начнется рост и у соседей. Так сложилось и от этого никуда не деться.
Естественно, все страны СНГ пытаются развивать альтернативное сотрудничество. Скажем, Казахстан на протяжении всех лет своей независимости говорил о «многовекторной политике». У Астаны есть взаимодействие с нами, но одновременно строили газопровод в Китай. Известен проект газопровода Баку — Тбилиси — Джейхан, который реализовал Азербайджан. Казахстан и Азербайджан пытались наладить сотрудничество с Ираном.
Но, по большому счету, связи с Россией никуда не делись. Они останутся, я думаю, еще многие годы. Наши экономики взаимозависимы.
«СП»: — Скажем, непризнанное Приднестровье жестко привязало свою валюту к доллару, чтобы не пострадали наименее защищенные слои населения. Может, нашим странам стоит подумать еще об изменении идеологии экономики, чтобы она работала, прежде всего, на удовлетворение насущных запросов граждан?
— Надо хорошо просчитывать все меры. К примеру, если мы жестко зафиксируем курс национальной валюты по отношению к доллару, то может появиться «черный рынок». В свое время мы это проходили. В официальных обменных пунктах валюты не будет, а на «черном рынке» она будет стоить в несколько раз дороже. Чтобы этого избежать, нужны четкие настройки экономики.
С другой стороны, у народного хозяйства должна быть нормальная идеология. Она, кстати, способствует развитию экономики. Любое государство базируется на каких-то идейных принципах, без них оно существовать не может. Экономика должна быть социально ориентированной, иначе государство не сможет объединять проживающие в стране народы.
Источник: Свободная Пресса
21 декабря азербайджанская экономика пережила свой «черный понедельник». Центральный банк страны был вынужден перейти к плавающему курсу маната, и его цена сразу же упала с 1,05 до 1,55 маната за доллар США. Чуть раньше с девальвацией национальной валюты столкнулись другие государства СНГ, в том числе и Россия.
За последний год сильно потеряли в цене казахский тенге, узбекский сум, туркменский манат. Курсы среднеазиатских валют упали относительно доллара в 1,5−2,5 раза. Не избежал этой участи и рубль. Во всех странах отмечается сокращение золотовалютных резервов. По большому счету, многие экономисты лишь поражаются, как азербайджанский манат держался так долго. Ведь валютные резервы в течение этого года упали с 15 до 6,2 млрд. долларов.
У стран, переживших девальвацию, есть одно сходное обстоятельство: в значительной мере их бюджеты наполнялись за счет экспорта природных ресурсов. Но цена нефти на мировых биржах за последние полтора года упала ровно в три раза. Первым отреагировал российский рубль, остальные потянулись следом.
С другой стороны, есть в СНГ государства, которые жили отнюдь не за счет экспорта углеводородов. И если девальвацию украинской гривны и молдавского лея можно списать на политический кризис в этих странах, то падение курса белорусского рубля выглядит несколько странно. Ведь экономика Белоруссии существовала за счет внутреннего спроса и экспорта, преимущественно в Европу, продукции обрабатывающей промышленности.
Как государства постсоветского пространства переживут девальвацию, и что будет с интеграционными проектами вроде Евразийского экономического союза?
— Девальвация не будет сильно бить по экономикам стран СНГ, если мы перейдем к расчетам в рублях во внутренней торговле, — считает эксперт Центра по изучению постсоветского пространства Александр Караваев. — Для всех, кто входит в зону торговли СНГ или в Евразийский экономический союз, девальвация имеет несколько похожих преимуществ. Они связаны с тем, что падение курса национальной валюты позволяет получать больше выгод от экспорта. Девальвация служит важным стимулирующим фактором для перестройки народного хозяйства. От модели, ориентированной на наполнение бюджета за счет продажи нефти и газа, к развитию собственного производства в других сферах.
Какие рынки больше всего ориентированы на потребление продукции обрабатывающей промышленности стран СНГ и ЕАЭС? По большому счету, это те же страны постсоветского пространства, то есть речь идет о внутреннем рынке. Конечно, за последние два десятилетия наметились и другие партнеры в мире, которые могут покупать продукцию с высокой степенью переработки, но доминирующим является «свой рынок».
Возникает ситуация, когда внешние «стрессы», связанные с падением нефтегазовых доходов, становятся стимулом для развития производства продукции с высокой добавленной стоимостью.
«СП»: — Но девальвация приводит к обеднению населения, соответственно, падает внутренний спрос.
— Необходимо искать баланс «минусов» и «плюсов». В каждой стране он просчитывается по-своему. Скажем, в России девальвация происходила не сразу, она длится уже полтора года, с весны 2014-го. Замечают просто резкие скачки. Большая часть населения адаптируется, переводит свои накопления и вклады в твердую валюту. Конечно, есть группы людей, которые больше подвержены негативным последствиям. Есть риски инфляции и разгона цен.
Но надо понимать, что девальвация — это вынужденная мера. Она происходит тогда, когда Центробанк той или иной страны понимает невозможность дальнейшего поддерживания валюты на прежнем уровне, когда нефть стоила в несколько раз дороже. Приходит момент, что таких возможностей не остается. Если поддерживать национальную валюту и дальше, то возникнет ситуация, что все золотовалютные резервы быстро уйдут на искусственную фиксацию стоимости своей денежной единицы.
Решение о девальвации похоже на выбор лекарства от болезни. Ни одно лекарство не обходится без каких-то побочных действий, но в любом случае его принимать необходимо.
«СП»: — Способны ли страны СНГ использовать стимул в виде девальвации для перестройки экономики?
— Сложно сказать, смогут ли государства на 100% или на какую-то долю использовать новые возможности. Можно посмотреть ретроспективу и задуматься над вопросом, насколько успешно страны в прошлом использовали дополнительные доходы от сырья, насколько эффективно вкладывали их в экономику. Вопрос о диверсификации появился не в последние месяцы, он стоял несколько лет, когда страны еще получали сверхдоходы от высоких нефтяных цен.
К сожалению, сделано было мало. Это относится и к России, и к Казахстану, и к Азербайджану. Будут ли сделаны соответствующие выводы и, главное, предприняты конкретные действия? На мой взгляд, что-то делаться неизбежно будет. Наверняка встанет вопрос о климате для бизнеса, эффективности госкомпаний. По большому счету, для Москвы, Астаны или Баку стоит вопрос выживаемости власти.
Можно сказать, что мы подошли к черте, когда необходимые меры нельзя больше откладывать. Причем некоторые вещи нельзя отыграть назад. Уже нет времени, чтобы спокойно наладить новые производства, найти для них ниши на внешних рынках. Поэтому приходится действовать в авральном режиме.
— Девальвация валют характерна для всех стран СНГ, где экономика ориентирована на экспорт сырья, — говорит старший научный сотрудник МГИМО Леонид Гусев. — Это касается России, Казахстана, Азербайджана, Узбекистана, Туркменистана. Эти страны наполняют свою казну за счет продажи природных ресурсов. К сожалению, приходится констатировать, что после обвала цен на нефть все наши государства ожидают тяжелые времена. За последние 15 лет все страны ориентировали свою экономику именно на продажу сырья, прежде всего, углеводородов.
С 2004 года цены на сырье начали стремительно расти. Во всех государствах значительные средства стали вкладывать в добычу сырья и в строительство. Прекрасно был отстроен Баку и другие города Азербайджана. Я был в Ашхабаде, за счет продажи газа этот город стал напоминать город из сказки «1001 ночь». Преобразились города в Казахстане и России. Теперь наступают другие времена.
Ранее экономисты предупреждали, что сырьевым экономикам в будущем будет нелегко и надо переводить народное хозяйство на новые рельсы. Сейчас это сделать будет тем более непросто, ведь столько лет экономики развивались именно в сырьевом ключе. Теперь новые меры придется применять экстренно.
Сложно сказать, какие конкретно меры и в каких странах будут приняты. Но очевидно, что ситуация складывается достаточно напряженная.
«СП»: — У Белоруссии нет нефти и газа, основу экономики составляет обрабатывающая промышленность. Но и там произошла девальвация национальной валюты.
— Но белорусская экономика сильно завязана на российскую. Сырье страна получала от нас. Наши экономики работают по принципу сообщающихся сосудов. Если у нас наступает кризис, то его испытывает и Белоруссия. Нельзя сказать, что в Белоруссии нет своей экономики, но она очень мала. Да, там есть производство, но объемы невелики. Последние 20 лет мы сильно субсидировали белорусскую экономику.
Надо понимать, что экономики стран СНГ — это экономики бывших советских республик. Структура их взаимодействия во многом осталась прежней, они сильно зависят друг от друга.
«СП»: — То есть, чтобы экономики стран СНГ развивались, прежде всего, должно перестроиться народное хозяйство России?
— Совершенно верно. Зачем скрывать очевидные факты. На протяжении многих лет, чтобы никого не обижать, мы не говорили публично о своей роли на постсоветском пространстве. Тем более, Казахстан пытался развивать свое народное хозяйство опережающими темпами, много было сделано в Белоруссии, в других государствах. Но все эти страны завязаны на Россию. Зависимость их благополучия от нас прямая. Если будет плохо у нас, то плохо будет и у них. Если выздоравливать начнет российская экономика, то начнется рост и у соседей. Так сложилось и от этого никуда не деться.
Естественно, все страны СНГ пытаются развивать альтернативное сотрудничество. Скажем, Казахстан на протяжении всех лет своей независимости говорил о «многовекторной политике». У Астаны есть взаимодействие с нами, но одновременно строили газопровод в Китай. Известен проект газопровода Баку — Тбилиси — Джейхан, который реализовал Азербайджан. Казахстан и Азербайджан пытались наладить сотрудничество с Ираном.
Но, по большому счету, связи с Россией никуда не делись. Они останутся, я думаю, еще многие годы. Наши экономики взаимозависимы.
«СП»: — Скажем, непризнанное Приднестровье жестко привязало свою валюту к доллару, чтобы не пострадали наименее защищенные слои населения. Может, нашим странам стоит подумать еще об изменении идеологии экономики, чтобы она работала, прежде всего, на удовлетворение насущных запросов граждан?
— Надо хорошо просчитывать все меры. К примеру, если мы жестко зафиксируем курс национальной валюты по отношению к доллару, то может появиться «черный рынок». В свое время мы это проходили. В официальных обменных пунктах валюты не будет, а на «черном рынке» она будет стоить в несколько раз дороже. Чтобы этого избежать, нужны четкие настройки экономики.
С другой стороны, у народного хозяйства должна быть нормальная идеология. Она, кстати, способствует развитию экономики. Любое государство базируется на каких-то идейных принципах, без них оно существовать не может. Экономика должна быть социально ориентированной, иначе государство не сможет объединять проживающие в стране народы.
Источник: Свободная Пресса
Читайте также:
Иран уничтожит авианосец «Авраам Линкольн» российскими ракетами: операция Трампа обернется для США тяжелыми потерями
07.02.2026 11:30
Первым делом будет потоплен прославленный американский авианосец «Авраам Линкольн», и помогут в этом Ирану российские ракеты.
Россия не остановится: Одесса — следующий шаг после четырёх регионов
Западные аналитики бьют тревогу: если ВСУ продолжат слабеть, Россия возьмёт Одессу. Профессор Миршаймер и экс-аналитик ЦРУ Джонсон уверены — Украина уже проиграла войну, а Киев в панике требует гарантий для города. Переговоры проваливаются, Москва готова действовать решительно. Что ждёт юг Украины дальше?
Покушение на «Степаныча»: Зеленский анонсировал операции — и генерал ГРУ тяжело ранен в Москве
Утром 6 февраля в Москве в подъезде собственного дома расстреляли первого заместителя начальника ГРУ генерал-лейтенанта Владимира Алексеева, известного как «Степаныч». Герой России, легенда спецназа и разведки тяжело ранен и находится в реанимации. Нападение произошло через сутки после того, как Зеленский объявил о новых «боевых операциях» СБУ на территории России. Силовики отрабатывают
Зря Рютте это сказал: Россия выступила с "пугающей угрозой" после его слов об Украине. Лондон охватила паника
06.02.2026 18:19
Британских журналистов охватила паника из-за реакции России на слова Рютте о вводе войск НАТО на Украину. В Mirror назвали заявление Москвы "пугающей угрозой". Пусть знают, чем чреваты опасные шаги после заключения мира.
За покушением на генерала Алексеева стоит оружейное лобби НАТО
Покушение на генерала Владимира Алексеева объясняется многомиллиардными прибылями, который имеет западный ВПК, заинтересованный в том, чтобы конфликт на Украине продолжался бесконечно. Об этом «ПолитНавигатору» заявил российский политолог Армен Гаспарян.