Вмешательство в Ливии неизбежно

Начатые с ноября этого года разведывательные полеты с авианосца «Шарль де Голль» подтверждают назревающее наступление ИГ в районе Сирта, а также на нефтяные объекты и зоны трансграничной контрабанды на юге. В таких условиях военное вмешательство в Ливии представляется неизбежным, особенно на фоне застопорившихся переговоров под эгидой ООН.

23 декабря Совет безопасности единогласно принял резолюцию в поддержку выработанного ООН в Марокко соглашения между воюющими ливийскими группами, которое предполагает формирование в стране правительства национального единства. Тем не менее пока что в каждом из лагерей находятся противники этого соглашения.

Министр обороны Франции Жан-Ив Ле Дриан еще с 2014 года говорит о необходимости проведения в Ливии спецоперации и авиаударов в рамках политического и дипломатического договора. Однако за неимением последнего сейчас он работает над формированием военной коалиции.


Как все будет работать?

Военное вмешательство могло бы принять форму авиаударов по ИГ. Спецоперации можно проводить с опорой на французскую базу Мадама на севере Нигера. Кроме того, речь может идти и о развертывании войск для обеспечения безопасности институтов нового правительства.

Если помните, спецподразделения уже были задействованы в Ливии в 2011 году, когда французские и британские провели немало времени в горах Нафуса.

Большинство войн, даже те, что сводятся к воздушным операциям, проводятся при поддержке спецподразделений на земле. Так в частности обстояли дела в Косове, где они направляли самолеты НАТО и подсвечивали цели.

Западное вмешательство в Ливии может обострить раскол

Тем не менее, как всем прекрасно известно, западное вмешательство в Ливии может обострить раскол между регионами, что делает операции еще более деликатным вопросом. Распутать клубок непростых взаимоотношений в регионе представляется практически невыполнимой задачей.

Так, президенты Египта, Мали, Нигерии, Сенегала и Чада решительно выступают за военное вмешательство, чего не сказать об их алжирских, суданских и тунисских соседях.

Официально Алжир категорически против любого внешнего вмешательства, однако за кулисами он помогает ливийским «Братьям-мусульманам» и салафитским партиям, чтобы тем самым создать заслон на пути радикальных исламистов.

Что касается Туниса, военное вмешательство повлекло бы за собой отход радикалов на его территорию, где и так уже прогремела целая серия организованных из Ливии терактов.

Президент Судана Омар аль-Башир против вмешательства и за диалог. Он признал парламент Тобрука, но при этом предоставил вертолеты, людей и оружие исламистам из коалиции Мистраты.

Египет и ОАЭ готовы драться. Они, кстати, уже обстреляли позиции исламистских отрядов в Триполи. Они оказывают поддержку генералу Хафтару (действует на стороне властей Тобрука) и не хотят позволить ливийским «Братьям-мусульманам» взять в руки власть. Что в свою очередь вызывает недовольство Катара, Турции и Алжира.

Чад и Нигер за последние время сблизились с туарегами и тубу: два этих народа живут на их границе с Ливией и оспаривают друг у друга нефтяные месторождения.

Чад и Нигер тоже выступают на международное военное вмешательство, но уже действуют против «Боко харам» в Мали. Поэтому их потенциальное участие в операциях в Ливии может быть весьма ограниченным.