Иран сорвал нефтяные цены в штопор

Какие процессы на Ближнем Востоке запускает снятие санкций с Тегерана?

В понедельник, 18 января, стоимость нефти Brent на бирже в Лондоне упала ниже $28 за баррель. И это, видимо, не предел. Как отмечает агентство Bloomberg, «черное золото» дешевеет на фоне снятия санкций с Ирана.

«Дополнительные поставки нефти Ираном оказывают влияние на дальнейшее снижение цен, возможно, они снизятся до $25 за баррель», — заявил Bloomberg аналитик гонконгской Nomura Holdings Inc. Гордон Кван.


Напомним: о снятии санкций США и ЕС объявили в ночь на воскресенье, 17 января. Евросоюз сообщил о снятии с Ирана собственных экономических и финансовых санкций. В частности, он отказался от полного эмбарго на импорт в Европу иранской сырой нефти и газа, а также запрета на торговые операции стран ЕС с участием ЦБ Ирана.

Что касается США, в результате отмены американских санкций Тегеран получил доступ к своим ранее замороженным активам на сумму около $50 млрд. Впрочем, в случае с США речь пока идет только о снятии «вторичных санкций» против иранской экономики, касающихся третьих стран — ограничения для американских компаний и физлиц сохраняются.

«Больше не подпадает под санкции приобретение третьими странами нефти, нефтехимических продуктов и природного газа, а также многих других продуктов из Ирана», — заявили в американской администрации.

Понятно, что снятие санкций со страны, занимающей второе место в мире по запасам газа и четвертое по запасам нефти, не может не отразиться на сырьевых рынках. С момента введения ЕС эмбарго на покупку иранской нефти страна была вынуждена сократить экспорт, и теперь настроена вернуть прежнюю долю на рынке Южной Европы, куда пришла саудовская и российская нефть.

По словам министра нефти Ирана Бижана Намдара Зангане, Иран собирается увеличить добычу на 500 тысяч баррелей в сутки «немедленно» после снятия санкций, и еще на 500 тысяч в течение полугода (текущий объем добычи в Иране — 2,9 млн баррелей в сутки). Большинство аналитиков считают, что реальное увеличение добычи окажется меньше — около 600 тысяч баррелей. Тем не менее, когда эта нефть выйдет на переполненный рынок, это наверняка вызовет новый виток падения нефтяных цен. Можно сказать, возвращение Ирана в качестве полноценного игрока срывает цены на «черное золото» в штопор.

Какие процессы на Ближнем Востоке запускает снятие санкций с Ирана, как глубоко будут падать цены на нефть?

— Когда «шестерка» принимала решение о выводе Ирана из изоляции, все понимали: иранская нефть будет сбивать цены, — отмечает директор Исследовательского центра «Ближний Восток-Кавказ» Международного института новейших государств Станислав Тарасов.

— Низкие цены на нефть выгодны США, но не России. Какую игру тогда, спрашивается, выстраивала Москва, выступая за снятие санкций? На мой взгляд, нефть в геополитической игре вокруг Ирана — далеко не главное. Тем более, чтобы вывести иранские нефть и газ на мировой рынок, необходимы колоссальные средства. Тегеран, по сути, должен создать всю необходимую инфраструктуру для торговли углеводородами. Значит, до выхода Тегерана на рынок имеется временной лаг.

К тому же иранский президент Хасан Роухани заявил, что снятие санкций и размораживание активов позволят Ирану начать реформы по созданию ненефтяной экономики.

США и Россия поддержали и Роухани, и потенциальную либерализацию иранского режима. Но главный вопрос — что теперь будет дальше? Захлестнет ли Тегеран цунами «арабской весны», или же через Иран будет разыгрываться другая карта — создание Нового Ближнего Востока.

Вот что сейчас важно, а не нефть. Интрига заключается всего в двух пунктах: каким будет Иран, и каким будет Ближний Восток?

На протяжении десятилетий вокруг иранской ядерной программы накручивалась вся политика в регионе. Изоляция Ирана, например, привела в Закавказье к усилению роли Азербайджана — он стал выступать в качестве центра энергоресурсов. До снятия санкций в энергобалансе регионе доминировали Саудовская Аравия, Катар, и в целом монархии Персидского залива. А сейчас структуры Залива проваливаются.

На мой взгляд, цели в геополитической игре вокруг Ирана далеко не достигнуты, эта игра продолжается.

— Как может выглядеть карта Нового Ближнего Востока?

— Иран сотрудничал с США на иракском направлении еще до сирийского кризиса. В частности, Тегеран вел секретные переговоры с американцами по афганскому урегулированию. А когда началась «арабская весна», Иран занял в ее отношении позицию, не совсем идентичную российской.

Есть еще момент для размышлений. Американцы в Ираке привели к власти шиитов, и убрали суннитов. Теперь, получается, у США есть альянс с Ираком и Ираном.

Да, Тегеран входит в коалицию Москва-Багдад-Дамаск, которая борется в Сирии с «Исламским государством». Но по факту, Иран сотрудничает и с международной коалицией во главе с США в Ираке, и с российской коалицией в Сирии.

Эта двойственность позиций Тегерана говорит о том, что дальнейшее совпадение его позиций с Москвой будет сопрягаться с необходимостью большей мотивации Тегерана.

Да и США занимают двойственную позицию. Они не отказываются от прежних арабских партнеров, хотя складывается впечатление, что американцы главную ставку сделали на Иран.

Можно сказать, США собирают на Ближнем Востоке новый шампур. Пока на него нанизываются Иран, Ирак, Турция, возможно, независимый Курдистан. Но шампур еще не собран, и пока неясно, кто разведет костер, чтобы поджарить этот ближневосточный «кебаб».

— Может ли получиться так, что до выхода на рынок иранской нефти дело не дойдет?

— Если бы мы не поддержали Роухани, и сорвали бы сценарий снятия санкций, в Иране мог бы возникнуть государственный переворот. Но и сейчас нельзя сказать, что положение режима незыблемо. В стране сильны консервативные круги, которые рассматривали иранское ядерное оружие как национальную гордость. А теперь выясняется, что ядерной бомбы нет, и Тегерану нужны новые средства обеспечения безопасности.

На мой взгляд, отмена санкций в любом случае ведет к расконсервации нынешнего режима. А это означает обострение политической борьбы, и создание предпосылок для проникновения в страну волны «арабской весны». Тогда Тегерану действительно станет не до нефти…

— Выход Ирана из-под санкций является лишь предлогом, спекулятивным фактором, который позволяет атаковать нефтяные цены, — уверен президент Центра стратегических коммуникаций Дмитрий Абзалов.

— Потому что 500 тысяч баррелей в сутки Иран, несмотря на свои громкие заявления, не поставит в одночасье. Но с точки зрения биржи это не имеет значения, поэтому сейчас ведется предсказуемая игра на понижение. Вопрос только в одном: как глубоко будут уходить вниз нефтяные котировки.

Интрига в том, что если цены на нефть останутся низкими, Организация стран-экспортеров нефти (ОПЕК) может провести внеочередное заседание уже в начале марта 2016 года. Об этом заявил The Economic Times глава картеля, министр нефти Нигерии Эммануэль Ибе Качикву. Возможно, на этом заседании будут приняты меры для стабилизации цен на энергоносители.

С точки зрения экономики, цены ниже $28−29 за баррель являются проблемой для всех участников рынка. Даже с учетом низкой себестоимости добычи в Саудовской Аравии сверхнизкие цены на нефть означают серьезную нагрузку на бюджет. Королевство уже в 2015 году потратило на балансирование бюджета около $100 млрд долларов из суверенного фонда, плюс впервые за много лет Эр-Рияд начал активно занимать деньги на внешних рынках. Всего же, по оценке МВФ, в ближайшие пять лет страны Персидского залива добавят к своему совокупному госдолгу примерно $1 трлн.

На мой взгляд, цена нефти ниже $25 за баррель — это очень серьезный стресс для многих экономик мира. В их числе Канада, Азербайджан, Казахстан, Нигерия, Венесуэла, Бразилия, Индонезия.

Поэтому с большой долей вероятности, цены на нефть будут снова расти.

— Когда это произойдет?

— Здесь важную роль играет информационно-политическая составляющая. Если в марте ОПЕК придет к соглашению по квотам, цены могут начать восстанавливаться. Но в перспективе низкие цены, скорее всего, вытеснят с рынка игроков, которые разрабатывают месторождения с высокой себестоимостью добычи. Это либо шельф, либо месторождения в фазе падающей добычи, либо месторождения, которые требуют значительных инвестиций в разработку.

Если страны-члены ОПЕК будут жестко соблюдать квоты, тренд нефтяных цен начнет разворачиваться, возможно, уже в I квартале 2016 года. России, конечно, такой сценарий только на руку…

Источник: Свободная Пресса