Китай отказывается от Сибири
27.01.2016 10:42
4 029
0
Планам США поссорить Россию и КНР из-за Дальнего Востока не суждено сбыться.
Примерно год назад военный эксперт Фрэнк Джейкобс из The New York Times в рубрике «Перекраиваем карту мира» на полном серьезе рассматривал вопрос китайского захвата Сибири. Начинал он с лозунга еврейской эмиграции в Палестину на рубеже 20 века — «Земля без людей — для народа без земли». По его словам, однажды Пекин, посмотрев на север, увидит безлюдную территорию, по площади равную США или Индии. В целом вопрос ставился шире, мол, очаг напряженности между двумя геополитическими гигантами имеет шанс возгорания с опасными последствиями для России.
Впрочем, эта публикация мало чем отличалась от аналогичных статей в других американских СМИ. Смысл заключался в естественном государственном дарвинизме, который рано или поздно поссорит Москву и Пекин, причем на радость Вашингтону. Правда, «пророки российско-китайского конфликта» все-таки отмечали положительную динамику в отношениях между нашими странами, которые базируются, главным образом, на дружбе и противодействии гегемонии США. В частности, эксперты Global News Intelligence (мировые новости разведок) уверены, что на протяжении всей постсоветской эпохи американские и европейские спецслужбы корректируют свои действия в Азии с целью «предотвращения сплоченности» наших стран и даже работают над потенциалом будущего соперничества. Проще говоря, стремятся стравить любой ценой многовековых соседей.
В то же время, по мнению Global News Intelligence, национальные интересы России в Крыму и Китая — в Южно-Китайском море, будут способствовать усилению антиамериканского альянса «дракона и медведя». Но считается, что в долгосрочной перспективе гипотетически всё может измениться в противоположную сторону, если в нашу страну хлынут десятки миллионов переселенцев из Поднебесной. И хотя российско-китайская граница (3645 км) имеет природные преграды, затрудняющие эмиграцию в Сибирь, в дело может вмешаться демография. И тогда, теоретизируют некоторые западные эксперты, на Дальнем Востоке России появятся мощные неподконтрольные Москве анклавы этнических китайцев, которые и станут яблоком раздора.
На первый взгляд, в логике Фрэнка Джейкобса и его сподвижников есть определенный смысл. Кстати, даже в СССР опасались китайского вторжения в Сибирь. Среди советских людей был популярен анекдот: «Оптимисты учат английский, пессимисты — китайский, а реалисты — автомат Калашникова». Безусловно, тогдашнее московское руководство предпринимало ряд практических шагов по защите Дальнего Востока, в том числе и тактическим ядерным оружием, но угроза буквально витала в воздухе.
Современное население приграничных провинций Хэйлунцзян, Цзилинь и Ляонин оценивается примерно в 110 млн. китайцев. Есть еще 25-и миллионная Внутренняя Монголия, но её жители традиционно ведут оседлый образ жизни. С нашей стороны в Приморском крае, по данным служб статистики, зарегистрировано чуть меньше двух миллионов человек, в основном в мегаполисе Владивостоке и в его окрестностях. Если к ним прибавить население Хабаровского края и Амурской области, а также жителей Биробиджана, то с китайцами Маньчжурии соседствуют примерно 4,3 миллиона россиян. Короче говоря, наблюдается огромная диспропорция.
Между тем, Драгус Тирновиани из Global News Intelligence, изучив эту проблему, утверждает, что потенциал китайской трудовой экспансии в Россию не превышает 25 миллионов человек, прежде всего, из Харбина и его окрестностей. Но для современных молодых китайцев движущей силой переселения в другие регионы, и тем паче — в чужие страны, являются экономические приоритеты, а также уровень комфорта в процессе абсорбции. Если же посмотреть на миграцию из соседней с нами Маньчжурии, то в последние пять-десять лет молодежь в основном уезжала на юг страны — в прибрежные промышленные центры, а также — в США, в Сингапур, в Канаду, на Кипр, во Францию и в Англию. И этот тренд, особенно после падения цен на сырье, только усиливается. Кроме того, Национальное бюро статистики КНР отмечает нарастающее старение населения Маньчжурии и, как следствие, рост климатической миграции в регионы с более мягким климатом. Вместо суровой Сибири пожилые китайцы отдают предпочтение солнечной Австралии.
Правда, произошло это не само собой. Global News Intelligence отмечает, что в период 2003 по 2010 годы в России выстраивалась принципиальная политика по сдерживанию миграции из Поднебесной. Об этом говорится в исследовании Международного центра Вудро Вильсона. Если по оценке российской пограничной службы в период 1998—2000 годов из Маньчжурии на территорию России нелегально въехали 1,5 миллиона китайцев, то по данным Федеральной миграционной службы РФ, в 2014 году численность китайских мигрантов оценивалась всего в 11 тысяч человек. «Становится все более очевидным, что Россия концентрирует свои силы за влияние на Дальнем Востоке на рубеже «Благовещенск-Хабаровск-Владивосток», — пишет Драгус Тирновиани.
Напомним, что в свое время ряд экспертов, в том числе и американских, пророчил, что в промежутке 2010−2015 годов Дальний Восток станет китайской провинций. При этом «демографическая ситуация в самом Китае, как ожидается, кардинально изменится во втором и третьем десятилетиях 21-го века, и население КНР возрастет в беспрецедентном размере для мировой истории».
Иными словами, твердая позиция Москвы на Дальнем Востоке перенаправила китайские людские потоки в другие страны. Между тем, несмотря на пропаганду толерантности, многие государства, прежде всего Америка, сталкиваются с тяжелейшими проблемами, вызванными эмиграцией, в том числе и китайской, кстати, одной из самых законопослушных и трудолюбивых.
Автор книги «Нация пришельцев: китайская миграция в Америку» профессор Эллиот Янг констатирует возрастающие политические дисбалансы. Именно поэтому каждые выборы президента США и законодателей несут огромную гипотетическую опасность для Америки. Новые граждане, по его словам, голосуют однобоко и под контролем диаспор, между тем, демократия подразумевает индивидуальную ответственность избирателей. Например, легализацию марихуаны в штате Орегон в 2014 году обеспечили голоса некоренных жителей, причем, не без влияния мафии. В итоге каннабис стали в огромных количествах продавать детям, вовлекая их в наркоманию. Белые американцы, буквально «с зубным скрежетом» пишут об этом на различных форумах, отмечая, что «китайцы и многие другие этносы принципиально не ассимилируются из-за своей ментальности».
А за это время, то есть за последние пятнадцать лет, в мире произошли такие перемены, что Сибирь потеряла былую привлекательность для Китая. Во-первых, Москва восстановила свой ВПК, войдя в четверку ведущих геополитических игроков, наряду с США, ЕС и Китаем. Во-вторых, для КНР сейчас стократ важнее интересы в Южно-Китайском море. Можно вспомнить, в частности, банку Рид, которая расположена в восьмидесяти морских милях от острова Палавана. Все-таки Китаю конфликтовать с Филиппинами из-за крупнейшего газового месторождения куда сподручнее, чем с ядерной державой, уверен Бонни С. Глазер, старший советник по Азии Центра стратегических и международных исследований. Тем более что каждый год 5,3 триллиона долларов товарооборота приходится именно на маршруты Южно-Китайского моря, за контроль над которым бьются Вашингтон и Пекин.
Источник: Свободная Пресса
Примерно год назад военный эксперт Фрэнк Джейкобс из The New York Times в рубрике «Перекраиваем карту мира» на полном серьезе рассматривал вопрос китайского захвата Сибири. Начинал он с лозунга еврейской эмиграции в Палестину на рубеже 20 века — «Земля без людей — для народа без земли». По его словам, однажды Пекин, посмотрев на север, увидит безлюдную территорию, по площади равную США или Индии. В целом вопрос ставился шире, мол, очаг напряженности между двумя геополитическими гигантами имеет шанс возгорания с опасными последствиями для России.
Впрочем, эта публикация мало чем отличалась от аналогичных статей в других американских СМИ. Смысл заключался в естественном государственном дарвинизме, который рано или поздно поссорит Москву и Пекин, причем на радость Вашингтону. Правда, «пророки российско-китайского конфликта» все-таки отмечали положительную динамику в отношениях между нашими странами, которые базируются, главным образом, на дружбе и противодействии гегемонии США. В частности, эксперты Global News Intelligence (мировые новости разведок) уверены, что на протяжении всей постсоветской эпохи американские и европейские спецслужбы корректируют свои действия в Азии с целью «предотвращения сплоченности» наших стран и даже работают над потенциалом будущего соперничества. Проще говоря, стремятся стравить любой ценой многовековых соседей.
В то же время, по мнению Global News Intelligence, национальные интересы России в Крыму и Китая — в Южно-Китайском море, будут способствовать усилению антиамериканского альянса «дракона и медведя». Но считается, что в долгосрочной перспективе гипотетически всё может измениться в противоположную сторону, если в нашу страну хлынут десятки миллионов переселенцев из Поднебесной. И хотя российско-китайская граница (3645 км) имеет природные преграды, затрудняющие эмиграцию в Сибирь, в дело может вмешаться демография. И тогда, теоретизируют некоторые западные эксперты, на Дальнем Востоке России появятся мощные неподконтрольные Москве анклавы этнических китайцев, которые и станут яблоком раздора.
На первый взгляд, в логике Фрэнка Джейкобса и его сподвижников есть определенный смысл. Кстати, даже в СССР опасались китайского вторжения в Сибирь. Среди советских людей был популярен анекдот: «Оптимисты учат английский, пессимисты — китайский, а реалисты — автомат Калашникова». Безусловно, тогдашнее московское руководство предпринимало ряд практических шагов по защите Дальнего Востока, в том числе и тактическим ядерным оружием, но угроза буквально витала в воздухе.
Современное население приграничных провинций Хэйлунцзян, Цзилинь и Ляонин оценивается примерно в 110 млн. китайцев. Есть еще 25-и миллионная Внутренняя Монголия, но её жители традиционно ведут оседлый образ жизни. С нашей стороны в Приморском крае, по данным служб статистики, зарегистрировано чуть меньше двух миллионов человек, в основном в мегаполисе Владивостоке и в его окрестностях. Если к ним прибавить население Хабаровского края и Амурской области, а также жителей Биробиджана, то с китайцами Маньчжурии соседствуют примерно 4,3 миллиона россиян. Короче говоря, наблюдается огромная диспропорция.
Между тем, Драгус Тирновиани из Global News Intelligence, изучив эту проблему, утверждает, что потенциал китайской трудовой экспансии в Россию не превышает 25 миллионов человек, прежде всего, из Харбина и его окрестностей. Но для современных молодых китайцев движущей силой переселения в другие регионы, и тем паче — в чужие страны, являются экономические приоритеты, а также уровень комфорта в процессе абсорбции. Если же посмотреть на миграцию из соседней с нами Маньчжурии, то в последние пять-десять лет молодежь в основном уезжала на юг страны — в прибрежные промышленные центры, а также — в США, в Сингапур, в Канаду, на Кипр, во Францию и в Англию. И этот тренд, особенно после падения цен на сырье, только усиливается. Кроме того, Национальное бюро статистики КНР отмечает нарастающее старение населения Маньчжурии и, как следствие, рост климатической миграции в регионы с более мягким климатом. Вместо суровой Сибири пожилые китайцы отдают предпочтение солнечной Австралии.
Правда, произошло это не само собой. Global News Intelligence отмечает, что в период 2003 по 2010 годы в России выстраивалась принципиальная политика по сдерживанию миграции из Поднебесной. Об этом говорится в исследовании Международного центра Вудро Вильсона. Если по оценке российской пограничной службы в период 1998—2000 годов из Маньчжурии на территорию России нелегально въехали 1,5 миллиона китайцев, то по данным Федеральной миграционной службы РФ, в 2014 году численность китайских мигрантов оценивалась всего в 11 тысяч человек. «Становится все более очевидным, что Россия концентрирует свои силы за влияние на Дальнем Востоке на рубеже «Благовещенск-Хабаровск-Владивосток», — пишет Драгус Тирновиани.
Напомним, что в свое время ряд экспертов, в том числе и американских, пророчил, что в промежутке 2010−2015 годов Дальний Восток станет китайской провинций. При этом «демографическая ситуация в самом Китае, как ожидается, кардинально изменится во втором и третьем десятилетиях 21-го века, и население КНР возрастет в беспрецедентном размере для мировой истории».
Иными словами, твердая позиция Москвы на Дальнем Востоке перенаправила китайские людские потоки в другие страны. Между тем, несмотря на пропаганду толерантности, многие государства, прежде всего Америка, сталкиваются с тяжелейшими проблемами, вызванными эмиграцией, в том числе и китайской, кстати, одной из самых законопослушных и трудолюбивых.
Автор книги «Нация пришельцев: китайская миграция в Америку» профессор Эллиот Янг констатирует возрастающие политические дисбалансы. Именно поэтому каждые выборы президента США и законодателей несут огромную гипотетическую опасность для Америки. Новые граждане, по его словам, голосуют однобоко и под контролем диаспор, между тем, демократия подразумевает индивидуальную ответственность избирателей. Например, легализацию марихуаны в штате Орегон в 2014 году обеспечили голоса некоренных жителей, причем, не без влияния мафии. В итоге каннабис стали в огромных количествах продавать детям, вовлекая их в наркоманию. Белые американцы, буквально «с зубным скрежетом» пишут об этом на различных форумах, отмечая, что «китайцы и многие другие этносы принципиально не ассимилируются из-за своей ментальности».
А за это время, то есть за последние пятнадцать лет, в мире произошли такие перемены, что Сибирь потеряла былую привлекательность для Китая. Во-первых, Москва восстановила свой ВПК, войдя в четверку ведущих геополитических игроков, наряду с США, ЕС и Китаем. Во-вторых, для КНР сейчас стократ важнее интересы в Южно-Китайском море. Можно вспомнить, в частности, банку Рид, которая расположена в восьмидесяти морских милях от острова Палавана. Все-таки Китаю конфликтовать с Филиппинами из-за крупнейшего газового месторождения куда сподручнее, чем с ядерной державой, уверен Бонни С. Глазер, старший советник по Азии Центра стратегических и международных исследований. Тем более что каждый год 5,3 триллиона долларов товарооборота приходится именно на маршруты Южно-Китайского моря, за контроль над которым бьются Вашингтон и Пекин.
Источник: Свободная Пресса
Читайте также:
Су-57Д и рой дронов: украинская ПВО и РЭБ больше не закрывают тылы
Ночью 24 августа удары по одесским портам и подстанции «Аджалик» совпали с тревожными оценками украинских экспертов. Двухместный Су-57, управляющий «Орионами» и «Охотниками», выводит российские атаки за пределы наземной РЭБ. Почему подземные цеха и натовская техника уже не спасают логистику ВСУ.
Добровольцы из пулемёта сбили 6-тонную ракету на пути в Тулу: что нашли в обломках и почему это удар по репутации разработчиков
В ночь на 23 августа добровольцы «БАРС-Курск» из обычного пулемёта сбили шеститонную украинскую ракету «Фламинго», летевшую на стратегический объект в Тульской области. Боеголовка не сработала, а среди обломков уцелел полетный контроллер с западной электроникой. Разбор трофея уже меняет работу ПВО и раскрывает слабые места дальнобойного оружия ВСУ.
Зеленский обещает удары по России, но Кедми объясняет, почему этот план развалится ещё до первого залпа
Зеленский снова обещает перенести войну на территорию России. Яков Кедми разобрал, чем Киев собирается бить, почему завод в Дании до сих пор не работает и какой ответ последует от Москвы.
Срочный выход в эфир: Путин пригрозил НАТО
24.08.2026 22:49
Президент России оперативно вышел в эфир обозревателя ВГТРК Павла Зарубина и сделал заявление, от которого у Запада задрожали колени.
Зеленский сам назвал срок: Запад спонсирует войну до лета 2027 — что стоит за «коридором возможностей»
В День независимости Зеленский впервые прямо сказал, сколько ещё Киев рассчитывает воевать при западной поддержке. Коридор возможностей — до конца лета 2027 года. После этого американцам будет не до Украины. Финансовый разрыв в 57 миллиардов, кадровый голод и отказ от Донбасса — что это значит на практике.