«Слабое звено» под боком у России

Некомпетентная политика властей Таджикистана превратила государство в региональный очаг распространения терроризма.

Заместитель министра обороны РФ Анатолий Антонов прибыл в начале недели в Таджикистан, в ходе визита представитель российского военного ведомства встретился с главой минобороны среднеазиатского государства Шерали Мирзо. Главной темой обсуждения стала борьба с терроризмом. Антонов сообщил о готовности России поставить таджикской стороне оружие и военную технику для повышения боеготовности местной армии. «Чем лучше безопасность Таджикистана, тем лучше безопасность Российской Федерации», — отметил Антонов.

Ползучий экстремизм


Хотя Таджикистан не граничит с Российской Федерацией, между государствами действует безвизовый режим, что позволяет таджикским радикалам при желании беспрепятственно проникать на территорию нашей страны. Россия уже столкнулась с этой проблемой: подавляющее большинство пойманных за последнее время на нашей территории вербовщиков запрещенной организации ДАИШ имели гражданство Таджикистана или Узбекистана. Кроме ДАИШ, опасность представляют и иные экстремистские группировки, базирующиеся в Средней Азии. К примеру, в прошлом году на территории Хабаровского края были осуждены трое выходцев из Таджикистана за вербовку в экстремистскую «Исламскую партию Туркестана». Организация запрещена в России, в 2013 году ее члены готовили теракт в Москве, но были вовремя задержаны силовиками.

Распространение радикальных идей на территории Таджикистана беспокоит не только Москву. С ним граничит Синьцзян-Уйгурский автономный район Китая — проблемная территория, населенная мусульманами-уйгурами с их террористическим подпольем. В 2015 году представители КНР подписали соглашение с силовыми структурами Таджикистана о предоставлении безвозмездной технической помощи в рамках борьбы с транснациональной преступностью — экстремизмом и терроризмом.

Не в коня корм

К сожалению, усилия России и Китая по оказанию антитеррористической поддержки Таджикистану не смогут принести ощутимых результатов в отсутствие разумной антиэкстремистской политики со стороны местных властей. Пока что, невзирая на бурную активность таджикских силовиков, экстремистская идеология получает все более широкое распространение среди населения страны. При чем на путь радикализма встают не только представители социальных низов, необразованные бедняки. В прошлом году в ДАИШ сбежал начальник отряда милиции особого назначения (ОМОН) Таджикистана Гулмурод Халимов, что свидетельствует о том, что деструктивные процессы пронизывают таджикское общество с низа и до самых верхов.

Благодатную почву для радикализации населения создает сама власть, представленная Эмомали Рахмоном, его родственниками и приближенными.

Таджикистан — традиционно исламская страна, и с каждым годом количество мусульман в республике растет. Если в 1996 году намаз совершали 27% опрошенных International Foundation for Election Systems таджиков, то в 2010 году количество набожных жителей выросло в Таджикистане до 63%. Власти страны воспринимают исламизацию населения как угрозу и личный вызов. Не исключено, что данное отношение связано с давним противостоянием между Народным фронтом и Партией исламского возрождения — Рахмон опасается усиления старых соперников, электоральной базой которых является мусульманская община.

Борьба с религиозностью приняла в Таджикистане абсурдные формы. В прошлом году в стране был принят ряд законов, призванных «укрепить светские основы общества». В частности, женщинам и детям было запрещено посещать мечети, тематика пятничных проповедей должна согласовываться с властями, за полгода было закрыто около 1000 мечетей. Представители правопорядка начали отлавливать на улицах бородатых мужчин и женщин с покрытой головой — мужчин насильно бреют, на женщин оказывают давление, требуя снять платок.

Понятно, что такие топорные меры не столько способствуют насаждению «светских ценностей», сколько злят мусульман, превращая прежде умеренных верующих во врагов государства. Отсюда и рост экстремистских настроений в Таджикистане, пока что большинство радикалов покидают страну, перебираясь в соседний Афганистан или Сирию, ДАИШ нередко финансирует переезд радикалов, активно рекрутируя боевиков в среднеазиатских государствах. Но в будущем именно эти люди могут встать во главе атаки на Таджикистан — такие планы, например, озвучивал лидер таджикской группировки ДАИШ Нусрат Назаров. Под его началом в Сирии сражается около двух тысяч человек. Многочисленные отряды ДАИШ действуют также на территории Афганистана и состоят не в последнюю очередь из таджиков и узбеков.

Нищета и ДАИШ

Тем временем власти Таджикистана продолжают подливать масло в огонь, провоцируя опасный раскол в обществе. В сентябре 2015 года Верховный суд Таджикистана запретил Партию исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ), внеся ее в список террористических организаций.

По версии суда, ПИВТ якобы готовила в стране вооруженный переворот. Впрочем, исламская партия и так обладала частью государственной власти, полученной по условиям мирного соглашения 1997 года, положившего конец гражданской войне. Запрету ПИВТ предшествовала история мятежного генерала Абдухалима Назорзоды, занимавшего пост замминистра обороны. В августе прошлого года генерал и группа его соратников с боем покинули Душанбе и около недели скрывались в Ромитском ущелье, преследуемые силовиками.

По версии Назорзоды, он и другие бывшие члены ОТО (Объединенной таджикской оппозиции, одной из сторон в гражданской войне 1992-1997 гг.) узнали о готовящейся над ними расправе и именно из-за этого были вынуждены пойти на вооруженный мятеж. Хотя власти уверяют, будто бы инициатором конфликта был сам Назорзода, эксперты не спешат записывать покойного генерала в ряды экстремистов. Поговаривают, что история бунта Назорзоды просто была нужна властям в качестве подготовки к запрету ПИВТ. При этом еще недавно ПИВТ считалась вполне умеренной партией, опиравшейся на принципы традиционного, а не радикального ислама. После ее ликвидации таджикские мусульмане лишились возможности социальной легализации и объединения на базе относительно умеренной организации.

В Таджикистане же ситуация будет только усугубляться. Из-за девальвации рубля сотням тысяч трудовых мигрантов приходится возвращаться на родину — на начало 2015 года из России выехал миллион гастарбайтеров, и данная тенденция усиливается.

Дома таджиков ждет безработица и отсутствие всяких перспектив, нетрудно предположить, что еще очень многие жители страны станут жертвами пропаганды ДАИШ и других радикальных исламистских группировок. Исламисты, по крайней мере, рисуют для людей хотя бы какую-то картину будущего. В мире Рахмона простому человеку же просто нет места.

Печально, что пострадать от недальновидной политики властей Таджикистана могут и другие государства, в том числе и Россия, ведь распространение терроризма является наднациональной проблемой.

Русская планета