«Бегемот-2»: ядерный залп 16 баллистическими ракетами

Многие из вас наверняка видели стрельбы реактивных систем залпового огня. С десяток реактивных снарядов серией выстрелов один за другим устремляются к цели. Можете ли вы вообразить себе, что нечто подобное возможно, скажем, с использованием межконтинентальных баллистических ракет? В конце лета 1991 года была проведена едва ли не самая уникальная военно-морская операция в мире - залповая стрельба межконтинентальными баллистическим ракетами с борта подводной лодки.

Предисловие

В штабах ядерных держав всегда прорабатывались планы по уничтожению любого вероятного противника. Каждый из сценариев глобальной ядерной войны предполагал (и скорее всего, предполагает до сих пор) массированное применение ядерного оружия. Как известно, ядерная триада, которой до недавнего времени обладали лишь Россия и США, помимо наземных шахтных пусковых установок и других комплексов, авиационных боеприпасов с ядерной боевой частью так же включает в себя размещение ядерного оружия на подводных лодках.


Специалисты отмечают, что оснащенная ракетами со «специальной», т.е ядерной боевой частью подводная лодка, еще со времен «Холодной войны» считается самым страшным и самым труднозасекаемым носителем межконтинентальных баллистических ракет. Ракетным подводным крейсерам стратегического назначения всегда отводилась особая роль в обмене ядерными ударами - огромные субмарины, скрывающиеся от противника в толще воды, в определенный момент должны были производить полный отстрел всего перевозимого боекомплекта.

Сама идея запуска тяжелых ядерных ракет из-под воды, тем более в режиме залпа, казалась невыполнимой. Требования к пуску в нужный момент всех имеющихся ракет вроде бы существовали, однако, реализация подобного приема и воплощение судного дня из-под воды» требовала не только умений, но и особой подготовки. Первым залповую стрельбу из подводного положения выполнил экипаж советской АПЛ К-140, командование которой осуществлял капитан второго ранга Юрий Бекетов. Однако, тут стоит сразу оговориться.

Хотя речь действительно идет о залповой стрельбе баллистическими ракетами Р-27, определенные ограничения при запуске все же остались - залп состоял из двух коротких серий по четыре ракеты в каждом. Между первой и второй серией стрельб был определенный интервал - за время короткой передышки экипаж и операторы вооружения должны были проверить работу систем, убедиться в отсутствии неисправностей и еще раз проверить готовность ракет к выходу из шахт.

Действующие лица

Заранее стоит отметить, что генеральную репетицию армагеддона, наверное, так никогда и не осуществили бы в том виде, в каком ее запомнили, если бы не одно любопытное обстоятельство. Под конец 80-х и начало 90-х годов подводники все чаще начали слышать в свой адрес самые разные упреки - мол, технологии позволяют обойтись без дорогостоящих крейсеров, а экипажи подводных лодок и вовсе обычные «операторы». Однако, запускать МБР из шахты, которую с высокой вероятностью уже накрыл «колпаком» спутник - слишком рискованно, а для того, чтобы доказать новому руководству жизнеспособность АПЛ как боевой единицы, способной стереть с лица планеты несколько стран, пришлось продумать и устроить «полноракетный» пуск с борта атомного подводного крейсера стратегического назначения.

Первая попытка осуществить такой пуск чуть не закончилась трагедией из-за повреждения ракеты, и упреков в адрес подводников и спроектированных подводных лодок прибавилось. АПЛ К-407 «Новомосковск» проекта 667БДРМ «Дельфин» была одной из самых новых в составе флота - ракетный подводный крейсер стратегического назначения спустили на воду лишь в 1990 году. Подготовка экипажа, отнимавшая помимо времени и сил много нервов, продолжалась несколько месяцев - командир корабля капитан второго ранга Сергей Егоров, по воспоминаниям офицеров Северного флота, гонял экипаж до седьмого пота.

«Доставалось им тогда. Но иначе нельзя было. Эти стрельбы должны были стать не просто решающими в судьбе какого-то отдельного взятого командира. Вся судьба подводного флота в то время висела, что называется, на волоске», - вспоминает капитан третьего ранга в отставке Виктор Кулинич.

«Бегемот-2»

Поддержать экипаж и доказать надежность конструкции подводного крейсера помимо флотского начальства прибыли лишь два человека. Но каких! Вместе с подводниками осуществлять уникальную операцию отправили генеральный конструктор подводной лодки и его заместитель, отвечавший за исправную работу ракетного вооружения. И вот, кульминационный момент - загруженный 16-ю межконтинентальными ракетами подводный крейсер К-407 начинает стрельбу. Сами подводники вспоминают, что пуск первой, второй, третьей и даже пятой ракеты осуществлялся штатно, но затем, начало ощущаться легкое волнение среди членов экипажа.

Однако, дурное предчувствие на работу систем вооружения не повлияло - все 16 межконтинентальных ракет Р-29РМУ2 «Синева» покинули пусковые контейнеры в корпусе субмарины. С интервалом не более 20 секунд весь боезапас сорокатонных баллистических ракет был выпущен. Очевидцы рассказывают, что еще никогда в мировой истории и жизни десятков специалистов специалистов ВМФ не удавалось увидеть, запечатлеть и проследить залповую стрельбу таким количеством ракет. «Для большинства тех, кто подводные лодки видит только в фильмах, да на картинках, такая стрельба - это фантастика.

А для подводников это, скажем так, хоть и необычная задача, но невыполнимой ее назвать тоже нельзя. Все члены экипажа подводной лодки с таким количеством ракет на борту, да и вообще, экипаж подводной лодки, это огромного масштаба профессионалы. Управление десятком систем одновременно, контроль данных и синхронизация действий - это все следствие боевой выучки и отменных навыков. Именно благодаря этому гипотетический массированный ракетный удар вообще состоялся.

Военно-морской флот СССР - это вообще кузница уникальных кадров, способных в непростой ситуации принять единственное верное решение», - объясняет капитан третьего ранга в отставке Виктор Кулинич. За операцию «Бегемот-2» командира подводной лодки повысили в звании, а погоны теперь уже командиру первого ранга Сергею Егорову контр-адмирал флота Леонид Сальников в торжественной обстановке вручил прямо на центральном посту подводной лодки.

Несмотря на то, что страна, которой подводники служили верой и правдой вскоре начала переживать один из самых тяжелых периодов в своей истории, важно вспомнить и о том, какие выводы были сделаны командованием флота и зарубежными специалистами. За последних, пожалуй, лучше всех высказался военный историк, специалист по изучению проблем военно-морского флота Рэй Ривера. Американский историк пояснил, что эффект, который произвели эти стрельбы на американских военных, был ошеломителен. «Через 6 месяцев или чуть больше, в Пентагоне было созвано специальное совещание, на которое приглашались лучшие специалисты по противоракетной обороне, наиболее успешные инженеры по радиолокации и электронным системам.

Им всем был с разной формулировкой задан один и тот же вопрос - если стрельбу шестнадцатью ракетами осуществить на минимальном расстоянии от Соединенных Штатов, сможет ли американская СПРН (система предупреждения о ракетном нападении) во время среагировать, а войска во время обнаружить и сбить такие ракеты. На этот вопрос ответа так и не получили», - отмечает Ривера. Уникальный во всех отношениях рекорд советских подводников так и остался непобитым - по сей день ни одному государству не удалось повторить пуск такого количества ракет за один залп с минимальным интервалом. «Очередь» из баллистических ракет «Синева», выпущенная с борта подлодки «Новомосковск» навсегда сняла вопросы об эффективности подводного флота в случае глобального противостояния и подтвердила, что межконтинентальные ракеты при необходимости могут быть доставлены прямо «под нос» противнику.

Дмитрий Юров

ТВ Звезда