США: тактические успехи и стратегические проблемы

На Ближнем Востоке "перемирие" в Сирии плавно перетекло в наступление на позиции ИГ (террористическая организация, запрещённая в России) как в Сирии, так и в Ираке. Причём если в Ираке правительственные войска действуют достаточно успешно, ведя бои за Фаллуджу, в то время как курдское ополчение наступает на Мосул, то в Сирии ситуация куда более сложная.

В Ираке курды формально автономны, а фактически самостоятельны ещё со времени свержения Саддама Хусейна. ИГ — главный враг и для них, и для правительства в Багдаде. США – союзники и правительства, и курдов. Наступление против халифата ведётся если и не очень быстро, то в целом согласованно.
Четыре года сирийской гражданской войны привели к невообразимому перемешиванию разных группировок "умеренных" и радикальных террористов, часть из которых соблюдает перемирие с официальным Дамаском, а часть продолжает против него воевать.

Претензии сирийских курдов на приобретение широчайшей автономии (по примеру иракской), а фактически самостоятельности, официальным Дамаском не поддерживаются. Курды, как и в Ираке, — союзники США. Сирийское правительство – союзник России и Ирана. Группировки "умеренных" террористов, как соблюдающие перемирие, так и продолжающие войну против Асада, поддерживаются США и Турцией. Одновременно "умеренные" террористы воюют с ИГ.


В результате этой сложной системы взаимоотношений силы правительственных войск в Сирии и "умеренных" (проамериканских) террористов частично скованны борьбой друг с другом. Поэтому успехи официального Дамаска на фронтах борьбы с ИГ достаточно скромны, а "умеренные" джихадисты и вовсе регулярно терпят поражения как от правительственных войск, так и от своих неумеренных собратьев.

В Вашингтоне учли данное обстоятельство. Администрация Обамы торопится достичь существенных успехов в борьбе с ИГ до президентских выборов в США, что необходимо для увеличения шансов Хиллари Клинтон. Поэтому американцы сделали ставку на единственную союзную им боеспособную силу, способную при их поддержке эффективно бороться с ИГ и в Сирии, и в Ираке, – на курдов.
В последние месяцы помощь США курдам (оружием, техникой, военными советниками, амуницией, деньгами) резко усилилась. Одновременно "умеренные" террористы в Сирии начали усиленно жаловаться на сокращение помощи США.

Смена приоритетов Вашингтона немедленно отразилась на фронтах сирийской гражданской войны, где ранее оборонявшиеся курды начали наступление на Ракку (поддержанное их иракскими собратьями), а также понемногу вытесняют "умеренных" джихадистов из районов, прилегающих к турецкой границе. Сами же "умеренные" теряют территории и в пользу ИГ, и в пользу курдов, и в пользу правительственных войск Сирии.

В целом ставка США на курдов приносит несомненный тактический успех. Зона контроля союзных Вашингтону иракских и курдских формирований расширяется (в том числе и на территории Сирии). Впервые за время конфликта США могут похвастаться реальными серьёзными успехами в борьбе с ИГ. В Сирии же курды в перспективе могут составить новую, консолидированную, хорошо вооружённую и подготовленную, опирающуюся на собственные этнические территории, пролегающие по обе стороны сирийско-иракской границы, оппозицию правительству Асада в Дамаске.
Казалось бы, США одним выстрелом убивают трёх зайцев. Во-первых, резко сокращают военно-политическое влияние вышедшего из-под контроля ИГ. Во-вторых, получают в Сирии мощного союзника, при помощи которого в перспективе можно оказывать серьёзное давление на Асада. В-третьих, сбрасывают с баланса не оправдавших высокое доверие "умеренных" террористов из сирийской "демократической" оппозиции. Единственная видимая проблема Обамы – лимитированное время. Существенные успехи должны быть достигнуты до ноября – месяца президентских выборов.

Однако эта благостная картина коренным образом меняется, если переместиться с уровня тактических и оперативных расчётов на уровень стратегический.

В ближневосточный конфликт активно вовлечена Турция. Причём её партнёрами в сирийской кампании оказались именно терпящие сегодня бедствие "умеренные" террористы. Более того, вооружаемые и опекаемые США курды являются главным врагом Анкары последние пятьдесят лет.

В последние месяцы Турция фактически ведёт гражданскую войну со своими курдами. При этом именно на территории Турции компактно проживает большая часть 25-миллионной курдской общины. Вооружения же, поставляемые США сирийским и иракским курдам, не только используются против ИГ, но и попадают к турецким курдам, что серьёзно осложняет положение Анкары, которая вынуждена задействовать в войне с турецкими курдами уже целый армейский корпус, причём серьёзных успехов войскам Эрдогана достичь пока не удалось.
Легко предположить, что, разобравшись с ИГ, обученные и до зубов вооруженные США сирийские и иракские курды перенесут центр тяжести своих операций против Анкары. В конце концов, в Ираке они уже создали квазинезависимое государство.

В Сирии Асад согласен на расширение прав местного самоуправления. Противоречия возникают только в вопросе об объёме этих прав. Курды хотят получить не меньше, чем в Ираке, а Дамаск желал бы ограничиться культурно-национальной автономией, без признаков государственности. В Турции же власти не признают само существование курдов, считая их турками. И не один десяток лет ведут против них то разгорающуюся, то затухающую войну.
В конце концов, Россия также обладает серьёзным влиянием как на официальный Дамаск, так и на курдов. На данный момент Москва занимает осторожную позицию, стараясь сохранить хрупкий антиигиловский союз курдов и Асада и не допустить появления в сирийской гражданской войне ещё одного фронта.

В перспективе Россия способна частично сгладить противоречия между курдами и Асадом, усадив их за стол переговоров. Всё равно сирийская армия не будет способна вести вторую гражданскую войну против курдов без поддержки России. И даже при российской поддержке не будет способна победить.

Таким образом, в обозримой перспективе, после уничтожения базы ИГИЛ в Сирии и Ираке, в регионе складывается любопытная ситуация. Здесь появляется мощная, хорошо вооружённая, имеющая боевой опыт и ориентированная на построение национальной государственности курдская сила. Курды могут опираться на подконтрольные им районы в Сирии и в Ираке. При этом и Дамаск, и Багдад будут вынуждены начать с ними переговоры о каком-то приемлемом компромиссе.

На время это снимет потенциальную курдо-сирийскую и курдо-иракскую напряжённость, оставив в качестве единственного и непримиримого врага курдов только Турцию. Причём победа курдов в противостоянии с Анкарой делает создание курдского государства столь же неизбежным, сколь вероятной будет фрагментация Турции. В то же время любые успехи на сирийском или иракском направлении могут принести лишь частные успехи.
Наконец, турецкая неоосманская политика последних лет привела к серьёзному обострению отношений и с Багдадом, и с Дамаском, которым будет только выгодно направить курдскую экспансию против своего врага.

Казалось бы, при чём здесь США?

Проблема в том, что Турция – член НАТО. Несмотря на то, что в данном случае речь может идти не о внешней агрессии, но о гражданской войне. То есть статья 5 Вашингтонского договора о коллективной обороне не может быть задействована, угроза фрагментации (а то и исчезновения) государства – члена блока, к тому же обладающего наиболее боеспособными (можно сказать даже единственно боеспособными) сухопутными силами в альянсе, после США, – угроза всему НАТО.

Блок привлекателен для своих членов именно тем, что обеспечивает военно-политическую стабильность режимов, независимо от квалификации угроз. Если же политика ведущего члена НАТО приводит к дестабилизации одного из опорных членов блока (обеспечивающих его присутствие в стратегически важном регионе Ближнего Востока), пусть это даже является непредвиденными последствиями решения текущих проблем, то ценность НАТО для его второстепенных членов резко падает. Если можно "потерять" Турцию, то Румынии, Болгарии, Вышеградской четвёрке и прибалтам рассчитывать и вовсе не на что.

Можно ли предположить, что американцы не видят создаваемую ими самими проблему? Вряд ли. Просто американская политика (решения проблем по мере их возникновения) неоднократно приводила к аналогичным результатам. Так стала американской проблемой, создававшаяся для борьбы с СССР в Афганистане "Аль-Каида". Так стало американской проблемой ИГ, также возникшее не без помощи США.

В конце концов, англосаксы традиционно считали, что постоянных союзников нет, а теми, что есть, можно и даже нужно жертвовать ради постоянных интересов. Просто в последнее время в связи с общим кризисом американского мира это стало происходить чаще.

Впрочем, у Турции ещё есть время подумать над возникшими проблемами и попытаться вырваться из капкана, в который она влезла в интересах США, но по собственной инициативе. Не зря же российское руководство на всех возможных политических уровнях едва ли не каждый день рассказывает, как именно Анкара должна извиниться и какие ещё шаги предпринять для нормализации отношений с Москвой. Больше Турции всё равно опереться будет не на кого.