Украине больше не верят

Киевская власть стала раздражать западных партнеров.

Украина рискует серьезно осложнить свои отношения с Западом из-за «медлительности» и «лавирования» ее руководства в вопросах проведения в стране структурных преобразований. Такое мнение высказал глава украинской редакции немецкого канала Deutsche Welle Бернд Йоханн, на которого ссылается РИА «Новости».

По словам Йоханна, Киев постоянно уклоняется от темы реформ и тянет время. А конфликт в Донбассе использует, как один из способов отвлечения внимания от внутриполитических проблем. При этом вину за собственные промахи руководство «незалежной» все время пытается возложить на кого-то другого. То на Россию, то даже на Запад, который, якобы может «бросить Украину на произвол судьбы» — о чем постоянно твердят киевские политики. Хотя Евросоюз, как напоминает немецкий аналитик, «очень много делает для Украины» — оказывает ей политическую поддержку, выделяет деньги, продолжает держать антироссийские санкции.


Между тем — обращает внимание автор — в стране продолжает процветать коррупция и кумовство. Большие проблемы со свободой слова. А украинские политики за всем этим просто наблюдают.

Вывод, который делает Йоханн, в какой-то степени банален: на Западе постепенно угасает вера в способность Украины провести реформы.

Хочется сразу спросить: «И что дальше?»

Ведь уже давно всем ясно, что Украина — это «чемодан без ручки». Но его, тем не менее, тащат. На днях МВФ выдал Киеву (из-за чего пришлось срочно изменить правила выделения денег) очередной миллиард долларов кредитов. До конца года ЕС еще обещает подкинуть шестьсот миллионов евро. Известно: с миру по нитке — голому рубаха. Но когда-то западным партнерам должно надоесть тратить деньги собственных налогоплательщиков на поддержание штанов киевского режима?

— Во-первых, на Западе никто и никогда не верил, что Украина будет проводить какие-то реформы, — комментирует ситуацию эксперт Международного института гуманитарно-политических исследований Владимир Брутер. — Второе — реформы бывают совершенно разные. И значительную часть институциональных реформ, на которых настаивал Запад, Украина плохо ли, хорошо ли провела. Лучше она не может их провести, потому что есть сопротивление среды.

«СП»: — Поясните.

— Ни одна политическая власть — а на Украине достаточно слабая политическая власть — не может действовать вопреки интересам всех или большей части политических элит. Она и так уже настроила против себя практически всех и вынуждена постоянно тасовать кадры. Причем, не имея достаточно хорошего резерва для этого.

Во многих областях Украины главы администраций поменялись за два года уже по пять раз. Представьте себе, какой уровень руководства в этих областях присутствует, если главное лицо меняется каждые несколько месяцев. Насколько местные элиты ориентируются на этого главу администрации. Насколько возможна синхронная и эффективная работа между главой администрацией, его аппаратом, региональными советами и их исполнительными комитетами. Все вместе выглядит, конечно, совершенно бессмысленно. Потому что эффективной работа от этого быть не может.

Но Украина провела многие институциональные реформы, которых Запад требовал, и не отрицает, что она будет проводить их дальше.

Вопрос не в том, созданы ли электронные декларации, на чем настаивал МВФ и на чем настаивает новый американский посол. И не в том, что Украина делает что-то принципиально не так, по сравнению с тем, что от нее требуют.

«СП»: — В чем тогда?

— Запад прекрасно знал, что Украина сделать может, а что нет. Вопрос в том, что ситуация и для тех, и для других достаточно безвыходная. Украина лишилась традиционных рынков сбыта и с огромным трудом что-то из этого замещает. А Запад не в состоянии — и никогда не был в состоянии, и никогда не собирался — экономически поддерживать Украину. Это Западу не интересно. Ему бы в данной ситуации себя поддержать. А на Украину он и так, действительно, потратил много денег. Учитывая, что из этих денег ничего не окупилось, ничего не вернулось.

Фактически те деньги, которые получает Украина, это деньги не на реформы, это деньги на поддержание нынешней власти, которая занимается «сдерживанием» России. То есть, замещая российский рынок, который Украина потеряла, Запад тупо дает ей какие-то деньги для того, чтобы нынешняя элита могла продолжить свое существование.

То же самое произошло с миллиардом долларов. МВФ не хотел выделать. Потом под политическим нажимом США выделил. А после того, как выделил, послал украинскому руководству письмо, где сказал, что больше он никогда, ничего не даст, пока не будут проведены определенные реформы, первая из которых — повышение пенсионного возраста.

А повышение пенсионного возраста в нынешней Украине, где все — за исключением части киевской и региональных элит — очень бедные, означает просто, что у людей заберут последнее.

Поэтому вопрос здесь не в доверии или недоверии, вопрос в том, что, выбрав два с половиной года назад определенный вектор, Запад выбрал тупиковое состояние Украины, из которого она сама никогда выйти не сможет. Россия от этого на данный момент фактически абстрагировалась и предлагает Западу самому решать все украинские проблемы.

«СП»: — А он этого хочет?

— Он этого не хочет и пытается перебросить это на саму Украину. Но сама Украина не в состоянии это сделать. И не будет в состоянии это сделать в ближайшее время. Поэтому мы видим тупиковый вариант, при котором и Запад, и Украина изображают, что они действуют согласно некоей схеме, которая как бы должна привести к европеизации Украины. На самом деле, она приводит скорее к маргинализации и, как говорил Карл Маркс, к пауперизации (обнищанию — ред.) Украины. Это не нравится самим украинцам, и не нравится Западу.

В результате мы имеем очень сильно просевший рейтинг власти и совершенно непонятные перспективы того, что может быть с Украиной, если Запад перестанет давать те деньги.

«СП»: — Как долго еще будет давать?

— Он будет давать, пока у него есть на это политическая воля. Пока он хочет, чтобы Украина сдерживала Россию. Пока он ставит на русофобию. Это может продолжаться 50 лет. Может продолжаться 80 лет. А может продолжаться один год. На мой взгляд, это будет тянуться до того момента, пока на Западе не произойдет смена поколения политиков. Когда эта смена произойдет, когда придет новое поколение, которое будет осмысливать то наследство, которое оно получило, возможны какие-то коррективы. А при нынешнем руководстве я этих вероятностей не вижу.

Но выборы в США через два месяца. Выборы в Берлине — в региональный парламент — в это воскресенье. Выборы в Бундестаг через год. Президентские выборы во Франции тоже через год. Вот после этого, я думаю, круг будет завершен. И мы узнаем, произошли ли какие-то серьезные изменения.

Свободная Пресса