КГБ 2.0: сталинская служба безопасности возвращается

Когда россияне в прошлые выходные шли на выборы в новую Думу, то есть нижнюю палату парламента, всеобщее внимание было приковано к «Единой России», и это понятно. Ее оглушительная победа состоялась на фоне обвинений в фальсификации результатов, также в глаза бросалась низкая явка.

Пока аналитики и прочие ученые мужи морщили лбы, пытаясь придумать умное объяснение закручиванию гаек в парламенте, российская газета «Коммерсант» опубликовала новость иного плана, которая зазвучала как эхо самого мрачного периода советской эпохи — сталинских времен.

По информации газеты, Путин и его правительство планируют большую реорганизацию служб безопасности страны. В глаза бросается намерение создать «министерство государственной безопасности» (МГБ), название которого совпадает с наименованием обширного разведывательного аппарата советского диктатора Иосифа Сталина в 1940-е и в начале 1950-х. Многие СМИ и аналитики дали простое и ясное объяснение: прежнее место работы Путина КГБ возвращается под немного другим именем.


«КГБ 2.0 станет могущественным инструментом подавления потенциальной оппозиции в стране, а также контроля и укрощения элиты», — пишет знаток России Марк Галеотти (Mark Galeotti) в своем анализе для европейского аналитического центра ECFR. По его мнению, слухи о МГБ говорят о том, что Путин испытывает политическое беспокойство.

«Красноречив и тот факт, что новый орган, по сведениям из источников, которые цитирует „Коммерсант“, будет также расследовать такие крупные преступления, как мошенничество и коррупция — а это в наше время самый распространенный способ контроля элиты», — отмечает Галеотти.

На этой неделе Кремль категорически отказывался комментировать слухи, но если неподтвержденные данные соответствуют действительности, то МГБ будет создаваться на основе главного нынешнего органа безопасности ФСБ и включит в себя также службу внешней разведки СВР и федеральную гвардия ФСО. При этом служба военной разведки ГРУ сохранит самостоятельность.

За последний год в российских органах безопасности произошло многое. В апреле была учреждена Национальная гвардия, мощная структура, чья официальная задача — бороться с терроризмом и преступностью. Но оппозиционные активисты и часть экспертов описывают ее как личную гвардию Путина, чтобы подавлять политическое или общественное недовольство. Национальную гвардию (которая, по имеющимся данным, тоже не будет подчиняться новому министерству МГБ) возглавил бывший телохранитель Путина Виктор Золотов.

Параллельно власти усложнили критику правительства или открытые выражения недовольства с юридической точки зрения. Например, они ограничили право на демонстрации, а также продавили «пакет Яровой», ужесточающий правила в отношении экстремизма. Оппозиция и демократические движения предостерегают, что с помощью этих законов будет легко заставить критиков замолчать.

Российский Следственный комитет, своего рода аналог американского ФБР, стал мишенью антикоррупционных расследований, и его ведущие деятели лишились своих постов. По данным СМИ, глава комитета Александр Бастрыкин тоже скоро уйдет в отставку. Все это похоже на чистку в рядах попавшей в немилость государственной структуры или же на последствия борьбы за власть соперников в рамках российской системы органов безопасности. Мир российской разведки скрыт от посторонних глаз, так что к любым предположениям стоит относиться с долей скепсиса.

С учетом сказанного можно выделить три предпосылки больших перестановок в российской системе.

Во-первых, власти просто хотят собрать и скоординировать органы безопасности, как можно сильнее привязав их к официальной позиции.

Во-вторых, идет борьба за власть между несколькими ветвями системы безопасности, и ФСБ одерживает верх над Следственным комитетом.

В-третьих, Кремль чувствует угрозу и хочет укрепить свои силы в потенциальной борьбе с врагами.

Эксперт аналитического «Карнеги-центра» в Москве Александр Баунов считает, что все три фактора сыграли свою роль, но в разной степени. Он выстроил их по значимости в том порядке, в каком они представлены выше.

Баунов скептически относится к мнению, что Владимир Путин хочет ужесточить меры против либеральной оппозиции в свете предстоящих президентских выборов. По планам, выборы пройдут в 2018 году, но многие считают, что перенос на 2017 вполне возможен.

Например, Национальную гвардию ни разу не применяли на выборах в воскресенье, несмотря на имеющиеся подозрения и прогнозы. Либеральной оппозиции не удалось попасть в Госдуму, и даже после сообщений о мошенничестве в стране не возникло серьезных протестов.

«Создавать специальное оружие против протестов, которых, может, и не будет — это бессмысленная трата ресурсов, — замечает Баунов в ответ на вопрос о Национальной гвардии. — В настоящее время либеральные протесты маловероятны, даже если и есть опасность протестов социальных, особенно на уровне регионов».

Некоторые пророчат возврат в сталинскую эпоху, особенно учитывая возрождение гиганта МГБ, но Баунов в это не верит. Напротив, если учреждение МГБ — правда, оно станет новым поворотом в сложном соперничестве разных частей российского аппарата.

«Оно не станет возвратом к сталинскому правлению. Это было бы невозможно, даже если бы правительство этого хотело, а оно не хочет. Это всего лишь внешний декор, под которым продолжается борьба за власть».