Плутоний принесли в жертву

Россия приостановила действие ядерного соглашения с США. Таким образом Кремль пытается принудить США к умеренности и сотрудничеству. Однако результат может быть и противоположным.

Пустые угрозы

Срыв сделки по Сирии не просто обнулил месяцы переговорного процесса и тлеющие надежды на нормализацию российско-американских отношений. Он вызвал очередной всплеск громких заявлений и демонстративных шагов – чего стоит одно заявление официального представителя США Джона Кирби о том, что Кремлю стоит готовиться принимать трупы солдат с Ближнего Востока и теракты в российских городах. Затем последовала полная приостановка сотрудничества по Сирии. Сейчас американцы угрожают новыми санкциями.


В принципе Вашингтон понять можно – Белый дом крайне раздосадован срывом важной для него сделки. Да, все прекрасно понимают, что винить в этом американцы могут лишь самих себя – Обаме нужно было контролировать Пентагон и региональных союзников (кто-то из этих игроков и устроил провокацию в Дейр-эз-Зоре), однако каяться демократическая администрация не хочет. Вместо этого она переводит всю вину на Россию и демонстрирует готовность наказать Москву за, выражаясь языком Джона Керри, «коварство». Тем самым пытаясь хоть как-то сохранить американский авторитет.

При этом большая часть экспертов соглашалась с тем, что дальше громких заявлений американцы не пойдут. По нескольким причинам. Во-первых, идти некуда. У США нет действенного плана Б. Они не могут ввести полноценный экспедиционный корпус в Сирию – как верно отмечал бывший министр обороны США Роберт Гейтс, тем, кто будет говорить о вводе войск на Ближний Восток после Ирака и Афганистана, стоит полечить голову. Даже те несколько тысяч инструкторов и военспецов, которые помогают курдам, создают серьезные риски втягивания США в очередную проигрышную войну. Американцы не могут поставлять боевикам столь нужное им высокотехнологичное вооружение. Например, ПЗРК. Весьма вероятно, что после этого сразу начнут падать американские самолеты в Ираке, а также израильские пассажирские лайнеры.

Во-вторых, нынешняя администрация (которой осталось лишь месяц правления и еще пару месяцев демонстративного восседания на троне) не готова брать на себя смелость и предпринимать какие-то радикальные шаги. Не говоря уже о том, чтобы устраивать маленькую победоносную войну. Барак Обама заинтересован в том, чтобы тихо и спокойно передать власть преемнику (а еще лучше – преемнице), после чего спокойно отправиться писать мемуары.

Ядерное принуждение

В Москве прекрасно осознают тупиковый и демонстративный характер позиции Вашингтона. И тут у российского руководства был выбор. Наиболее оптимальным и «стабильным» вариантом поведения виделось следование нетленному завету Карлсона: «спокойствие, только спокойствие». Можно было бы выдержать ураган американского гнева, отвечая на него невозмутимостью Лаврова (в наиболее острые моменты разбавляя его двумя самыми популярными словами министра) и дожидаясь прихода новой администрации. После чего осуществить очередной подход к снаряду и попытаться выработать новое соглашение по Сирии. Крайне важное с точки зрения даже не региональных, а общемировых интересов России. Ни для кого не секрет, что одной из целей российской операции в Леванте и было принуждение американцев к региональному сотрудничеству, из которого могла бы вырасти новая повестка двусторонних отношений. Возможно, даже глобальная.

Однако Кремль выбрал иной, более рискованный подход – он принял вызов и тоже решил сыграть в эскалацию. Так, 3 октября Россия приостановила действие соглашения об утилизации плутония, заключенного в период обамовской перезагрузки.

Напомним, что согласно этому соглашению Вашингтон и Москва обязались утилизировать излишки оружейного плутония. Да, Вашингтон не стремился исполнять взятые на себя обязательства. Он не мог ни утилизировать оружейный плутоний (в отличие от РФ, у Америки не было таких технологий), ни передавать плутоний на утилизацию Москве (по вполне очевидным политическим причинам). Поэтому Соединенные Штаты и решили разбавлять его специфическими примесями и отправлять на длительное хранение. «Американская сторона выполняла положения этого документа таким образом, что оставляла и возвратный потенциал за собой в отношении плутония, и в отношении объемов, - заявил Дмитрий Песков. - Достаточно долгое время Россия в одиночку его выполняла, но сейчас, как говорится в указе президента, с учетом в целом напряженности и так далее российская сторона не считает возможным продолжение подобной ситуации».

Однако речь шла не просто о «исчерпании российского терпения» - налицо демонстративная акция. Новый, более жесткий чем в Сирии вариант «принуждения к сотрудничеству». «Мы хотим вернуть Вашингтон к пониманию того, что одной рукой вводить санкции против нас там, где это можно сделать достаточно безболезненно для американцев, а другой продолжать выборочное сотрудничество в тех областях, где это им выгодно, не получится», - говорится в заявлении МИД РФ. А Владимир Путин пояснил, что Москва восстановит действие соглашения в том случае, если США отменят акт Магнитского, а также введенные против РФ санкции.

Безусловно, речь не идет о жестком ультиматуме – в Кремле прекрасно понимают, что «крымские» санкции в обозримом будущем сняты не будут. Москва лишь пытается показать Вашингтону, что в эскалацию можно играть и вдвоем. Проблема в том, что Россия ставит на кон пусть и неэффективно выполняющееся, но одно из немногих достижений периода перезагрузки. Да, если американцы усвоят урок, немного успокоятся и переведут отношения на несколько месяцев в состояние стазиса, то можно будет сказать, что ставка сыграла. Однако если охваченный предвыборной лихорадкой Вашингтон решит пойти на принцип и раскручивать спираль эскалации, ситуация может выйти из-под контроля. И маячащий на горизонте призрак новой холодной войны станет обретать плоть. А за ним виднеется новый Карибский кризис – со всеми ядерными вытекающими.