Дружественная позиция по отношению к России поставила испанскую дипломатию в затруднительное положение

«Если санкции будут способствовать сближению позиций России с нашими, то я за», —заявил 17 октября испанский министр иностранных дел Хосе Мануэль Гарсия-Маргальо (José Manuel García-Margallo) в Люксембурге, где обсуждал со своими европейскими коллегами введение санкций против России в связи с авиаударами по мирным жителям в сирийском Алеппо. Но главное, по словам главы дипломатии- «это поиск скорейшего понимания между Россией и США, с одной стороны, и другими сторонами, участвующими в конфликте», в частности, Турцией и Саудовской Аравией, с другой.

В последние годы испанская дипломатия пыталась совместить свой статус верного члена НАТО и ЕС с желанием сохранить, по мере возможности, дружественные отношения с Москвой. Но достижение этой цели становилось все более сложным по мере того, как конфликты на Украине и в Сирии вели к возрождению напряженности времен холодной войны.

Испанское правительство уверяет, что строго придерживается санкций, введенных в отношении России после аннексии Крыма. И за это пришлось заплатить свою цену: от приостановки многомиллионных инвестиций российской компании в нефтеперерабатывающий завод в Альгесирасе (Algeciras) до откладывания на неопределенный срок вопроса об упрощении визового режима, в результате чего Испания планировала привлечь как можно больше российских туристов.


Будучи членом НАТО, Испания дважды отправляла свои истребители на боевое дежурство в прибалтийские государства (в 2017 году они также будут выполнять эту задачу) для защиты их воздушного пространства от вторжения российских самолетов. Кроме того, будучи непостоянным членом СБ ООН, Испания поддержала проект революции по Сирии, на который наложила вето Россия, посчитав его неприемлемым для своего союзника Башара Асада.

Но, выполняя свои международные обязательства, испанская дипломатия старалась сохранить нормальные отношения с Россией, с которой у Испании нет никаких двухсторонних конфликтов и которую, согласно многочисленным опросам, испанцы, в отличие от жителей Восточной Европы, не воспринимают как угрозу своей безопасности.

Маргальо стал первым среди министров иностранных дел ЕС, который заявил, что прекращение войны в Сирии предполагает признать Асада равноправным участником переговоров, не обуславливая их его уходом. Неслучайно российский министр иностранных Сергей Лавров предложил Испании войти в группу стран-посредников в сирийском урегулировании, хотя и согласовал это предварительно с Госсекретарем США Джоном Керри.

Если говорить о двусторонних отношениях, то возникшая напряженность не помешала Испании заключить с Россией соглашение по столь непростому вопросу, как усыновление детей или договориться о срочной поставке вакцин испанским медучреждениям.

Однако, наиболее заметным фактом были заходы российских военных кораблей в порт Сеута (более 50 с 2011 года) для дозаправки горючим и пополнения запасов продовольствия. До настоящего момента, несмотря на протесты правых кругов США и Великобритании, это не вызывало особого недовольства со стороны стран НАТО. Испания обстоятельно информировала их о каждом заходе, указывая, что российские военные корабли посещали также порты других средиземноморских стран, в частности, Мальты и Греции. Кроме того, Сеута и Мелилья являются единственными зонами испанской территории, не входящими в зону ответственности НАТО.

Однако, на этот раз желание сохранить хорошие отношения с Москвой поставило испанскую дипломатию в затруднительное положение. НАТО, выделившая немалые силы и средства для слежения за группой кораблей во главе с авианесущим крейсером «Адмирал Кузнецов», следовавшей из Северного ледовитого океана в восточную часть Средиземного моря, не могла допустить, чтобы одна из стран-членов альянса предоставляла тыловое обеспечение российским кораблям. В итоге, испанское правительство отменило разрешение на заход кораблей, предварительно согласовав с Россией удобную форму такой отмены: Россия сама отзовет заявку на заход в испанский порт. Ни капли воды российским кораблям.