Ради какой выгоды Турция в Крыму ведет двойную игру

В минувшие выходные глава крымскотатарского меджлиса*, организации, запрещенной на территории России, Мустафа Джемилев побывал в Турции, где как обычно активно выступал за то, что полуостров должен быть «освобожден от гнета российской оккупации». Тут же обвинил Турцию в том, что она не присоединилась к санкциям, которые ввели многие страны:

— Даже наоборот, сейчас в контексте взаимоотношений Турции и России употребляются такие слова как «сотрудничество» и «дружба», — возмущался Джемилев.

Думается, что визит Джемилева, как раз, наоборот, вызвал обратный эффект и укрепил Турцию в желании сотрудничать и с Россией, и с Крымом, в частности, еще больше. И не потому даже, что пока Джемилев выступал со своими речами, крымскотатарская общественность полуострова выступила с обращением к своим турецким соплеменникам бойкотировать визит Джемилева и не слушать его. Пока инициатор энергоблокады, продовольственной блокады на полуострове старается нанести максимальный вред Крымской республике, в это время бизнесмены из Турции пытаются здесь развивать свой бизнес. И вряд ли в этом им кто-то может помешать и разубедить.


Крым всегда интересовал Турцию. Основным инструментом продвижения османских интересов на полуострове практически всегда были крымские татары. После развала СССР этот фактор вернулся в региональную политику. Но какие же основные выгоды имела и имеет турецкая сторона от взаимодействия с теперь уже российским полуостровом?

Первым пунктом можно уверено назвать экономическое взаимодействие. Начиная с 2014 года, Турция является одним из немногих иностранных государств, кто умудряется доставлять собственные товары непосредственно в Крым. Был перерыв в период, когда Москва с Анкарой прекратили отношения из-за сбитого российского бомбардировщика, но Турция признала свою вину и сотрудничество возобновилось. Чего же следует ждать в будущем от этих взаимоотношений от турецкой стороны?

Преподаватель университета Мармара, старейшего вуза Турции профессор Селами Куран, специализирующийся на международной политике и морском праве, полагает, что турецкое руководство нацелено на максимальное укрепление связей с Россией. И Крым в данном случае служит отличной возможностью. Россия, по мнению эксперта, нуждается в иностранном присутствии на территории Крыма. Это должно сработать в качестве легализации российского контроля над полуостровом во всем мире. И в данном случае, интересы Анкары весьма кстати. Турецкие бизнесмены укрепляют свои позиции, а Москва получает косвенное признание, которое потом может стать полноценным.

«СП»: — Каков товарооборот между Турцией и Крымом?

— В настоящее время назвать точную цифру достаточно сложно. В Турции нет официальных статистических данных. Известно точно, что он несущественен. Все-таки проблемы в отношениях с РФ оказали огромное влияние на сотрудничество. Я полагаю, что следует ограничиться суммой в 10 миллионов долларов.

«СП»: — Есть ли перспективы увеличения этого показателя?

— Конечно. Турецкий бизнес готов дать Крыму все, что нужно. Единственное, что требуется — расположенность российских и крымских властей. Судя по последним данным, на крымском рынке появляется все больше турецкой продукции. Это говорит об улучшении ситуации.

«СП»: — Однако пока турецкие товары никак не могут составить конкуренции нашим отечественным продуктам.

— Да, но это связано с внутренней политикой России. Как известно, после введения санкций со стороны бывших ключевых партнеров Россия озадачилась увеличением внутреннего производства. Вероятно, по этой причине, например, турецкий виноград хоть и есть на крымских прилавках, но стоит дороже винограда местного производства. Это касается и другой продукции.

«СП»: — Тогда зачем турецким бизнесмена проникать на столь неперспективный рынок, нести убытки?

— Дело в том, что есть еще и политика. Для многих предпринимателей поставка продукции в Крым действительно обходится очень дорого. Расходы значительны и они в большинстве случаев никак не окупаются. Конечно, никто не хочет участвовать в провальных сделках. Несмотря на это, мы знаем, что турецкие товары в Крыму все же есть. Объясняется все тем, что в команде действующего президента есть люди, настроенные пророссийски. Эти люди с одобрения главы государства используют некоторых представителей деловых кругов для достижения определенных целей. Если говорить конкретнее, чиновники курируют тех бизнесменов, что торгуют с Крымом и оказывают им поддержку.

«СП»: — Зачем это нужно?

— Политика. Эрдоган, как известно, официально отрицает легитимность российской власти в Крыму, но так невозможно построить хорошие отношения с Москвой. Поэтому он использует такую тактику. Турецкие суда везут продукты в Крым, и это говорит о неофициальной позиции руководства страны. Так Эрдоган может быть другом и для России, и для Европы.

«СП»: — Для турецких судовладельцев, направляющих свои корабли в крымские порты, как я понимаю все это небезопасно?

— Опасность есть. Украинское законодательство, насколько мне известно, предусматривает арест тех судов, что заходили в крымские порты. Но практика показала, что арест производится только на территории Украины, хотя это государство может арестовывать корабли, остановившиеся в портах других стран. С другой стороны, у моряков есть несколько способов замаскировать свое присутствие в том или ином порту, но это идет в разрез с международным законодательством. Так что лучше всего кораблям, заходящим в крымские порты, не приближаться к территориям, контролируемым украинской стороной.

«СП»: — Зачем идти на такие риски? Только ради дружбы с Кремлем?

— Именно. Ну еще и для того, что Турции очень нужен российский рынок, не только крымский. Крым — это символизм. Турция имеет большие интересы в самой России. И с этой целью Анкара идет, как мы видим, почти на любые уступки.

Другой турецкий эксперт Танер Бексой, специализирующийся на мировой экономике, придерживается аналогичных взглядов. По его мнению, потеря российского рынка очень дорого обошлась для Турции.

— Во-первых, Россия является важнейшим поставщиком энергоресурсов. Это то, что мы называем «влияние России». Этот фактор учитывается на всех уровнях. Во-вторых, Россия обеспечивает серьезный приток капитала.

«СП»: — Как Крым вписывается в этот формат взаимоотношений?

— Крым интересует Турцию в долгосрочной перспективе. Очевидно, что при нынешнем формате международных отношений какие-либо серьезные проекты в Крыму немыслимы. Турция не пойдет на это. Но она имеет намерение быть первой, когда правовой статус полуострова наконец-таки будет окончательно определен. В данном контексте уместно рассматривать турецко-российские и турецко-крымские связи отдельно. В первом случае подразумеваются тесные контакты с Москвой. Во втором же случае, Турция стремится создать себе позитивный имидж на полуострове. Сегодняшние реалии заставляют нас вести двойную игру. Юридически мы считаем Крым украинским, но фактически музыку заказывает Россия. В такой обстановке сложно остаться другом для обеих сторон, но это возможно за счет привлечения третьих игроков. В ситуации с Крымом Турция делает ставку на бизнес, а вот с Киевом приходится общаться языком дипломатии. Россия при этом, как это ни странно, является своего рода наблюдателем-участником, определяющим, что можно, а что нельзя. И вполне естественно, что Турции приходится действовать осторожно.

«СП»: — Вы упомянули о долгосрочной перспективе. Что вы подразумевали?

— Если крымский вопрос решится, причем неважно в чью пользу, то для Турции откроются новые возможности. Я думаю, что наиболее перспективными проектами являются сделки в сфере энергетики. Близ Крыма имеются значительные запасы нефти и газа. Недостаток кроется в дороговизне и сложности разработок месторождений. Турецкие специалисты обладают необходимыми технологиями и ресурсами.

«СП»: — Почему раньше Турция не пыталась наладить добычу углеводородов?

— Незадолго до смещения Виктора Януковича украинские власти приглашали представителей некоторых энергетических компаний Турции. Обсуждался вопрос разработки черноморского шельфа. О перспективах сотрудничества нельзя судить, потому что украинская революция гарантировала срыв даже стопроцентной сделки. Это был первый случай, когда Украина выказала готовность сотрудничать с Турцией в этой сфере.

«СП»: — Как вам кажется, Россия пойдет навстречу турецким энергетическим компаниям?

— Я думаю, Россия больше заинтересована в сотрудничестве с американскими специалистами. Впрочем, в перспективе турецкие компании могут получить свою долю. Например, в случае успешной реализации проекта по возведению газопровода («Турецкий поток» — авт.). Но пока об этом говорить рано.

* Общественное объединение «Меджлис крымскотатарского народа» признано экстремистским решением Верховного суда Республики Крым от 26.04.2016.

Свободная Пресса