Как показал инцидент с нарушением воздушной границы страны, белорусским войскам противовоздушной обороны срочно необходима модернизация средств обнаружения низколетящих воздушных целей. Спустя три недели после происшествия Александр Лукашенко все-таки вынужден был признать, что факт незаконного вторжения 4 июля иностранного легкомоторного самолета в воздушное пространство государства имел место. Заявление на этот счет глава государства сделал 26 июля на совещании с повесткой дня «О состоянии работы по приведению Вооруженных сил и Госпогранкомитета Беларуси в соответствие с современными требованиями».
Правда, при этом глава государства не преминул добавить, что самолет-нарушитель «был вовремя обнаружен». В этой трактовке лишь из-за непонятной нераспорядительности военных начальников не был отдан приказ пресечь полет.
Однако, сказав «а», президент не пожелал сказать «б». А именно: почему на протяжении трех недель, пока шло расследование инцидента, высокопоставленные белорусские военные и пограничные чины категорически отрицали даже саму возможность несанкционированного пересечения госграницы иностранным легкомоторным гражданским самолетом.
В ответ на публикации СМИ, в которых содержалось достаточно доказательств такого нарушения, в Министерстве обороны заявляли, что фактов, подтверждающих пересечение границы в воздушном пространстве, нет. Не признали истинными в Минобороны и размещенные в интернете видеоролики, снятые как с борта самолета-нарушителя, так и с земли.
Более того, представители военного ведомства утверждали: его эксперты, исследуя опубликованные фото- и видеоматериалы, выявили в них «визуальную фальсификацию».
На эту тему несколько раз высказался и командующий ВВС и войсками ПВО генерал-майор Дмитрий Пахмелкин. Из его слов следовало, что национальные средства ПВО и ВВС не зафиксировали факта нарушения границы Беларуси 4 июля легкомоторным самолетом, с которого якобы был сброшен «десант плюшевых мишек».
Аналогичными по содержанию были и комментарии представителей Госпогранкомитета. Там заявили, что пограничники ведут круглосуточный визуальный контроль воздушного пространства Беларуси с помощью специальных приборов, которые позволяют отслеживать низколетящие воздушные цели. Все случаи, когда иностранные самолеты несанкционированно проникали в воздушное пространство Беларуси, своевременно фиксировались, информация о них оперативно передавалась силам ПВО для принятия решения. Однако в последние годы подобных нарушений, мол, не было.
Возникает вопрос: как сочетается вышеупомянутое заявление президента и главнокомандующего Александра Лукашенко с информацией, озвученной ранее его подчиненными в военном и пограничном ведомствах.
Если в обоих случаях сведения, предоставленные общественности, достоверны, то выходит, что в государстве имеется некая неведомая всеведущая и всемогущая служба, которая, несмотря на проколы Минобороны и Госпогранкомитета, засекла пресловутый самолет и доложила об этом первому лицу. Эта гипотеза выглядит увлекательной с точки зрения конспирологии, но, увы, малодостоверной.
Несколько более правдоподобной выглядит версия о том, что военные (и) или пограничники нарушение воздушной границы зафиксировали, но по каким-то неведомым причинам (возможно, ввиду свойственного белорусам мягкосердечия), пожалели незадачливых шведов, это свое достижение утаили от всех (включая самого главнокомандующего).
Но в таком случае ответственных лиц следует признать нарушителями не только инструкций и наставлений, но законодательства. Со всеми вытекающими последствиями.
Конечно, мнения могут быть разными, но с нашей точки зрения существует лишь одно более-менее рациональное объяснение всего произошедшего. Как и говорили военные с пограничниками, факта пересечения воздушной границы Беларуси они действительно не зафиксировали, а посему отрицали его вплоть до завершения расследования.
Когда все выяснилось, Александр Лукашенко как главнокомандующий вооруженными силами страны попытался спасти перед внешним миром, и в первую очередь перед Москвой, подмоченную его подчиненными репутацию непроницаемого белорусского противовоздушного щита. Военные были обвинены лишь в непринятии мер по пресечению полета, который, оказывается, был своевременно обнаружен. Не захотели брать грех на душу, вот будут наказаны.
Но дело ведь не в том, чтобы найти козлов отпущения. Надо в максимально короткие сроки выявить слабые места в национальной системе ПВО и привести ее в соответствие с современными требованиями. Тем более что эксперты давно указывали как на ее уязвимые точки, так и на способы их ликвидации.
Военные конфликты второй половины XX и нынешнего XXI веков свидетельствуют о решающем значении современных средств воздушного нападения (СВН). Сегодня способность ПВО страны обеспечить обнаружение и уничтожение СВН противника во всем диапазоне высот и скоростей во многом определяет состояние ее национальной безопасности в целом.
Ныне боевые возможности СВН вероятных противников, а также номенклатура и количество воздушных судов, пригодных для проведения террористических актов, существенно возросли. В последние 10-15 лет во всем мире наблюдается взрывообразный рост беспилотных средств воздушного нападения. К числу последних можно отнести беспилотные самолеты и вертолеты, беспилотные летательные аппараты вертикального взлета и посадки, крылатые ракеты.
На сегодня в мире известно порядка 300 проектов разведывательных и разведывательно-ударных беспилотных летательных аппаратов с взлетной массой от нескольких килограммов до нескольких тонн. Ими обладают более 90 стран.
При этом наибольшие проблемы для обороняющейся стороны возникают при действии СВН на малых и предельно малых высотах. Наиболее опасными из этих объектов являются стратегические крылатые ракеты, а также маловысотные летательные аппараты, используемые экстремистами для совершения террористических актов.
Между тем возможности состоящих на вооружении стран СНГ средств обнаружения воздушных целей, и радиолокаторов (РЛС) в частности, все больше отстают от характеристик СВН. РЛС устаревают нарастающими темпами не только морально, но физически — нормативные сроки эксплуатации ряда из них уже исчерпаны. И тем не менее, они не могут быть ни модернизированы, ни заменены в приемлемые сроки. Поскольку ни темпы капитального ремонта, ни темпы поставок новых радиолокационных систем не соответствуют минимальным потребностям военных.
Поэтому нет ничего неожиданного в том, что используемые сегодня радиотехническими подразделениями войск ПВО РЛС боевого режима, разработанные в 1970-х годах и даже ранее, не соответствуют современным требованиям в плане помехозащищенности. А РЛС дежурного режима громоздки и весьма затратны в эксплуатации. Не говоря уже о том, что имеются трудности с элементной базой для поддержания их в боевом состоянии.
Все это в полной мере относится и к маловысотным РЛС. Достаточно сказать, что по ряду параметров до сих пор нет полноценной замены дециметровой РЛС П-15 «Тропа». А ведь она принята на вооружение еще в 1955 году.
Ее модернизированная версия П-19 (принята на вооружение в 1974 году) практически повторяла П-15 и особого распространения не получила. Небольшое количество П-19 эксплуатируется и поныне.
Длительные сроки эксплуатации радиолокационных станций П-15 (П-19) привели к тому, что ныне большая часть этих РЛС требует восстановления ресурса. Единственным выходом из сложившейся ситуации, по мнению специалистов, является их модернизация на базе РЛС «Kacтa-2E1».
В обозримой перспективе не предвидится достойной замены РЛС 19Ж6 и 35Д6. Эти станции в настоящее время остаются единственными более-менее современными маловысотными РЛС боевого режима в системе ПВО стран СНГ. Их служба может быть продолжена ввиду наличия значительного потенциала для модернизации. В первую очередь — за счет замены элементной базы цифровых систем первичной и вторичной обработки информации, систем отображения информации.
Исходя из нынешней экономической ситуации, говорить о возможности массовой поставки в войска ПВО Беларуси принципиально новых маловысотных РЛС (как собственной разработки, так и российских) не приходится. Определенным выходом из ситуации могло бы стать применение, наряду с традиционными, других (более дешевых) средств обнаружения низколетящих целей: акустико-сейсмических, радио- и оптоэлектронных.
Очевидно, именно этим в сложившейся ситуации и должно заниматься высшее военно-политическое руководство страны.
Пока же мы стали свидетелями «разбора полетов». 31 июля Александр Лукашенко Александр Лукашенко освободил от должностей председателя Государственного пограничного комитета генерал-майора Игоря Рачковского и командующего ВВС и войсками ПВО генерал-майора Дмитрия Пахмелкина. Еще ряд высокопоставленных силовиков получили взыскания.
При этом очевидно, что прокол 4 июля стал возможен не только из-за сиюминутной халатности, но также из-за системных просчетов в развитии, модернизации ПВО на протяжении 10-15 лет.
Смогут ли в ближайшее время надежно «заштопать» белорусскую ПВО — вопрос открытый.
