В Америке некому защитить Украину от России
07.03.2017 09:50
2 463
0
Во вторник — 7 марта — глава внешнеполитического ведомства США Рекс Тиллерсон проведет в Вашингтоне переговоры с украинским коллегой Павлом Климкиным. Встречу двух министров анонсировали в Госдепартаменте, не раскрыв, при этом, каких-либо подробностей.
Известно, что для Климкина этот визит в США станет первым с момента инаугурации американского президента Дональда Трампа. И с новым госсекретарем Тиллерсоном он также встретится впервые.
Повестка предстоящей беседы по какой-то непонятной причине пока держится в секрете. Однако политический контекст, на фоне которого она должна пройти сам по себе уже может подсказать, о чем и в каком ключе пойдет речь.
Поэтому есть смысл коротко перечислить самые «знаковые» события последнего времени, которые, так или иначе, затрагивают украинскую проблематику. В том числе и в той ее части, которая связана с конфликтом в Донбассе.
Так, на прошлой недели, как известно, американский Конгресс впервые предложил выделить 150 млн долларов на «летальное» перевооружение армии «незалежной». Чуть ранее Пентагон в лице первого замминистра обороны Боба Уорка заверил Киев в том, что «США по-прежнему настроены на серьезную поддержку независимости и территориальной целостности Украины».
До этого — 26 февраля — было странное заявление от Госдепа с обвинениями в адрес ополченцев в нападении на представителей миссии ОБСЕ в Донбассе. Хотя на самом деле имела место очередная провокация с украинской стороны.
И — наконец — нельзя не упомянуть недавний доклад по правам человека в мире, который был представлен непосредственно госсекретарем США Рексом Тиллерсоном. В нем Россия обвиняется в том, что якобы участвует в снабжении и инструктаже ополченцев на Украине.
При этом Минских соглашений для американского дипломатического ведомства, будто не существует… Или Киев их давно выполнил. Ни слова о блокаде Донбасса. Ни слова об обстрелах мирных жителей ДНР и ЛНР.
Значит ли это, что новая администрация, чтобы спасти от полного банкротства «украинский проект» предшественников, захочет придать ему новый антироссийский импульс?
Этот и другие вопросы «СП» адресовала политологу Дмитрию Дробницкому:
— Одно уточнение. Законопроект, который внесен в Конгресс США на прошлой неделе, на самом деле, не о том, чтобы продавать Украине летальное вооружение. Он о том, что в два раза — с 350 до 150 млн долларов — сокращается военно-техническая помощь Соединенных Штатов Киеву. Просто для того, чтобы, так сказать, «подсластить пилюлю» один из представителей Пентагона сказал, что, возможно, часть оставшихся денег может пойти и на летальное оружие.
Пока что конгрессмены больше озабочены тем, где взять 54 млрд. долларов — по всем сусекам скребут — на увеличение оборонного бюджета, обещанное Трампом.
Что касается Госдепартамента и отношения ко всем этим украинским делам…
Проблема состоит в том, что на сегодняшний день в ведомстве, по сути дела, «полтора землекопа» из новой администрации. Это, собственно говоря, сам Рекс Тиллерсон. И Никки Хейли, имеющая статус члена кабинета, но постоянно отвлеченная на ООН, как представитель США в этой международной организации.
Больше людей, назначенных новой администрацией — непосредственно самим Тиллерсоном — там нет. Все остальные — так называемые неполитические назначенцы. Но в той или иной степени, это все равно креатуры старой администрации.
У Тиллерсона как бы нет людей, на которых можно опереться. Отсюда пока не очень понятно, когда он закончит формирование своего окружения. И когда он сможет разобраться со своим ведомством.
Задача эта достаточно непростая.
«СП»: — В чем сложность?
— Мы знаем, в частности, что почти тысяча сотрудников Госдепа написали так называемое «письмо несогласия» в адрес, соответственно, и госсекретаря, и президента Трампа, в котором выразили недовольство политикой нового руководства страны по миграционному и по целому ряду других вопросов.
В принципе, в подобном способе общения с командой президента нет ничего необычного — для США это обычная практика. Но тысяча недовольных, это очень много. Это люди, которые открыто сопротивляются любой возможности новой политики. Поэтому Тиллерсон сейчас фактически внешнюю политику США не ведет.
Он, конечно, с кем-то встречается, осуществляет какие-то контакты, что-то еще делает… Но в действительности власти в Госдепартаменте он не имеет. И мне это очень сильно напоминает ситуацию с Хиллари Клинтон образца 2009−2010 гг., потому что тогда она тоже была отстранена от ведения внешнеполитических дел.
Поэтому чего-то серьезного ожидать от этой американо-украинской встречи, я думаю, не стоит.
Да и общая ситуация в Штатах сейчас довольно нервная. В стране, как известно, продолжается политический кризис. Трамп обвинил своего предшественника Обаму в прослушке телефонов. И даже назвал его «больным парнем». Одновременно продолжаются атаки на людей из окружения самого Трампа. Последней «мишенью» стал генпрокурор Джефф Сешнс, как известно.
В подобной ситуации политического кризиса сформировать какие-то стройные ориентиры достаточно сложно, особенно на внешнеполитической арене. Подозреваю, что именно с этим связано то, что после трех встреч на высшем уровне Тиллерсон внешнеполитических шагов не делал.
То есть, новая администрация сейчас находится в сложном положении. Поэтому ожидать, что как-то серьезно изменится ситуация по Украине или на каком-то другом направлении, нет смысла.
В связи с этим возникает вопрос и по Минским договоренностям. Что с ними делать?
«СП»: — Ну, для начала, Штатам, если они, как утверждают сами, заинтересованы в мирном урегулировании конфликта в Донбассе, следовало бы заставить Киев их выполнять?
— Дело в том, что эти договоренности принципиально спроектированы — увы! — таким образом, что с обеих сторон они интерпретируются по-разному. И не имеется никакой возможности (во всяком случае, мы не видели этому доказательств) действительно объективно оценить, кто их выполняет, а кто нет. И российскому руководству, и внешнеполитическому ведомству это должно уже стать понятно.
Поэтому, готовясь к тому времени, когда новая администрация и, в частности, новый госдепартамент обретут свое собственное лицо, России бы неплохо в этом вопросе подумать над своей стратегией.
Пока, как мне кажется, нет никакой. Минские соглашения сами по себе, это не стратегия. Это всего лишь некие промежуточные договоренности. Которые с какой бы стороны не были нарушены, каждая из сторон конфликта будет интерпретировать по-своему. Это доказано опытом после их заключения.
Поэтому встречается там кто-то с госсекретарем или не встречается, главная проблема в том, в чем здесь состоит стратегия России. Каким образом мы собираемся действовать?
Потому что если бы такого рода внятная позиция была выработана, то гораздо легче было бы разобраться в ситуации.
Более того, на мой взгляд, Минские соглашения были составлены в расчете на то, что как только они начнут выполняться — существовала такая иллюзия — часть санкций с России будет снята. Это определенное такое требование элиты российской — снятие санкций…
Так вот, до тех пор, пока мы будем думать, что часть выгоды России в любой международной сделке, это снятие санкций, у нас дела не пойдут. Потому что на самом деле эти санкции будут оставаться, как рычаг давления.
Нам вообще следует отказаться разговаривать на тему санкций. Сирию ли мы рассматриваем, Украину ли мы рассматриваем, договор по РСМД или что-то еще… как только возникает слово" санкции" все, мы это не обсуждаем.
«СП»: — Глава МИД РФ Сергей Лавров, мне кажется, уже неоднократно давал понять, что наша страна никогда не унизится до просьбы снять санкции…
— Будем считать, что это хороший знак. Но я исхожу из заявлений, которые делают западные политики.
Здесь можно сколько угодно заниматься буквоедством и смотреть, что такое юридически эти минские соглашения. Но фактически — это выполнение обеими сторонами украинского конфликта неких действий, в результате чего с России будет снята часть санкций.
Во всяком случае, наши иностранные партнеры видят это так. Поэтому продолжение разговора о минском формате, без выработки какой-либо стратегии по этому вопросу, будет постоянно продуцировать некую неопределённость.
«СП»: — Достаточно давно ходят разговоры о возможном присоединении к «нормандскому формату» американцев. Это что-то изменит?
— Опять же, нужно иметь в виду два момента. Во-первых, что внешнеполитическое ведомство США на сегодняшний день не сформировано. То есть, штатно оно вполне укомплектовано, но эти люди не представляют новую администрацию в своем подавляющем большинстве. Второе: вопрос не в том, что придет кто-то и все поправит… Вопрос в том, что Россия из этой ситуации хочет получить? Какова ее стратегия?
Понимаете, высказывание озабоченности по поводу неоднозначной оценки выполнения минских договоренностей, это тоже не стратегия. Это все слова дипломатические. Что Россия хочет в результате получить? Какой она видит ситуацию через пять лет? Через три года? Через год? Через шесть месяцев?
Этого стратегического видения я сейчас не наблюдают.
На мой взгляд, это — повторю — связано исключительно с тем, что вступая в переговоры по Юго-Востоку Украины, значительная часть российской элиты надеялась на то, что двустороннее выполнение этих соглашений приведет к частичному снятию санкций. И отсюда пошла вся проблема. Потому что в результате появились соглашения, которые на поверку оказались абсолютно не верифицируемые объективно. И каждый раз, когда возникает следующий какой-то виток разговоров об Украине, с западной стороны звучат заявления о том, что мы не снимем санкции, пока не будут выполнены Минские соглашения.
Потому отталкиваться от них и основываться на них нельзя, просто исходя из практического опыта. Бесполезно в сотый раз делать одно и то же и ждать какого-то результата.
«СП»: — А Украине чего стоит ждать от предстоящих переговоров в Вашингтоне?
— Ну, какие-то личные дивиденды Климкин, конечно, попытается получить. Сделает, наверняка, много групповых фотографий с влиятельными конгрессменами и дипломатами американскими. Получит — понятно — заверения в том, что США поддерживают территориальную целостность Украины… и т. д. и т. п. Так, во всяком случае, постановил Конгресс, и, естественно, ни один политический деятель, ни один дипломат американский не может против этого идти.
Другую позицию мог бы заявить президент США Трамп, но для этого ему нужно сначала вступить в переговоры с Россией, чего он не сделал. А России для этого нужно сформулировать, что она из этой ситуации хочет получить, каково ее видения данной ситуации…
Так что, Украина, если что и получит, то исключительно моральный бонус, который, конечно, будет пиариться максимально. В смысле денег, ей останется только надеяться на европейские структуры, на МВФ — отчасти.
Потому что целевая помощь от США предусмотрена только в сторону сокращения. Там деньги нужны сейчас на другие нужды.
Но даже если и получит, допустим, Украина огромный финансовый бонус, для нее это ровным счетом ничего значить не будет. «Незалежная», как говорят наши западные партнеры — это «failed state», несостоявшееся государство, которое не контролирует свое правительство, не контролирует свою территорию, во многом не контролирует свои вооружённые формирования. Сколько в него денег не вкладывай, самому государству, и самое главное его народу, лучше не станет.
Свободная Пресса
Известно, что для Климкина этот визит в США станет первым с момента инаугурации американского президента Дональда Трампа. И с новым госсекретарем Тиллерсоном он также встретится впервые.
Повестка предстоящей беседы по какой-то непонятной причине пока держится в секрете. Однако политический контекст, на фоне которого она должна пройти сам по себе уже может подсказать, о чем и в каком ключе пойдет речь.
Поэтому есть смысл коротко перечислить самые «знаковые» события последнего времени, которые, так или иначе, затрагивают украинскую проблематику. В том числе и в той ее части, которая связана с конфликтом в Донбассе.
Так, на прошлой недели, как известно, американский Конгресс впервые предложил выделить 150 млн долларов на «летальное» перевооружение армии «незалежной». Чуть ранее Пентагон в лице первого замминистра обороны Боба Уорка заверил Киев в том, что «США по-прежнему настроены на серьезную поддержку независимости и территориальной целостности Украины».
До этого — 26 февраля — было странное заявление от Госдепа с обвинениями в адрес ополченцев в нападении на представителей миссии ОБСЕ в Донбассе. Хотя на самом деле имела место очередная провокация с украинской стороны.
И — наконец — нельзя не упомянуть недавний доклад по правам человека в мире, который был представлен непосредственно госсекретарем США Рексом Тиллерсоном. В нем Россия обвиняется в том, что якобы участвует в снабжении и инструктаже ополченцев на Украине.
При этом Минских соглашений для американского дипломатического ведомства, будто не существует… Или Киев их давно выполнил. Ни слова о блокаде Донбасса. Ни слова об обстрелах мирных жителей ДНР и ЛНР.
Значит ли это, что новая администрация, чтобы спасти от полного банкротства «украинский проект» предшественников, захочет придать ему новый антироссийский импульс?
Этот и другие вопросы «СП» адресовала политологу Дмитрию Дробницкому:
— Одно уточнение. Законопроект, который внесен в Конгресс США на прошлой неделе, на самом деле, не о том, чтобы продавать Украине летальное вооружение. Он о том, что в два раза — с 350 до 150 млн долларов — сокращается военно-техническая помощь Соединенных Штатов Киеву. Просто для того, чтобы, так сказать, «подсластить пилюлю» один из представителей Пентагона сказал, что, возможно, часть оставшихся денег может пойти и на летальное оружие.
Пока что конгрессмены больше озабочены тем, где взять 54 млрд. долларов — по всем сусекам скребут — на увеличение оборонного бюджета, обещанное Трампом.
Что касается Госдепартамента и отношения ко всем этим украинским делам…
Проблема состоит в том, что на сегодняшний день в ведомстве, по сути дела, «полтора землекопа» из новой администрации. Это, собственно говоря, сам Рекс Тиллерсон. И Никки Хейли, имеющая статус члена кабинета, но постоянно отвлеченная на ООН, как представитель США в этой международной организации.
Больше людей, назначенных новой администрацией — непосредственно самим Тиллерсоном — там нет. Все остальные — так называемые неполитические назначенцы. Но в той или иной степени, это все равно креатуры старой администрации.
У Тиллерсона как бы нет людей, на которых можно опереться. Отсюда пока не очень понятно, когда он закончит формирование своего окружения. И когда он сможет разобраться со своим ведомством.
Задача эта достаточно непростая.
«СП»: — В чем сложность?
— Мы знаем, в частности, что почти тысяча сотрудников Госдепа написали так называемое «письмо несогласия» в адрес, соответственно, и госсекретаря, и президента Трампа, в котором выразили недовольство политикой нового руководства страны по миграционному и по целому ряду других вопросов.
В принципе, в подобном способе общения с командой президента нет ничего необычного — для США это обычная практика. Но тысяча недовольных, это очень много. Это люди, которые открыто сопротивляются любой возможности новой политики. Поэтому Тиллерсон сейчас фактически внешнюю политику США не ведет.
Он, конечно, с кем-то встречается, осуществляет какие-то контакты, что-то еще делает… Но в действительности власти в Госдепартаменте он не имеет. И мне это очень сильно напоминает ситуацию с Хиллари Клинтон образца 2009−2010 гг., потому что тогда она тоже была отстранена от ведения внешнеполитических дел.
Поэтому чего-то серьезного ожидать от этой американо-украинской встречи, я думаю, не стоит.
Да и общая ситуация в Штатах сейчас довольно нервная. В стране, как известно, продолжается политический кризис. Трамп обвинил своего предшественника Обаму в прослушке телефонов. И даже назвал его «больным парнем». Одновременно продолжаются атаки на людей из окружения самого Трампа. Последней «мишенью» стал генпрокурор Джефф Сешнс, как известно.
В подобной ситуации политического кризиса сформировать какие-то стройные ориентиры достаточно сложно, особенно на внешнеполитической арене. Подозреваю, что именно с этим связано то, что после трех встреч на высшем уровне Тиллерсон внешнеполитических шагов не делал.
То есть, новая администрация сейчас находится в сложном положении. Поэтому ожидать, что как-то серьезно изменится ситуация по Украине или на каком-то другом направлении, нет смысла.
В связи с этим возникает вопрос и по Минским договоренностям. Что с ними делать?
«СП»: — Ну, для начала, Штатам, если они, как утверждают сами, заинтересованы в мирном урегулировании конфликта в Донбассе, следовало бы заставить Киев их выполнять?
— Дело в том, что эти договоренности принципиально спроектированы — увы! — таким образом, что с обеих сторон они интерпретируются по-разному. И не имеется никакой возможности (во всяком случае, мы не видели этому доказательств) действительно объективно оценить, кто их выполняет, а кто нет. И российскому руководству, и внешнеполитическому ведомству это должно уже стать понятно.
Поэтому, готовясь к тому времени, когда новая администрация и, в частности, новый госдепартамент обретут свое собственное лицо, России бы неплохо в этом вопросе подумать над своей стратегией.
Пока, как мне кажется, нет никакой. Минские соглашения сами по себе, это не стратегия. Это всего лишь некие промежуточные договоренности. Которые с какой бы стороны не были нарушены, каждая из сторон конфликта будет интерпретировать по-своему. Это доказано опытом после их заключения.
Поэтому встречается там кто-то с госсекретарем или не встречается, главная проблема в том, в чем здесь состоит стратегия России. Каким образом мы собираемся действовать?
Потому что если бы такого рода внятная позиция была выработана, то гораздо легче было бы разобраться в ситуации.
Более того, на мой взгляд, Минские соглашения были составлены в расчете на то, что как только они начнут выполняться — существовала такая иллюзия — часть санкций с России будет снята. Это определенное такое требование элиты российской — снятие санкций…
Так вот, до тех пор, пока мы будем думать, что часть выгоды России в любой международной сделке, это снятие санкций, у нас дела не пойдут. Потому что на самом деле эти санкции будут оставаться, как рычаг давления.
Нам вообще следует отказаться разговаривать на тему санкций. Сирию ли мы рассматриваем, Украину ли мы рассматриваем, договор по РСМД или что-то еще… как только возникает слово" санкции" все, мы это не обсуждаем.
«СП»: — Глава МИД РФ Сергей Лавров, мне кажется, уже неоднократно давал понять, что наша страна никогда не унизится до просьбы снять санкции…
— Будем считать, что это хороший знак. Но я исхожу из заявлений, которые делают западные политики.
Здесь можно сколько угодно заниматься буквоедством и смотреть, что такое юридически эти минские соглашения. Но фактически — это выполнение обеими сторонами украинского конфликта неких действий, в результате чего с России будет снята часть санкций.
Во всяком случае, наши иностранные партнеры видят это так. Поэтому продолжение разговора о минском формате, без выработки какой-либо стратегии по этому вопросу, будет постоянно продуцировать некую неопределённость.
«СП»: — Достаточно давно ходят разговоры о возможном присоединении к «нормандскому формату» американцев. Это что-то изменит?
— Опять же, нужно иметь в виду два момента. Во-первых, что внешнеполитическое ведомство США на сегодняшний день не сформировано. То есть, штатно оно вполне укомплектовано, но эти люди не представляют новую администрацию в своем подавляющем большинстве. Второе: вопрос не в том, что придет кто-то и все поправит… Вопрос в том, что Россия из этой ситуации хочет получить? Какова ее стратегия?
Понимаете, высказывание озабоченности по поводу неоднозначной оценки выполнения минских договоренностей, это тоже не стратегия. Это все слова дипломатические. Что Россия хочет в результате получить? Какой она видит ситуацию через пять лет? Через три года? Через год? Через шесть месяцев?
Этого стратегического видения я сейчас не наблюдают.
На мой взгляд, это — повторю — связано исключительно с тем, что вступая в переговоры по Юго-Востоку Украины, значительная часть российской элиты надеялась на то, что двустороннее выполнение этих соглашений приведет к частичному снятию санкций. И отсюда пошла вся проблема. Потому что в результате появились соглашения, которые на поверку оказались абсолютно не верифицируемые объективно. И каждый раз, когда возникает следующий какой-то виток разговоров об Украине, с западной стороны звучат заявления о том, что мы не снимем санкции, пока не будут выполнены Минские соглашения.
Потому отталкиваться от них и основываться на них нельзя, просто исходя из практического опыта. Бесполезно в сотый раз делать одно и то же и ждать какого-то результата.
«СП»: — А Украине чего стоит ждать от предстоящих переговоров в Вашингтоне?
— Ну, какие-то личные дивиденды Климкин, конечно, попытается получить. Сделает, наверняка, много групповых фотографий с влиятельными конгрессменами и дипломатами американскими. Получит — понятно — заверения в том, что США поддерживают территориальную целостность Украины… и т. д. и т. п. Так, во всяком случае, постановил Конгресс, и, естественно, ни один политический деятель, ни один дипломат американский не может против этого идти.
Другую позицию мог бы заявить президент США Трамп, но для этого ему нужно сначала вступить в переговоры с Россией, чего он не сделал. А России для этого нужно сформулировать, что она из этой ситуации хочет получить, каково ее видения данной ситуации…
Так что, Украина, если что и получит, то исключительно моральный бонус, который, конечно, будет пиариться максимально. В смысле денег, ей останется только надеяться на европейские структуры, на МВФ — отчасти.
Потому что целевая помощь от США предусмотрена только в сторону сокращения. Там деньги нужны сейчас на другие нужды.
Но даже если и получит, допустим, Украина огромный финансовый бонус, для нее это ровным счетом ничего значить не будет. «Незалежная», как говорят наши западные партнеры — это «failed state», несостоявшееся государство, которое не контролирует свое правительство, не контролирует свою территорию, во многом не контролирует свои вооружённые формирования. Сколько в него денег не вкладывай, самому государству, и самое главное его народу, лучше не станет.
Свободная Пресса
Читайте также:
Шок в Киеве: Генштаб спешно строит 300-километровый рубеж и бросает Сумскую с Черниговской областями на произвол
Генштаб ВСУ официально бросил все силы на строительство 300-километровой сплошной линии обороны от Киевского водохранилища до Сум. Причина — российские войска уже глубоко вклинились в Сумскую область и угрожают ключевой трассе на Киев. Вместо удержания границы командование фактически сдаёт половину Сумщины и Черниговщины. Что это значит для фронта, жителей и дальнейшего хода войны — полный разбор
Магистраль возможностей: как технологии меняют правила железнодорожных поездок
29.04.2026 22:49
Железнодорожное путешествие — это уникальный опыт, сочетающий в себе эстетику меняющихся ландшафтов и строгий порядок транспортной логистики.
Шокирующий слив плана главкома: украинский генерал публично показал, как Киев готовится сдать Чернигов и север
29 апреля украинский генерал Василий Сиротенко публично показал карту новой сплошной линии обороны — и случайно раскрыл главное. За линией от Киевского водохранилища до Сум остались Чернигов, большая часть Черниговской области и половина Сумской. Киев готовится пожертвовать севером, чтобы прикрыть столицу. В тот же день Зеленский продлил мобилизацию, а российский разведдрон несколько часов
Расходные материалы для кондиционеров: от этого зависит ресурс всей климатической линии
29.04.2026 18:24
Расходные материалы для кондиционеров остаются той частью климатического проекта, которая определяет качество без внешнего эффекта.
Время — единственное оружие, которого нет у Запада с его триллионами. Отсчёт пошёл. Промедлим — и Россию возьмут в клещи (119 знаков)
28 апреля военный аналитик Валентин Филиппов прямо сказал то, о чём все думают: деньги Запада бесконечны, а вот время — нет. Россия может отобрать именно его у противника, если ударит по заводам, ТЦК и логистике быстрее, чем Европа успеет перенести производство и нарастить мобилизацию. Промедлим — и через год нас возьмут в настоящие тиски войны, откуда выхода уже не будет.