США достают старые папки: что делать европейцам при вторжении России

Тема вероятного военного конфликта между НАТО и Россией в странах Балтии постоянно присутствует на повестке дня зарубежных аналитиков и СМИ. Недавно на границе Польши и Литвы завершились очередные учения НАТО, в ходе которых отрабатывали сценарий действий в случае вторжения России в страны Балтии. На лето-осень запланирован еще целый ряд маневров Вооруженных сил альянса.

Россия вынуждена отвечать. Учения "Морское взаимодействие — 2017" пройдут с середины июля по середину сентября, в том числе на Балтике. В них, помимо ВМФ России, примет участие отряд кораблей ВМС Китая.

Балтийские повстанцы


Еще одни российские учения "Запад-2017", которые пройдут в сентябре, уже вызвали массу громких и местами истеричных заявлений.

Президент Эстонии Керсти Кальюлайд на днях заявила: "С августа по октябрь недалеко от нас пройдут регулярные крупные учения Вооруженных сил Российской Федерации "Запад". Мы должны быть вместе с союзниками в равной степени спокойными и настороженными. С большой вероятностью будет отрабатываться масштабная военная операция против НАТО, и, очевидно, мы увидим разные информационные атаки, цель которых — посеять путаницу и недоверие". Президент Литвы Даля Грибаускайте и вовсе в июне назвала главной угрозой для стран Балтии и Польши "существование России и Белоруссии на востоке".

Хотя в июне силы НАТО завершили обещанную ранее переброску четырех тысяч своих военнослужащих в страны Балтии и Польшу, особых иллюзий по поводу их военной мощи аналитики не питают.

Еще в феврале прошлого года военно-аналитическая корпорация RAND моделировала нападение России на страны Балтии (такие модели начали строить еще летом 2014 года) и пришла к выводу, что через 60 часов после начала активных действий российские войска были бы в Таллине, а при "негативном сценарии" — и вовсе через 36 часов. На основе результатов специалисты посчитали, что рациональнее прорабатывать варианты ведения партизанской войны против российских войск, нежели готовиться к лобовым столкновениям.

Осенью прошлого года газета The New York Times разразилась статьей "Напуганная Россией, крохотная Эстония готовит нацию повстанцев". Лига обороны Эстонии проводит время от времени учения для своих 25 с половиной тысяч членов и готовит их к партизанским боям, в том числе обучая изготовлению самодельных взрывных устройств (СВУ), которые нанесли немалый урон силам Коалиции в Ираке и Афганистане. Как пишет газета, эстонские солдаты, которые в составе сил Коалиции были в Афганистане, говорят, что они оценили эффективность СВУ и что "русские — тоже люди, и будут напуганы" их применением.

Бригадный генерал Меелис Киили, командующий Лиги обороны Эстонии, считал, что "партизанская деятельность должна начинаться на оккупированной территории сразу после вторжения", поэтому членам Лиги раздается оружие на хранение дома. Количество стволов на руках не афишируется, но их выдача ускорилась после начала конфликта на юго-востоке Украины. The New York Times отмечала, что подготовка Эстонии к войне против такого колосса, как Россия, выглядит "мультяшной", но эстонцы думают, что Ирак и Афганистан показали эффективность партизанских действий против могучей военной силы. А американский независимый журналист и эксперт по Ближнему Востоку Майкл Тоттен так вообще заявлял, что Эстония "готовится стать вторым Афганистаном" и страна обучает своих граждан "сражаться, как повстанцы Ирака и Афганистана".

В Литве тоже не отстают. В стране периодически печатают пособия по ведению партизанской войны и проводят учения Союза стрелков Литвы по действию в случае оккупации страны.
Партизаны швейцарских Альп

Но особенно отличился полковник Кевин Стрингер, глава управления стратегии, планирования и политики в европейском Командовании сил специальных операций США. Он предложил странам Балтии, Скандинавии и Силам специального назначения США тщательно изучать опыт Швейцарии времен холодной войны, когда в маленьком государстве был разработан детальный план действий в случае оккупации силами стран Варшавского договора.

В 60-х годах в Швейцарии была разработана концепция "Тотальной обороны" (которая пришла на замену концепции "Национальной обороны"). В рамках нового подхода в стране делали упор на "невосприимчивость" населения к зарубежной пропаганде, создании эффективной системы гражданской обороны, обязательном воинском призыве и максимально возможной экономической независимости. Подразумевалось, что в случае агрессии граждане Швейцарии выведут из строя все важные инфраструктурные объекты страны, поэтому агрессору не достанется ничего, кроме разрухи и мотивированного, хорошо вооруженного населения, ведущего партизанскую войну. В теории это все должно изначально показать бесперспективность идеи оккупации Швейцарии.

В докладе о политике безопасности Швейцарии от 1973 года прямо указывалось, что жители страны должны оказывать гражданское неповиновение "в рамках международных законов", а выжившим после разгрома военнослужащим регулярных подразделений необходимо начать подрывную деятельность. Швейцария делилась на 80 оперативных районов сопротивления. В стране создавалась сеть подполья, "спящие ячейки", вербовались сотрудники ядра будущего сопротивления. Считалось, что костяк структуры будут составлять 800 человек. К моменту отказа в 1990 году от подготовки к партизанской войне в Швейцарии были завербованы около 400 человек.

По мнению Стрингера, этот опыт вполне подойдет и для стран Балтии. Несмотря на то что Швейцария — горная страна, партизанская война, по плану, должна была разворачиваться на плато и городах, где находится вся инфраструктура и сконцентрировано население. Природные условия и мультиязычность делают опыт Швейцарии, по мнению полковника, подходящим и для планирования партизанской войны в Прибалтике.

Кевин Стрингер рекомендует этим странам четко прописать свою национальную доктрину партизанских действий и противодействия пропаганде врага, вербовать в ряды сопротивления гражданских лиц, что усложнит их выявление противником, быть готовыми в случае агрессии мобилизовать в Вооруженные силы большое число граждан и, наконец, исходя из современных условий ведения войн, сделать акцент на использовании Сил специального назначения.