Контрреволюция в Европе: как Польша устроила успешный бунт против ЕС

Проект под названием "европейская интеграция" изначально подразумевал, что интегрироваться будут примерно одинаковые страны — не столько в плане территории (тут сложно сравнить Францию и Люксембург), сколько в плане экономического уклада, правовой системы и ценностных ориентиров. И до сих пор, пока евроинтеграция соблюдала это правило, внутренних конфликтов особенно не возникало. Однако в начале нулевых принцип был нарушен присоединением географически европейских, но ментально далеких от Запада десятка восточноевропейских стран. И сейчас Европа пожинает плоды той ошибки, ведь именно неправильное поведение неправильных членов и стало причиной серьезнейшего кризиса внутри организации.

Польские правила

Взять к примеру Британию — страна не согласилась с политикой Евросоюза и цивилизованно подала на развод. Прекрасно понимая и принимая последствия этого шага (например, в виде жесткого Brexit, который ей гарантирует Европа). Конечно, в Лондоне хотели бы сохранить частичное членство, но в итоге согласились с позицией Еврокомиссии о том, что ЕС — это не шведский стол, где можно брать лишь те блюда, которые нравятся.


Однако у "новых европейцев", прежде всего Польши, иная позиция. Они категорически не согласны с углублением евроинтеграции (которая будет подразумевать сокращение национального суверенитета), а также с рядом позиций ЕС, например в вопросе беженцев. Поскольку у них нет инструментов для того, чтобы изменить эту политику, то, казалось бы, на повестке лишь два варианта — принять или валить. Однако поляки, как новые европейцы, не отягощенные западными ценностями и излишней ответственностью, выбрали третий вариант — делать что хотят, но при этом не выходить из состава ЕС и продолжать получать все блага организации.

Именно поэтому Варшава фактически подняла бунт, который некоторые уже прозвали "культурной контрреволюцией", поскольку Польша стала делать упор на проведение консервативной национально ориентированной политики в либеральной наднациональной организации. Поляки отказались принимать беженцев, приняли ряд законов по ужесточению контроля государства над СМИ (которые, по мнению некоторых активистов, чересчур уж либеральны).

Последним писком польской моды стали реформы судебной системы, в рамках которой правящая партия "Право и справедливость" по факту получает контроль и над судами. В частности, право через парламент назначать членов Верховного суда (сейчас этим занимаются сами 83 члена Верховного суда). Кроме того, министр Юстиции Збигнев Зёбро берет под контроль низовые судебные инстанции. По словам самого министра, правящая партия имеет право углублять контроль над судебной системой, поскольку "Польша является демократией, а не судократией".

Кнут-то виртуальный

Естественно, Евросоюз встал на дыбы. "Еврокомиссия намерена защищать верховенство закона во всех странах-членах, поскольку это фундаментальный принцип, на котором строился ЕС", — заявил президент Еврокомисии Жан-Клод Юнкер. По словам лидера Европейской народной партии в Европарламенте Манфреда Вебера, польское правительство "отказывается от соблюдения принципа верховенства закона и демократии в Польше, а также выходит из сообщества стран, придерживающихся европейских ценностей". Польше дали месяц на исправление и послушание, в ином случае (а также в случае если будет уволен хоть один судья) обещают наказать поляков.

В частности Юнкер, а также вице-президент Еврокомиссии Франс Тиммерманс очень прямо намекнули на седьмую статью Договора о Европейском союзе. Эта статья гласит, что "Европейский совет, постановляя единогласно по предложению одной трети государств-членов или Европейской комиссии и после одобрения Европейского парламента, может констатировать существование серьезного и устойчивого нарушения каким-либо государством-членом ценностей, указанных в статье второй". Поскольку во второй статье есть такие понятия, как "уважение… демократии, равенства, правового государства и соблюдения прав человека", то поляки эту статью нарушают.

В итоге, заслушав провинившуюся сторону, Совет "квалифицированным большинством может принять решение о приостановлении отдельных прав, вытекающих из применения Договоров к соответствующему государству-члену, в том числе права голоса представителя правительства этого государства-члена в Совете".

Однако тут есть очень серьезная загвоздка, и заключается она в слове "единогласно". Единогласия, по всей видимости, не будет, ибо поляки бунтуют не в одиночку. "Я четко заявляю, что Венгрия будет следовать своим национальным интересам ради своих национальных интересов, — заявил венгерский премьер Виктор Орбан. — Инквизиторская кампания против Польши не увенчается успехом, поскольку Венгрия использует все свои легальные возможности в Европейском союзе для того, чтобы продемонстрировать солидарность с поляками". Солидарность объясняется очень хорошим слухом Виктора Орбана — он осознает, что колокол звонит и по нем, что после того, как разберутся с поляками, придут и по его душу.

Президентское слово

В итоге единственной надеждой Евросоюза являются сами поляки, ведь вопреки заявлениям вице-премьера Матеуша Моравецкого о том, что более 80% жителей страны поддерживают реформы, гораздо более 20% (а по некоторым подсчетам, даже более половины) не согласны с демократией по "Праву и Справедливости". Множество людей вышли на улицы с требованием отменить поправки.

Неудивительно, что на их сторону уже встал главный поляк Европы — председатель Европейского совета Дональд Туск (бывший когда-то главным противников Качиньского в польской политике). По его словам, поправки "возвращают Польшу назад, как во времени, так и в пространстве, назад на Восток". Естественно, он поддержал протестующих. "Люди вышли на улицу из-за прекрасного беспокойства за Польшу, желания сделать ее лучше. Я призываю президента не игнорировать этих людей, поскольку в них есть лишь добро".

Казалось, президент все-таки услышал — Анджей Дуда (член правящей партии) наложил вето на два из трех законопроектов по реформе судебной системы. Правительство, конечно, недовольно, премьер называет решение президента "непонятным", однако здесь есть два очень важных "но". Первое — президент не против самих законопроектов, он лишь требует внести в них определенные правки. Например, назначать судей не простым большинством парламента, а 60 процентами голосов. Второе — шаг Дуды может объясняться не столько стремлением сделать приятное Европе, сколько желанием сделать неприятное своим политическим противникам внутри Польши. И прежде всего Збигневу Зёбро.

"Пан Зёбро — очень влиятельный политик, который с марта 2016 года объединяет посты министра юстиции и Генерального прокурора. Планируемая судебная реформа еще больше усиливает его позиции и помогает в реализации возможных президентских амбиций. Поэтому для Анджея Дуды он серьезный конкурент. Да и вообще, если нынешний президент хочет выйти из тени негласного правителя Польши — Ярослава Качиньского, то ему нужно начинать демонстрировать собственные силу и самостоятельность", — поясняет РИА Новости доцент Высшей школы экономики Дмитрий Офицеров-Бельский.

Некоторые политологи даже стали говорить, что Дуда наконец-то перестал плясать под дудку Качиньского. "Президент хотел разрушить имидж политического подчиненного и однозначно увеличил свои шансы на переизбрание в 2020 году", — заявил бывший министр обороны Польши Томаш Семоняк. Однако до 2020 года еще надо дожить, а здесь и сейчас против серого кардинала страны ему выступать все-таки рановато (по данным, полученным РИА Новости из ближайшего окружения Качиньского, последний крайне недоволен самостоятельной игрой Дуды и уже называет его предателем). Поэтому с большой долей вероятности можно предположить, что хотя бы часть судебной реформы пройдет через парламент и получит "автограф" президента. В добровольном или принудительном порядке.

РИА Новости