Европа может вылететь с Украиной в трубу

Президент Украины Петр Порошенко, покончив раз и навсегда, как он выразился, с «газовым шантажом России», намерен теперь вплотную заняться «революционными» преобразованиями в организации транзита российского газа в Европу. Об этом лидер «незалежной» объявил, выступая 7 сентября с ежегодным посланием в Верховной Раде.

С помощью Евросоюза Порошенко надеется добиться изменения схемы транзита голубого топлива, чтобы «российский газ европейцы покупали не на западной, а на восточной границе Украины».

То есть, чтобы «качественные транзитные услуги» Украина, как он подчеркнул, оказывала не России, а ЕС.


По прикидкам Петра Алексеевича, «революционная ситуация», которая будет способствовать реализации этих планов, наступит после 2019 года, когда контракт с «Газпромом» на транзит российского газа через Украину потеряет силу. И можно будет перезаключить его на более выгодных для Киева условиях.

Вопрос, насколько для стран ЕС выгодна реализация сценария, о котором мечтает Порошенко?

— Что-то подобное украинские власти периодически предлагают на протяжении, наверное, лет двадцати, — комментирует ситуацию гендиректор Института национальной энергетики Сергей Правосудов. — Но европейцы никогда на это не шли по одной простой причине: существуют долгосрочные контракты на поставку газа и там указаны пункты сдачи-приемки газа (т.е. где они его получают). И они все находятся на территории европейских стран — на границе с Австрией, на границе со Словакией и т. д.

Для них это удобно. В том плане, что они покупают его на месте — на границе — и, соответственно, распределяют между потребителями.

А перенос закупок на восточную границу автоматически перекладывает все транзитные риски с «Газпрома» на страны ЕС.

Сейчас, если Украина что-то несанкционированно начнет отбирать, это проблема «Газпрома». Получается, что «Газпром» не исполняет свои контракты — он обязан поставить газ на границу европейских стран.

Европейским странам совершенно не нужны эти дополнительные проблемы ради того, чтобы порадовать Петра Порошенко.

Он же, как известно, давно уже пытается продать украинскую газотранспортную систему (ГТС). Пытается привлечь внимание к этой компании. Но вот с 2014 года пока никто не заинтересовался.

«СП»: — Кстати, а после 2019 года Россия сможет отказаться от транзита через Украину? Или придется обсуждать новый контракт с «Нафтогазом»? Учитывая, что Чехия, например, высказывает большую заинтересованность в украинском транзите…

— Тут все как раз понятно. Чехия и Словакия — это страны, куда приходит труба из Украины. Естественно, что для них сокращение украинского транзита означает фактически автоматическое сокращение и их собственного. То есть, у них ГТС будет тоже меньше загружена

Ну, наверное, им это не очень нравится. С этим сложно спорить.

Но там можно придумать какие-то ходы. Например, часть газа из «Северного потока» приходит через территорию Германии в Чехию по газопроводу «Opal». Понятно, что не весь — часть уходит на Голландию.

Но, так или иначе, проблема Чехии и Словакии понятна. Они просто «продолжатели дела Украины» в данном плане, им бы хотелось сохранить свои транзитные объемы.

Что касается 2019 года, то даже руководство «Газпрома» заявляет о том, что сохранится потребность в транзите через Украину. Но где-то в размере 10−15 млрд. кубометров в год, как они говорят.

То есть, опять же, никто точно не знает, какой будет объем потребления российского газа в Европе.

«СП»: — В этом году объемы экспорта в Европу какие-то рекордные. Алексей Миллер, во всяком случае, сказал, что удастся выйти на уровень около 190 млрд. кубометров…


— Это в этом году. Что будет потом, точно сказать не сможет никто. Есть, конечно, планы, прикидки. Однако абсолютно точных данных по определению быть не может. Спрос достаточно сильно скачет на европейском рынке.

Это зависит как от цен на газ, так и от цен на уголь. И от дотаций возобновляемой энергетике. И от отсутствия добычи газа на территории ЕС. Очень много факторов здесь влияет.

Но все видят тот факт, что добыча газа в Европе сокращается. И будет неуклонно сокращаться и впредь. Соответственно, импорт они должны будут наращивать.

Если, конечно, не собираются сильно сократить потребление. Вдруг, решат, например, что выгодней на какие-то другие источники энергии переходить…

Много пока вопросов. Но, так или иначе, какой-то транзит через территорию Украины будет. И какой-то контракт заключать придется.

Другой вопрос, что Украина не покупает напрямую газ у «Газпрома».

«СП»: — Да, Порошенко с большим воодушевлением поведал в Раде, что в ноябре будет ровно два года, как Украина не покупает газ у «страны-агрессора». Но странная какая-то позиция, учитывая, что по реверсу они покупают тот же российский газ только дороже?

— В том-то и дело. И как можно с таким людьми заключать контракт? Они принципиально не покупают у вас газ, но готовы тот же самый газ покупать дороже у других людей. Очевидно, что придется вести переговоры с теми, другими людьми, у которых украинцы предпочитают покупать газ, потому что сами они в принципе, как мы понимаем, не самостоятельны в принятии решений.

Они очень сильно зависят и от европейских коллег, и от американских. Их активно кредитуют западные страны. Им они должны.

Поэтому придется вести переговоры с европейцами. С теми странами, которые после завершения строительства «Потоков», останутся как раз на украинской трубе.

Вот с ними придется провести переговоры, чтобы они как-то повлияли на Украину таким образом, чтобы транзит в отношении них, например, был нормальным. В этом заинтересованы все — и потребители, и поставщики. И даже Украина как транзитер, так или иначе, тоже заинтересована, чтобы какой-то транзит по ее территории все-таки шел.

Ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности, преподаватель Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков, в свою очередь, воспринял «революционную» идею Порошенко с иронией:

— Можно только порадоваться предложению Петра Алексеевича. Это очень хорошая идея для того, чтобы проблемы Украины как транзитера были не у нас, а у европейцев.

Но европейцы тоже люди неглупые и прекрасно понимают ситуацию. Переходить на новые контракты, где точка сдачи-приемки российского газа будет на восточной границе России и Украины, они не хотят. В контрактах прописано, что точка сдачи-приемки газа находится в Австрии — там, в Баумгартене, расположен Центрально-европейский газораспределительный центр — хаб. И там переходит право собственности.

Поэтому пока мы не доведем газ до Австрии, это все наши проблемы. Не поставим по контракту нужные объемы, то к нам будут судебные иски, требования неустойки… и т. д.

Именно с этим мы столкнулись в 2009 году, когда была последняя «газовая война» России и Украины. Тогда из-за поведения Киева отключили транзит через Украину, после чего иски предъявлялись потом именно России, а не Украине.

Нам просто сказали: «Есть контракт. Газ вы должны пригнать в Австрию. Будьте добры. Нет газа — давайте деньги».

Но, я думаю, «поезд уже ушел» для того, чтобы полностью поменять схему украинского транзита.

«СП»: — Почему все-таки эта идея возникает именно сейчас?

— Потому что Порошенко видит, что транзит уходит. Мало того, что Россия инициировала «Северный поток-2». Строится активно «Турецкий поток». И когда эти проекты будут реализованы, 55 млрд. кубометров (в год) уйдут на «Северный поток-2». И 31 млрд. кубов — на «Турецкий поток». В сумме это где-то 86−87 млрд. кубометров газа. А если загрузить еще первый «Северный поток» до конца, то это еще 10−15 млрд. кубов.

То есть, для Украины транзита в лучшем случае останется примерно 10−15 млрд. кубов. И то, если европейцы будут много газа покупать, как сейчас покупают, пока он дешев.

«СП»: — Зато украинский президент обещает «качественные транзитные услуги». Это же важно для европейских покупателей?

— Я думаю, интерес Украины в другом. Порошенко понимает, что денег на модернизацию украинской газотранспортной системы у него нет. Но если перенести точку сдачи-приемки на восточную границу, тогда за транзит будут отвечать европейцы. А значит, можно всегда сказать, «дайте нам денег, а мы вам дадим льготную транзитную ставку. Потому что сейчас надо починить трубу».

То есть, он понимает, что с России денег на это не взять, зато можно взять их у европейцев. А как их убедить? Конечно, надо их сначала сделать ответственными за транзит.

А там, около десяти миллиардов долларов надо на модернизацию трубы — не меньше. Это очень большие деньги. Украинские власти туда практически ничего не вложили за весь постсоветский период.

И предпринимать какие-то действия нужно срочно. Иначе Украина реально останется без транзита — и не из-за строительства российских газопроводов. А потому что не сможет прокачивать те же объемы, которые необходимо прокачивать в рамках российских контрактов с Европой.

«СП»: — Но «трубу» можно продать…

— Конечно, Украина с удовольствием продала бы свою газотранспортную систему целиком. Дело в том, что никто не берет. Вкладывать придется огромные деньги в модернизацию. А гарантия возврата этих денег будет только тогда, когда будет новый долгосрочный контракт на транзит газа.

Но «Газпром» уже предупредил: никакого транзита газа через Украину после 2019 года в больших объемах не будет. Максимум — 10−15 млрд. кубов — это примерно потребление Молдавии и Румынии. А все остальное в страны Европы, оно пойдет в обход.

То есть, нет смысла поддерживать мощности украинской ГТС, которая способна пока еще прокачать примерно до 100 млрд. кубов в год. Можно модернизировать, скажем, только одну из веток, которая будет идти, например, в Молдавию и Румынию. И все, этим ограничиться, чтобы транзитный потенциал Украины упал до 20 млрд. кубов — максимум.

Свободная Пресса