Почему Трамп бьется в истерике и грозит всему миру

Весь мир обсуждает выступление Трампа на Генассамблее ООН. Недоумевает по поводу его агрессии. Но поведение американского лидера объяснимо.

Когда-то Трампа рассматривали как такого кандидата в президенты, который, возможно, обратится к менее интервенционистской внешней политике. Сейчас от этой надежды нет и следа. Мятеж, который привел Трампа на вершину власти, был подавлен анти-повстанческой кампанией, проведенной американскими военными. Это — первая успешная операция такого рода в истории США. Военные уже установили контроль над процессами внутри Белого дома и сейчас устанавливают контроль над его политикой.

Они обучают Трампа глобализму и «незаменимой» роли военных в этом процессе. Трамп желаниям военных до сего момента оказывал недостаточную поддержку и, таким образом, подлежал переобучению: «Когда его брифинговали по проблематике дипломатических, военных и разведывательных гарнизонов, новый президент зачастую выражал сомнение в необходимости выделения всех запрашиваемых ресурсов. Министр обороны Джим Мэттис и госсекретарь Рекс Тиллерсон 20 июля организовали встречу для презентации доказательств необходимости поддержания дальних гарнизонов. В презентации были использованы схемы и карты в таком виде, чтобы бизнесмен, ставший политиком, мог получить необходимое представление».


Трампа затащили в специальный «танк» в подвале Пентагона, его индоктринировали те самые блистательные генералы, которыми он восхищался, когда был еще ребенком: «Встреча, по сути, была введением в курс под названием „Американская мощь“, а студентом был человек, который дергает за рычаги. Она была частью длящегося обучения президента, который прибыл в Белый дом без какого бы то ни было опыта в военной или государственной сферах и который привел с собой советников, глубоко скептически относящихся к тому, что называется „глобалистским“ мировоззрением. Используя скоординированные усилия и тихие разговоры, некоторые из помощников Трампа работали месяцами, чтобы противостоять этим взглядам в надежде на то, что президента можно будет убедить поддерживать — если не расширять — американское присутствие и влияние за рубежом».

Трампу продали те политические подходы, которые он изначально презирал и отвергал. Никаких альтернативных взглядов ему не представляли.

Невозможно оспорить факт того, что в Вашингтоне сейчас правят генералы. Они шли к власти десятилетиями, формируя культуру, выступая спонсорами Голливуда, манипулируя средствами массовой информации через «встроенные» сообщения, репортажи, формируя и поддерживая инфраструктуру страны силами и средствами Инженерно-саперного корпуса сухопутных сил США. Военные контролируют информационные потоки Интернета через Агентство национальной безопасности благодаря покупательной способности агентства. До последнего времени военный истеблишмент правил исключительно из-за кулис. В отличие от них на виду всегда оставались другие части треугольника — руководство корпораций и политический истеблишмент. В силу этого этим двум компонентам истеблишмента придавалось большее значение. Но во время избирательной кампании 2016 года военные сделали ставку на Трампа, а после того, как он неожиданно победил, они собирают свою дань.

Успех Трампа как «Кандидат не-Хиллари» базировался на мятеже против истеблишмента. Участники этого мятежа — Флинн, Бэннон и его MAGA-избиратели* - вели его в течение первых месяцев нахождения в должности. Для противодействия им была запущена интенсивная пропагандистская кампания в СМИ, и контроль над Белым домом был захвачен военными. Мятежники, восставшие против истеблишмента, были уволены. Сейчас Трамп урезан до публичного подставного лица стратократии**- военной хунты, которая номинально соблюдает верховенство закона.

Стивен Кинзер определяет это как «американский военный заговор в замедленном изображении»: «Высшая власть по формулированию внешнюю политику и политику в сфере безопасности США перешла в руки троих военных […] Быть управляемым генералами кому-то кажется более привлекательным, чем иная альтернатива? Ничего подобного. [Это] ведет к искажению шкалы национальных приоритетов, при этом военным „нуждам“ всегда присваивается более высокий рейтинг, чем внутренним. Неудивительно поэтому, что Трампа втянули во внешнеполитический мейнстрим — то же самое произошло и с президентом Обамой в самом начале его срока. Более зловещим является то, что Трамп передал значительную часть своей власти генералам. И хуже всего то, что многие американцы находят это обстоятельство обнадеживающим. Им так отвратительны коррумпированность и близорукость нашего политического класса, что в качестве альтернативы они обращаются к солдатам. Это очень опасное искушение».

Страна впала в это искушение даже в социально-экономических вопросах: «После Шарлотсвилля, когда в результате расового насилия, погиб человек, пятерых членов Объединенного комитета начальников штабов стали превозносить в качестве моральных авторитетов за то, что они осудили ненависть в менее двусмысленных терминах, чем это сделал верховный главнокомандующий. … В социальной политике военные руководители были голосам умеренности».

Эта хунта больше, чем трое известных руководителей: «Келли, Мэттис и Макмастер не просто военные деятели, служащие на разных уровнях администрации Трампа. Директор ЦРУ Майк Помпео, генеральный прокурор Джефф Сешнс, министр энергетики Рик Перри и министр внутренних дел*** Райан Зинке — все служили в разных видах вооруженных сил. А недавно Трамп выбрал бывшего армейского генерала Марка Инча в качестве руководителя Федерального бюро тюрем. …В Совет национальной безопасности [.] входят двое генералов».

Это уже больше не тот государственный переворот, который вот-вот произойдет. Это тот государственный переворот, который уже произошел, но который немногие заметили. И еще у меньшего числа людей это вызвало озабоченность. Все, что имеет хоть какое-то значение, сейчас проходит через руки хунты: «[Шеф аппарата Белого дома] Келли запустил такой новый процесс формирования политической линии, при котором только он и один его помощник […] будут просматривать все документы, которые ложатся на стол президента. Новая система [.] создана для того, чтобы гарантировать, что президент не увидит никаких внешне- и внутриполитических материалов, докладов ведомств и даже сообщений новостных организаций, которые не будут ими проверены и утверждены».

Чтобы контролировать Трампа, хунта фильтрует всю информацию, которая к нему поступает, и устраняет любые потенциально альтернативные взгляды: «Тот персонал, который выступает против [установленной линии], больше не имеет прямого доступа к Трампу. Келли сейчас реально контролирует наиболее важный вход в Овальный кабинет — поток людей и документов, содержащих рекомендации. Для человека, настолько одержимого собственным образом, это имеет громаднейшее значение».

Мятеж Трампа против истеблишмента был ознаменован, главным образом, неформальным процессом информационного обмена и принятия решений. Этот процесс разрушили: «Будучи обеспокоенными, что Трамп прекратит существующие финансирование и политику, направленные, главным образом, на приоритеты „холодной войны“, высшие военные руководители, управляющие администрацией Трампа, ввели анти-повстанческие меры против этого мятежа. …Генерал Келли, шеф аппарата Трампа, посадил Трампа на информационную диету, состоящую исключительно из сведений истеблишмента. …Короче говоря, контролируя информационные потоки Трампа, в том числе с социальными сетями, генералы удушили мятеж петлей НОРД (наблюдай, ориентируйся, решай, действуй). Лишившись этих связей, Трамп сейчас всего лишь некоторое ухудшение погоды, которое служит нуждам истеблишмента…»

Члены хунты диктуют свою политику Трампу, не только предлагая ему определенные альтернативы. А та альтернатива, что наиболее предпочтительна для них, будет представлена как единственная и наиболее желанная. «Никаких альтернатив нет.» — так будет говорено Трампу раз за разом.

Таким образом, мы получили продолжение провальной политики в Афганстане, а скоро получим еще и агрессивную военную политику в отношении Ирана.

Другие страны заметили то, как изменились правила игры. Реальные решения принимаются генералами. Трампа игнорируют как простое подставное лицо: «Когда его спросили относительно предсказаний войны [против Северной Кореи], [бывший министр обороны Японии Сатоси] Моримото сказал: «Я думаю, что Вашингтон еще не определился… Окончательное решение принимает [министр обороны США] г-н Мэттис … Не президент».

Климатические изменения, локальные катастрофы и инфраструктурные проблемы, которые они порождают для США, только расширят роль военных в формировании внутренней политики США.

Националистическая индоктринация, уже достигшая в американском обществе невиданных высот, будет только нарастать. Контроль военных распространится на все те сферы, которые когда-то были исключительно гражданскими политическими областями. Посмотрите, хотя бы, на милитаризацию полиции.

Это — единственный способ сохранить империю.

Сомнительно, чтобы Трамп был в состоянии сопротивляться той политике, которая ему навязана. Любая вспышка сопротивления будет смята. Внешний мятеж, который дал ему возможность избраться, остался без подставного лица. Вероятнее всего, эти силы будут рассеяны. Система победила.

Copyright © Moon of Alabama, 2016.

Публикуется с разрешения издателя.

Об авторе: Billmon — псевдоним американского блогера, размещающего свои комментарии по широкому кругу политических и экономических проблем в своем блоге"Moon of Alabama" (Луна Алабамы). Блог озаглавлен по названию одноименной песни Б. Брехта, написанной в соавторстве с Э. Хауптманн и композитором К. Вайлем для оперы в 3-х частях «Подъём и упадок города Махагони». Вошедшая в оперу композиция «Alabama Song» («Moon of Alabama») впоследствии была перепета многочисленными исполнителями, включая Уте Лемпер, Дэвида Боуи и The Doors.

Перевод Сергея Духанова

* MAGA — аббревиатура предвыборного лозунга Трампа «Make America Great Again» (Сделаем Америку снова великой).

** Стратократия (от греч. στρατός, «армия», «войско» и κράτος, «господство», «власть») является одной из форм правительства во главе с военачальниками. Термин происходит от греческих слов, означающих армию и власть. Это не то же самое, что и военная диктатура, где политическая власть военных основана на принуждении или даже поддерживается законами. Напротив, стратократия — это форма военного правительства, в котором государство и армия традиционно есть одно и то же, и в котором государственные посты обычно занимают военачальники. Политическая власть военных поддерживается законом и обществом.

*** Министерство внутренних дел ведает геологической службой, национальными парками и т. д.

Свободная Пресса