Американский «договорняк»: Ваше небо станет нашим

Как мы уже сообщали, США собираются ограничить наблюдательные полеты военной авиации России над американской территорией, проводимые в рамках Договора по открытому небу. Такие меры Вашингтон, по информации The Wall Street Journal (WSJ), планирует принять в ответ на «очевидное несоблюдение» Россией соглашения. При этом в Госдепартаменте США подчеркнули, что запрет может быть снят «в любое время», если Россия вернется к выполнению своих обязательств.

В МИД России обвинения в нарушении Договора по открытому небу отвергли, добавив, что рассмотрят ответные меры, если США ограничат полеты над своей территорией. Замглавы ведомства Сергей Рябков также заявил, что у России «есть целый ряд встречных претензий к США по ряду аспектов выполнения этого договора».

Некоторые эксперты отметили, что претензии американской стороны сводятся к тому, что США просили вторично открыть небо для просмотра позиций, хотя Договор обговаривает определенный временный промежуток между инспекциями. По словам американиста, член-корреспондента Российской академии военных наук Сергея Судакова, США утверждают, что якобы обнаружили во время предыдущего полета вооружение запрещенной средней и малой дальности, и таким образом они пытаются «подвести ситуацию под то, что Россия является виновницей нарушения и Договора о ракетах средней и малой дальности».


Напомним, что Договор по открытому небу был подписан в 1992 году. Россия ратифицировала его в 2001 году. В нем участвуют 34 государства. Наблюдательные полеты совершаются над Россией, США, Канадой и странами Европы. Договор закрепляет за каждым участником определенное количество квот: у США и группы в составе России и Белоруссии — по 42 полета в год; у Германии, Канады, Франции, Великобритании, Италии, Турции и Украины — по 12 полетов. Самая малая квота — 2 полета, у Португалии. Для проведения наблюдательных полетов Россия использует специально оборудованные самолеты Ту-214ОН, Ан-30 и Ту-154М-Лк-1, а США — Boeing OC-135B Open Skies.

В 2016 году Москва заявила, что Россия первой из 34 участников Договора при выполнении наблюдательных полетов сможет использовать цифровые видеокамеры — сертификация этого оборудования отечественного производства, установленного на самолетах Ту-154М Лк-1 и Ан-З0Б, полностью завершена. После этого Запад начал активно раскручивать тезис о том, что Россия с более совершенной камерой сможет получать дополнительную информацию.

— К сожалению, при обсуждении проблем с ДРСМД или при возникновении разногласий относительно порядка выполнения Договора по открытому небу похоже, инициируется сознательная утечка информации в прессу, — считает бывший руководитель Информационно-аналитического центра Минобороны России, заместитель директора Института США и Канады РАН генерал-майор в отставке Павел Золотарев — Это плохо само по себе, так как раскручивание тезисов пропагандой обеих стран наносит реальный ущерб их взаимопониманию. Но почему это происходит? Возможно, как раз из-за того, что на определенном этапе были прерваны контакты военных ведомств двух стран. Думаю, что сейчас надо говорить о возобновлении в целом если не военного сотрудничества, то координации РФ и США и о восстановлении в полном объеме контактов между структурами ведомств, которые наблюдают за выполнением Договора и т. д. И тогда в прессе перестанет появляться информация, которая порождает дополнительные подозрения друг к другу и разные конспирологические версии.

Кстати, Россия относительно недавно осуществляла полет над территорией США, причем самолет пролетел над Белым домом, комплексом зданий Конгресса США, штаб-квартирой ЦРУ и Пентагоном, что вызвало определенную реакцию у американской стороны. Поэтому ответные меры применительно к этому Договору, скорее всего, могут быть связаны с ограничением полетов над определенными районами, и не более того. В целом, я думаю, что стороны не будут выходить из Договора, так как все понимают его важность.

Заместитель руководителя Таврического информационного аналитического центра РИСИ Сергей Ермаков полагает, что американцы в рамках сложившихся двусторонних отношений пытаются если не заблокировать сотрудничество с Россией в военной сфере, то сделать так, чтобы эти связи сильно осложнились.

— С другой стороны, поскольку в США еще не готовы концептуальные документы, которые должны определять американскую политику в среднесрочной перспективе (например, «Обзор ядерной политики» (Nuclear Posture Review), который по указанию Дональда Трампа должен быть составлен к концу 2017 года), то не ясно, куда пока двигаться. Поэтому в ведомствах появляются разные точки зрения. Общее в них то, что непременно должно быть заявлено и достигнуто превосходство американцев в военной силе (как будто они его теряли).

Ситуация с Договором по открытому небу действительно увязана с ДРСМД, в нарушении которого сейчас Москва и Вашингтон обвиняют друг друга. Понятно, что соглашения абсолютно разные, но подход и проблемы здесь одинаковые. А так Договор по открытому небу в первую очередь важен с точки зрения установления и поддержания мер доверия, транспарентности.

Американцы сами же заявляют о том, что им эти меры чрезвычайно важны и нужны, и под это дело они пытаются обвинить Россию в том, что она что-то нарушает и кого-то не пускает летать над всей Калининградской областью. На деле Соединенные Штаты фактически создают «поле», в том числе и в экспертной среде, где можно оказывать на Москву дополнительное давление — чтобы она пошла на расширение или углубление мер транспарентности, а проще говоря — раскрывала и предоставляла больше информации о своей военной активности. Почему статья в WSJ появилась только сейчас? Потому что американцы пытаются надавить на то, что они будут закрывать территории, тем самым хотят заставить нас пересмотреть положения ключевых договоров.

«СП»: — В статье отмечается, что США прорабатывают ответные меры. Какие они могут быть?

— Думаю, могут касаться только непосредственно Договора по открытому небу — закрытие заведомо интересующих нас зон для наблюдения за военной активностью, то есть воздушного пространства над Аляской и Гавайями.

«СП»: — При современных средствах слежения из космоса активность можно разглядеть и без полетов самолетов в рамках Договора…

— Да, Договор позволяет убедиться, что нет широкомасштабной военной активности в том или ином регионе, и тем самым снять лишнюю обеспокоенность в конкретном диалоге. Авиация, которая используется для полетов по Договору, и оборудование самолетов должны быть сертифицировано с тем, чтобы мероприятия по исполнению положений Договора не приводили к нарушениям и ведению уже разведывательной деятельности. То есть характеристики аппаратуры специально загрубляются, чтобы «мелкие детали» с воздуха не были видны. В то же время вместе с экипажем той или иной страны обязательно присутствуют офицеры ВС государства, над которой совершаются полеты — они также следят за соблюдением положений Договора.

То есть этот Договор предусматривает механизм поддержания и повышения доверия. Впрочем, как и Венский документ 2011 года о мерах укрепления доверия и безопасности. В соответствии с ним государства-участники ежегодно обмениваются информацией о военных силах и основных системах вооружений и техники, о планировании в области обороны и военных бюджетах. Также они проводят инспекции указанных районов, посещают воинские формирования для оценки предоставляемой о них информации. Венский документ и Договор по открытому небу были разработаны в единой системе, где все компоненты поддерживали друг друга. Но это не те проверки и ограничения, которые были предусмотрены Договором об обычных вооружённых силах в Европе (ДОВСЕ) 1990 года, на выполнение которого Россия в 2007 году ввела односторонний мораторий в связи с действиями США в Европе и который предусматривал ограничения на количество обычных вооружений и боевой техники.