Пришло время отказаться от понятия «афганская авантюра»
![](/uploads/posts/2015-02/1424170262_3a69ff9.jpg)
![](/uploads/telegram/telegram_.gif)
![](/_pu/383/16637550.jpg)
На встрече с ветеранами в воскресенье президент в основном говорил о том, что «мы должны и всегда будем помнить о тех людях, которые с честью защищали интересы нашей Родины в современной истории», благодарил афганцев за патриотическую работу с молодежью - но главные слова были им сказаны в самом начале встречи. Оговорившись, что он не хотел бы сейчас давать политических оценок, и отметив, что афганцы «действовали исходя из необходимости исполнять воинский приказ – и делали это с честью», Путин сказал, что ввод войск был вызван реальными угрозами:
«Сейчас, когда годы проходят и когда становятся известными всё больше фактов, мы понимаем лучше и лучше, что послужило тогда поводом и причиной для ввода советских войск в Афганистан. Конечно, ошибок было очень много, но были и реальные угрозы, которые в то время советское руководство пыталось купировать вводом войск в Афганистан».
Важность этого признания трудно переоценить - и не только для самих ветеранов афганской войны, но и для всей нашей страны. После того, как в декабре 1989-го, спустя десять месяцев после вывода войск, на Съезде народных депутатов СССР было принято постановление, в котором говорилось, что решение о вводе войск «заслуживает политического и морального осуждения», афганская война стала осуждаемой - сначала как ошибочная, а потом уже и как преступная (пусть и не на официальном уровне, но на либерально-пропагандистском). Официальные власти старались не давать оценок войне - ограничиваясь признанием мужества самих ветеранов-афганцев.
Даже четыре года назад, в интервью Си-Эн-Эн Путин, отвечая на вопрос Ларри Кинга о том, не был Афганистан для СССР тем же, что и Вьетнам для США, хотя и отверг само сопоставление (напомнив, в частности, что советская армия вышла организовано и спокойно, а режим в Кабуле продержался еще три года - в отличие от американцев, которые бежали из Сайгона вместе с местным правительством), все же заявил, что «Советским Союзом там было сделано много ошибок, и самая главная ошибка заключалась в том, что там оказались советские войска. Нельзя было этого делать. Это очевидный факт».
И вот сейчас, впервые за постсоветский период власть признает, что афганская война не была авантюрой или «безумием старцев из Политбюро». А ведь именно такой ее образ начали создавать в последние годы перестройки, продолжали в 90-е, да и до сих пор самые разные силы работают на закрепление в массовом сознании образа «советского Вьетнама».
Красная империя рвалась к Персидскому заливу и Индийскому океану, экспортировала социалистическую революцию, оккупировала соседнюю страну, напала на мусульман, но надорвалась, обломала зубы и в итоге афганская авантюра стала одной из главных причин гибели СССР - примерно так выглядит короткое резюме афганского вопроса в кратком курсе истории России от наших либералов. Нет ничего более далекого от правды - и во имя собственного будущего нам нужно раз и навсегда определится с «афганской историей». Как для честного разговора о собственной стране и ее интересах, так и для ближайшего будущего, в котором наши отношения с Афганистаном будут играть важную роль.
У афганской войны есть важнейшее трагическое внутреннее измерение - то, что в СССР о ней мало говорили в то время, когда она шла. Не замалчивали - но выдавали информацию очень дозировано, стараясь не афишировать потери, скупо рассказывая о героях. В этом не было осознанного желания во что бы то ни стало скрыть правду именно о происходящем в Афганистане. Просто весь позднесоветский стиль власти подразумевал жесткое соблюдение гостайны, а все, что касалось боевых действий, было совершенно секретным. И главное - власть не хотела пугать народ самим словом «война» - ведь поколение Брежнева-Устинова-Громыко прошло через страшную Отечественную, и не собиралось втягивать СССР ни в какую войну, ограниченную или не очень. Честно сказать людям - «мы воюем, потому что возникла угроза нашей национальной безопасности», они просто не могли.
Не из-за страха - а все из-за того же желания сохранить спокойствие советского народа, его уверенность в своей стране и мирном небе, которая была важна для Брежнева не из соображений пиара или стабильности власти, а как жизненно необходимое условие для развития страны. Кризис коммунистической идеологии, и особенно пропаганды, к концу 70-х достиг серьезнейшего уровня - и власть не нашла тех слов, которые были необходимы для честного, искреннего разговора с обществом об Афганистане. Отсюда и «интернациональный долг», взявшийся буквально из 30-х. Но уже далеко не все даже понимали, о чем идет речь, а уж столичная фрондирующая антикоммунизмом интеллигенция и вовсе издевалась над этим понятием.
Впрочем, эта интеллигенция, которая во второй половине 80-х станет мотором перестройки и снесет в итоге государство, смеялась и над тем, что открытым текстом говорили сначала политруки, а потом и в более мягкой форме советские СМИ - мы вошли в Афганистан потому, что если бы не мы, то потом там бы оказались американцы. Эта простая формула, тем не менее, лучше всего отражает то, что происходило в Афганистане - и большая ошибка советской власти была в том, что официальная пропаганда тогда не могла говорить простым и ясным языком геополитики. Но это - внутренние ошибки, а как же с самим вводом войск? Нужен он был или нет?
Втягивание СССР в афганскую войну было предопределено - как обстановкой в Афганистане, так и общей геополитической ситуацией того времени. Ни ЦК, ни КГБ, ни Минобороны - никто не хотел никакого «похода на юг». Поэтому доктрина Картера, которая резюмировала все установки Запада по афганской войне - о том, что СССР рвется к югу, к нефтеносному Персидскому заливу и Индийскому океану - не имеет никакого отношения к реальным планам Москвы. Понятно, почему США обвиняли нас в этом - мало того, что они и сами верили в советскую угрозу, так еще им нужно было и демонизировать СССР в ходе сражений «холодной войны». Непонятно, почему и сейчас, когда уже можно спокойно и объективно оценить происходившее, мы должны выслушивать подобные обвинения.
1979 год и Афганистан - и само время, и само место предопредели то, что произошло.
Афганистан не просто наш сосед - эта страна, расположенная в одном из самых сложных геополитических узлов мира, в болевой точке Евразии. В 19 веке здесь шла «большая игра» России и Великобритании - Лондон стремился расширить или хотя бы обезопасить свои индийские владения. Чего боялась Англия? Расширение Российской империи логично привело к тому, что большая часть Центральной Азии оказалась уже не просто в зоне влияния, но и в составе России. Средняя Азия сделала нас соседями не только Синьцзяна и Тибета (то есть Китая, который тогда был ослаблен), но и Британской Индии - и в Лондоне решили, что Россия угрожает ее главной колонии. Но подчинить Афганистан англичане так и не сумели - и в 1919 году были вынуждены признать его независимость.
Принципиальное отличие Афганистана от всех других соседей СССР состояло в том, что в нем проживают те же народы, что и в советской Средней Азии - таджики, узбеки, туркмены (формально похожая ситуации была и с Ираном - но все же местные азербайджанцы и азербайджанцы советские сильно различаются, к тому же в Иране их больше, чем в СССР). То есть все, что происходило по ту сторону Пянджа в любом случае вызывало резонанс по эту сторону границы.
Но никакого стремления присоединить Афганистан к СССР у Москвы не было. Нас устраивали нормальные дружеские отношения, ну и, конечно, было важно, чтобы Кабул не вступал во всякие враждебные нам альянсы. Да афганцы и не стремились к этому - король Захир Шах правил долго и казалось что более-менее счастливо. Верхушка патриархального афганского общества, конечно, постепенно модернизировалось - аристократия обучалась на Западе, военных, врачей и инженеров готовили в СССР, Москва же давала кредиты и помогала создавать хоть какую-то промышленность.
Но к началу 70-х противоречия в афганском обществе обострились - как и в соседнем Иране, модернизация вызвала протест у сторонников шариата. А с другой стороны, левые и прогрессисты требовали больших реформ - и в итоге в 1973 году к власти пришел бывший премьер и двоюродный брат короля Мохаммед Дауд. Он опирался не только на часть аристократии, но и на военных и левых (а это зачастую были одни и те же люди). Монархию ликвидировали, стали говорить о земельной реформе, модернизации всей жизни и экономики - что вызвало попытки заговоров исламистов, подавленные властью.
Лидеры исламистов бежали в Пакистан - страну, в которой, как и в СССР, жили те же народы, что и в Афганистане. Только в этом случае это были пуштуны и белуджи - их разделила проведенная при заключении в 1919 году мирного договора с Англией «линия Дюрана». Кабул никогда не признавал ее законность - и после образования в 1947 году независимого Пакистана отношения двух стран были постоянно напряжены.
Пуштуны правили Афганистаном и считали себя разделенным народом - а Пакистан искусственным образованием (с чем сложно спорить). Пока племена кочевали через достаточно условную границу - большой проблемы не было. Но когда обиженные Кабулом в середине 70-х исламисты укрылись в Пакистане, раскол среди пуштунов начал принимать уже совсем другой характер. Исламисты намеревались бороться с неверной властью - а уж когда в Кабуле к власти пришли уже коммунисты, их намерения стали и вовсе непреклонными.
При этом СССР не приводил к власти афганских коммунистов - они сами устроили революцию в апреле 1978 года. Дауд всем надоел и его свергли те же самые офицеры, что помогли ему взять власть за пять лет до этого. Москва узнала о перевороте фактически уже после того, как он произошел - и теперь нужно было исходить из новой реальности.
А она имела тенденцию усложняться и дальше - мало того, что Народно-демократическая партия Афганистана фактически состояла из двух организаций, «Хальк» и «Парчам», так еще и отношения их лидеров были вовсе не дружескими. Движущей силой афганской революции были молодые офицеры - они были марксистами и хотели быстрых реформ. Но в итоге афганская революция пошла по пути борьбы за власть. С одной стороны, обострялись отношения с исламистами, буржуазией и духовенством, а с другой шел раздрай в руководстве.
В сентябре 1979-го года президент Тараки был свергнут и убит своим заместителем Хафизулой Амином. Афганистан, сложный по национальному укладу и переживавший период модернизации, не выдержал - и стал скатываться к гражданской войне. Но возможно он и удержался бы от нее - если бы США не решили воспользоваться ситуацией для удара по Советскому Союзу.
Надо напомнить, что происходило в это время в мире. 1979 год начался для США с потери одного из ключевых союзников в регионе, Ирана. Антишахская революция стала и антиамериканской - захват посольства в Тегеране показал, что империя никак не может наказать своего обидчика. СССР же, напротив, расширял свое влияние во всем мире - за год до этого сандинисты взяли власть в Никарагуа, в 1979-м на Гренаде победили левые, в Анголе и Мозамбике с кубинской и советской помоью укреплялись марксистские режимы. Штаты не знали, как остановить советскую экспансию - хотя в реальности СССР усиливался за счет того, что поддерживал антиимпериалистические, антизападные силы.
Афганистан стал хорошим поводом для того, чтобы попробовать создать СССР проблемы. Исламисты и просто недовольные новыми кабульскими властями пуштуны в Пакистане, да и в самом Афганистане стали той силой, с помощью которой можно было тревожить Кабул. Кабул, участие в делах которого СССР с каждым месяцем становилось все более активным - власти требовали и получали наших специалистов и военных советников. 3 июля 1979 года Вашингтон принимает первую директиву о тайной помощи афганской оппозиции - ее существование тогдашний советник президента Картера Бжезинский признает спустя много лет:
«В тот же день я написал докладную записку для президента, в которой я ему объяснил, что, по моему мнению, эта помощь повлечет за собой советское военное вмешательство. Мы не толкали русских вмешиваться, но мы намеренно увеличили вероятность, что они это сделают».
Когда в сентябре Амин стал афганским лидером, в СССР были встревожены. Как из-за того, что он убил Тараки (который незадолго до того вернулся из Москвы с переговоров с Брежневым), так и вследствие мутных историй в его биографии, дававших повод задуматься о том, не связан ли он с западными разведками. А уж когда пришла информация о встрече Амина с неофициальными американскими представителями, советское руководство стало всерьез волноваться.
Амин не был агентом ЦРУ - но он сделал все для того, чтобы к этим подозрениям относились более чем серьезно. Тем более на фоне того, что в Москве видели, как ситуация в Афганистане все более выходит из под контроля центральной власти, а в Пакистане активизировались американцы. Исламисты стали инструментом сначала в руках пакистанской, а потом и американской разведки. И учитывая, что в Афганистане был убит уже второй за полтора года лидер, а в провинциях стали происходить мятежи, в Москве просто не могли недооценивать серъезность афганской проблемы.
При этом сама политика Амина - а он был, по сути, левым коммунистом, сторонником ускоренных реформ, то есть по сути антиисламских - приводила ко все большему возмущению в крестьянском обществе. Видя это, Амин просил о все большей советской помощи - о вводе войск.
Политбюро долго не хотело вводить войска - но дестабилизация ситуации на южных границе СССР принимала все более угрожающий характер. Не мы заварили эту кашу - но отказаться от поддержки афганских коммунистов Москва уже не могла. Не из-за идеологических соображений - а потому, что начавшаяся гражданская война грозила не просто погрузить соседнюю страну в хаос, но и тем, что в итоге у власти окажутся враждебные СССР силы. Будут ли это просто исламисты или исламисты, сотрудничающие с США - ни один из этих вариантов не казался приемлемым для Москвы.
Да и не был им - поэтому 27 декабря дворец Амина был взят штурмом, а сам президент убит. В Афганистан - по абсолютно законной, кстати, просьбе власти, что свергнутой, что новой, во главе с Бабраком Кармалем - был введен «ограниченный контингент советских войск». Целью была не оккупация, а помощь власти в стабилизации ситуации. Но постепенно гражданская война разрасталась, советская армия все больше втягивалась в боевые действия, а внешняя помощь моджахедам становилась все серьезней. Фактически против кабульской власти и советских войск сложилась коалиция, в составе которой в «джихаде» участвовали американское оружие, разведка и пропаганда, саудовские деньги и добровольцы со всего исламского мира. Афганские таджики и пуштуны, узбеки и хазарейцы воевали между собой и до прихода советских войск - но с их появлением США сделали все для того, чтобы афганская война длилась как можно дольше и стоила СССР как можно больше жизней.
За восемь лет через советский «ограниченный контингент» прошло более 600 тысяч войнов, 15 тысяч погибли, американцы истратили несколько миллиардов долларов на помощь моджахедам - но никто не победил в этой войне. СССР ушел из Афганистана в феврале 1989 - а власть сменившего Кармаля Наджибуллы пала лишь через три года: когда руководство новой, «независимой» России перестало помогать союзнику, посчитав, видимо, что раз мы так удачно избавились от своей Средней Азии, то уж теперь для нас Афганистан и вовсе на другой планете находится.
Но разве сегодня Афганистан перестал быть нашей проблемой? Афганские наркотики, ставшие одной из важнейших угроз здоровью нашей нации - и «странным» образом расцветшие именно после американского вторжения в Афганистан. Американские войска, уже тринадцать лет присутствующие в Афганистане - и вовсе не намеренные его покидать. Продолжающаяся в Афганистане гражданская война, совмещенная с войной против оккупантов - которая легко может выплеснуться за его пределы, угрожая безопасности наших союзников в Центральной Азии.
Конечно, все это и в страшном сне не могло присниться Брежневу, Устинову, Громыко и Андропову, когда они мучились, принимая тяжелейшее решение о вводе войск в Афганистан. Но уж точно не на них лежит ответственность за то, что происходит сегодня - они отвечали на вызовы своего времени. А мы сейчас отвечаем на вызовы наших дней - образовавшиеся в том числе и потому, что в свое время мы поверили в то, что в нашей истории была «афганская авантюра», переживая «преступления» которой, мы и не заметили, как развалили СССР.
Читайте также:
Когда уровень эскалации будет близок к ограниченному ядерному конфликту
07.09.2024 10:06
Запад готов к эскалации конфликта в сторону применения ядерного оружия.
"Жалкие крохи у нас и полноценный корпус офицеров у них": Полковник Баранец сравнил подготовку двух армий
Государство пока не в состоянии в полной мере обеспечить русскую армию достаточным количеством квалифицированных спецов. Ошибки, которые сегодня имеют место, в будущем могут стать фатальными. Об этом заявил известный военкор Сладков. И на эту тему, а также об усталости на фронте рассказал полковник Баранец.
Срочники запели "Катюшу", чтобы перебить "Ще не вмерла": Военкор сообщил о подвиге русских парней
Военный корреспондент сообщил о подвиге русских парней, захваченных в плен. Каждое утро они запевали "Катюшу", чтобы перебить "Ще не вмерла".
Второй этап Курского вторжения: Авантюра Зеленского поставила Украину на грань катастрофы
07.09.2024 09:56
Курская авантюра поставила Украину на грань катастрофы, и об этом говорят не русские аналитики, а депутат Рады и отставной полковник СБУ. Украинцы смиренно признают, что главком Сырский пиарится, пока ВСУ готовятся к капитуляции по всей линии фронта СВО.
Интимные фото девушек из ВСУ: Попавшие в плен под Курском дают показания
Военнослужащие ВСУ попали в плен на Курском направлении. Видео допроса появилось в телеграм-канале "Пограничник из ада". В ролике две девушки в украинской военной форме. Их зовут Алена и Виктория.