Обвал котировок на мировых биржах дает нашей стране шанс на развитие
В понедельник на мировых биржах произошло стремительное падение котировок. Лидером снижения стал индекс Шанхайской биржи Shanghai Composite, который упал на 8,5%. Вслед за ним поползли вниз индексы Шэньчжэньской биржи Shenzhen Composite (на 7,6%), гонконгский индекс Hang Seng Index (на 4,6%), тайваньский TAIEX (на 4,4%). Затем рухнули и другие азиатские котировки: на 3,5% японский Nikkei, на 7,52% австралийский S&P/ASX 200, на 2,3% корейский KOSPI, на 5,9% индийский IndiaBSE30, на 6,4% филиппинский PSEi.
Надо заметить, что падение на азиатских рынках наблюдается уже несколько недель. Замедление темпов роста китайской экономики сказалось на многих игроках. В минувшую пятницу на Уолл-стрит индекс 30-ти крупнейших американских компаний Dow Jones упал на 3,1%. На постсоветском пространстве произошла девальвация казахстанского тенге и белорусского рубля. Не осталась в стороне от обвала и Европа: в понедельник сводный индекс крупнейших предприятий Старого Света Stoxx Europe 600 рухнул на 7,5% (максимум с 2008 года).
Одновременно снижается и стоимость энергоресурсов. Сырьевой индекс, рассчитываемый агентством Bloomberg, 24 августа опустился до минимума 1999 года. По мнению экспертов, снижение роста экономики КНР вызвали опасения кризиса перепроизводства металлов и энергоносителей. Впервые с 2009 года нефть марки Brent стала стоить меньше 44 долларов за баррель.
Снижение цен на нефть, естественно, вызвало падение российской валюты, официальный курс ЦБ РФ на 25 августа составляет уже 70,75 рубля за доллар и 81,15 рубля за евро. Подешевели и отечественные индексы ММВБ (на 2,3%) и РТС (на 5,4%).
В целом, в мире наблюдается паника. Словосочетание «черный понедельник» стало одним из самых популярных в интернете выражений. Весь вопрос в том, как долго продлится обвал на биржах, и насколько он затронет нашу страну.
Финансовый аналитик Степан Демура полагает, что сейчас мы наблюдаем начало затяжного кризиса:
— Обвал на мировых биржах связан с простой вещью: на рынках были сплошь «быки», то есть скупающие бумаги в надежде на рост их стоимости. Кредитное плечо (соотношение заемных средств к собственным — «СП») достигло кризисного размера. Кредитное плечо сейчас схлопывается, и рынки падают.
Чем грозит кризис нам? У рубля нет «дна», и сейчас мы будем «искать» его долго и нудно.
«СП»: — Нынешний азиатский кризис повторяет кризис 1997−98 годов?
— Нет, механика кризиса изменилась. В принципе, все кризисы возникают из одного и того же. Это перекредитованность промышленности и перекредитованность потребления, когда реальный капитал уже уничтожен. Кризис просто показывает размер уничтоженного капитала. В нынешнем случае уничтоженный капитал — это огромное количество инфраструктурных проектов Китая, все эти высокоскоростные магистрали, ведущие в никуда, новые пустые города-миллионники с уже распроданными квартирами. Это и есть уничтоженный капитал, то есть инвестиции, которые в принципе никогда не окупятся.
В отличие от азиатского кризиса 1997−98 годов, нынешний по масштабам намного больше. Раньше не было таких структурных проблем, как жуткая перекредитованность, необходимость уничтожать долг. К тому же наложились циклические явления. В целом, кризис обещает быть очень жестким.
«СП»: — Какие есть выходы из кризиса, как долго он может продлиться?
— Явных выходов из кризиса нет. Продлиться он может несколько лет. Но, как известно, все «великие депрессии» проходят, начинается новый цикл развития экономики.
— Одна из причин нынешнего кризиса — антироссийские санкции Европы, — уверен макроэкономист Сергей Семенищев. — Это как «первая кость» в домино. Европейцы послушали США и ввели ограничения на сотрудничество с нами, в ответ последовали контрсанкции. Всё это сказалось на европейской экономике.
Китай, как известно, это крупнейший экспортер, который заваливает Россию, Европу и другие страны своими товарами. Наша платежеспособность и платежеспособность европейцев упали. Но если китайцы будут продавать меньше, то они будут и меньше производить, никто не будет забивать и так полные склады.
«СП»: — Как долго будет продолжаться этот кризис?
— Многие крупные компании сейчас возобновляют сотрудничество с Россией через посредников, кто-то это делает открыто. Бизнесу нет смысла соблюдать санкции.
Если экономика Евросоюза поднимется, то вырастет платежеспособность, опять туда будут завозиться товары, сама Европа начнет производить продукцию, и мировая экономика оживет.
Но всё зависит от того, насколько быстро Старый Свет преодолеет психологический барьер, то есть перестанет бояться давления Соединенных Штатов.
Подчеркну, что в мировой экономике всё взаимосвязано. С введением санкций европейцы потеряли значительную часть экспорта, там упало производство, выросла безработица, налоговые поступления в бюджеты уменьшились. Понятно, что США хотели таким образом «осадить» конкурента.
На этом фоне вначале немного выиграл Китай за счет российского рынка. Но потом проиграл и он, так как Европа покупала много его товаров. Это «принцип домино».
«СП»: — Как нынешнее падение мировых котировок отразится на России?
— На мировых биржах торгуются крупнейшие фирмы, а на нашей только российские. Отечественный фондовый рынок очень мал, на нем играют всего около 30 компаний. По сути, это и игрой назвать нельзя.
Зато у нас благодаря санкциям начало подниматься собственное производство. Объемы импорта уменьшились, и отечественные предприниматели зашевелились. Потенциал для развития в нашей стране огромный. Он снижался из-за того, что был большой импорт более дешевых и качественных товаров.
«СП»: — Но в мире падает спрос на энергоресурсы, продажа которых дает значимую долю бюджета.
— Это хорошо, что мы будем меньше продавать нефти и газа, это ведь невосполнимые ресурсы. Да, нефти и газа у нас еще много. Но наши магнаты качают ресурсы из старых скважин, а на разработку новых надо тратить колоссальные средства, что повысит себестоимость добычи аж до 70 долларов за баррель. Почему-то никто не думает о том, что скоро государство должно будет взять на себя разработку новых месторождений. Частные компании ведь живут одним днем, они не будут вкладываться.
Сейчас мы вынуждены поднимать внутреннее производство. Начали заполнять нишу, которую на нашем рынке со своими товарами занимала Европа. Все последние годы мы жили, как «банановая республика»: меняли бочку нефти на батон колбасы. И именно такая политика тормозила развитие и была опасной.
«СП»: — Насколько в нынешнем кризисе сильна роль финансовых «пузырей» и спекуляций?
— На азиатских биржах сейчас играют здравые люди, а биржа — это зеркало экономики. Котировки акций зависят от состояния предприятий.
«Пузырь» был в США до кризиса 2008 года. Даже безработным давали кредит на покупку жилья, хотя все понимали, что безработный жилье получит, а отдать деньги не сможет.
Сейчас в Китае другая ситуация. Там просто уменьшение объемов производства из-за спада экспорта, никакого «пузыря» нет.
У нас в спекуляции особо не играют. Просто так ипотеку никто не даст, обязательно проверят кредитоспособность. Нормальный банкир понимает, что управляет чужими деньгами. В свое время у нас было 2700 банков, которые предлагали до 40% годовых по вкладам. Они привлекали на таких условиях средства, но потом не могли их разместить под еще больший процент. Поэтому многие банки рухнули. Можно сказать, что эту стадию мы уже прошли. Она не повторится, ведь у банкиров есть память на такие вещи. Тем более, никто не хочет массовых возмущений обманутых вкладчиков.
Что касается США, то там кризисы повторяются из-за большого госдолга. Страна постоянно тратит больше, чем зарабатывает. Поэтому надо искать какие-то пути привлечения средств, вот и предлагают невыполнимые условия по вкладам для населения или поднимают налоги, что влечет снижение прибыли.
«СП»: — Вторая волна глобального кризиса нас сильно затронет?
— Думаю, нет. Но примерно через пять лет мы столкнемся с серьезной проблемой. Корпоративный долг наших компаний иностранным банкам составляет около 650 млрд. долларов. Когда наступит пик платежей, то наши фирмы будут лихорадочно скупать доллары, чтобы отдать. В результате, цена на валюту будет формироваться, как на аукционе, ведь количество долларов в стране ограничено. Да и доллары могут поступить только от экспорта, который у нас сырьевой, а товары наши достаточно низкого качества. Если мы резко не поднимем свое производство, то нас ждут большие трудности. Но поднять экономику вполне реально.
Надо заметить, что падение на азиатских рынках наблюдается уже несколько недель. Замедление темпов роста китайской экономики сказалось на многих игроках. В минувшую пятницу на Уолл-стрит индекс 30-ти крупнейших американских компаний Dow Jones упал на 3,1%. На постсоветском пространстве произошла девальвация казахстанского тенге и белорусского рубля. Не осталась в стороне от обвала и Европа: в понедельник сводный индекс крупнейших предприятий Старого Света Stoxx Europe 600 рухнул на 7,5% (максимум с 2008 года).
Одновременно снижается и стоимость энергоресурсов. Сырьевой индекс, рассчитываемый агентством Bloomberg, 24 августа опустился до минимума 1999 года. По мнению экспертов, снижение роста экономики КНР вызвали опасения кризиса перепроизводства металлов и энергоносителей. Впервые с 2009 года нефть марки Brent стала стоить меньше 44 долларов за баррель.
Снижение цен на нефть, естественно, вызвало падение российской валюты, официальный курс ЦБ РФ на 25 августа составляет уже 70,75 рубля за доллар и 81,15 рубля за евро. Подешевели и отечественные индексы ММВБ (на 2,3%) и РТС (на 5,4%).
В целом, в мире наблюдается паника. Словосочетание «черный понедельник» стало одним из самых популярных в интернете выражений. Весь вопрос в том, как долго продлится обвал на биржах, и насколько он затронет нашу страну.
Финансовый аналитик Степан Демура полагает, что сейчас мы наблюдаем начало затяжного кризиса:
— Обвал на мировых биржах связан с простой вещью: на рынках были сплошь «быки», то есть скупающие бумаги в надежде на рост их стоимости. Кредитное плечо (соотношение заемных средств к собственным — «СП») достигло кризисного размера. Кредитное плечо сейчас схлопывается, и рынки падают.
Чем грозит кризис нам? У рубля нет «дна», и сейчас мы будем «искать» его долго и нудно.
«СП»: — Нынешний азиатский кризис повторяет кризис 1997−98 годов?
— Нет, механика кризиса изменилась. В принципе, все кризисы возникают из одного и того же. Это перекредитованность промышленности и перекредитованность потребления, когда реальный капитал уже уничтожен. Кризис просто показывает размер уничтоженного капитала. В нынешнем случае уничтоженный капитал — это огромное количество инфраструктурных проектов Китая, все эти высокоскоростные магистрали, ведущие в никуда, новые пустые города-миллионники с уже распроданными квартирами. Это и есть уничтоженный капитал, то есть инвестиции, которые в принципе никогда не окупятся.
В отличие от азиатского кризиса 1997−98 годов, нынешний по масштабам намного больше. Раньше не было таких структурных проблем, как жуткая перекредитованность, необходимость уничтожать долг. К тому же наложились циклические явления. В целом, кризис обещает быть очень жестким.
«СП»: — Какие есть выходы из кризиса, как долго он может продлиться?
— Явных выходов из кризиса нет. Продлиться он может несколько лет. Но, как известно, все «великие депрессии» проходят, начинается новый цикл развития экономики.
— Одна из причин нынешнего кризиса — антироссийские санкции Европы, — уверен макроэкономист Сергей Семенищев. — Это как «первая кость» в домино. Европейцы послушали США и ввели ограничения на сотрудничество с нами, в ответ последовали контрсанкции. Всё это сказалось на европейской экономике.
Китай, как известно, это крупнейший экспортер, который заваливает Россию, Европу и другие страны своими товарами. Наша платежеспособность и платежеспособность европейцев упали. Но если китайцы будут продавать меньше, то они будут и меньше производить, никто не будет забивать и так полные склады.
«СП»: — Как долго будет продолжаться этот кризис?
— Многие крупные компании сейчас возобновляют сотрудничество с Россией через посредников, кто-то это делает открыто. Бизнесу нет смысла соблюдать санкции.
Если экономика Евросоюза поднимется, то вырастет платежеспособность, опять туда будут завозиться товары, сама Европа начнет производить продукцию, и мировая экономика оживет.
Но всё зависит от того, насколько быстро Старый Свет преодолеет психологический барьер, то есть перестанет бояться давления Соединенных Штатов.
Подчеркну, что в мировой экономике всё взаимосвязано. С введением санкций европейцы потеряли значительную часть экспорта, там упало производство, выросла безработица, налоговые поступления в бюджеты уменьшились. Понятно, что США хотели таким образом «осадить» конкурента.
На этом фоне вначале немного выиграл Китай за счет российского рынка. Но потом проиграл и он, так как Европа покупала много его товаров. Это «принцип домино».
«СП»: — Как нынешнее падение мировых котировок отразится на России?
— На мировых биржах торгуются крупнейшие фирмы, а на нашей только российские. Отечественный фондовый рынок очень мал, на нем играют всего около 30 компаний. По сути, это и игрой назвать нельзя.
Зато у нас благодаря санкциям начало подниматься собственное производство. Объемы импорта уменьшились, и отечественные предприниматели зашевелились. Потенциал для развития в нашей стране огромный. Он снижался из-за того, что был большой импорт более дешевых и качественных товаров.
«СП»: — Но в мире падает спрос на энергоресурсы, продажа которых дает значимую долю бюджета.
— Это хорошо, что мы будем меньше продавать нефти и газа, это ведь невосполнимые ресурсы. Да, нефти и газа у нас еще много. Но наши магнаты качают ресурсы из старых скважин, а на разработку новых надо тратить колоссальные средства, что повысит себестоимость добычи аж до 70 долларов за баррель. Почему-то никто не думает о том, что скоро государство должно будет взять на себя разработку новых месторождений. Частные компании ведь живут одним днем, они не будут вкладываться.
Сейчас мы вынуждены поднимать внутреннее производство. Начали заполнять нишу, которую на нашем рынке со своими товарами занимала Европа. Все последние годы мы жили, как «банановая республика»: меняли бочку нефти на батон колбасы. И именно такая политика тормозила развитие и была опасной.
«СП»: — Насколько в нынешнем кризисе сильна роль финансовых «пузырей» и спекуляций?
— На азиатских биржах сейчас играют здравые люди, а биржа — это зеркало экономики. Котировки акций зависят от состояния предприятий.
«Пузырь» был в США до кризиса 2008 года. Даже безработным давали кредит на покупку жилья, хотя все понимали, что безработный жилье получит, а отдать деньги не сможет.
Сейчас в Китае другая ситуация. Там просто уменьшение объемов производства из-за спада экспорта, никакого «пузыря» нет.
У нас в спекуляции особо не играют. Просто так ипотеку никто не даст, обязательно проверят кредитоспособность. Нормальный банкир понимает, что управляет чужими деньгами. В свое время у нас было 2700 банков, которые предлагали до 40% годовых по вкладам. Они привлекали на таких условиях средства, но потом не могли их разместить под еще больший процент. Поэтому многие банки рухнули. Можно сказать, что эту стадию мы уже прошли. Она не повторится, ведь у банкиров есть память на такие вещи. Тем более, никто не хочет массовых возмущений обманутых вкладчиков.
Что касается США, то там кризисы повторяются из-за большого госдолга. Страна постоянно тратит больше, чем зарабатывает. Поэтому надо искать какие-то пути привлечения средств, вот и предлагают невыполнимые условия по вкладам для населения или поднимают налоги, что влечет снижение прибыли.
«СП»: — Вторая волна глобального кризиса нас сильно затронет?
— Думаю, нет. Но примерно через пять лет мы столкнемся с серьезной проблемой. Корпоративный долг наших компаний иностранным банкам составляет около 650 млрд. долларов. Когда наступит пик платежей, то наши фирмы будут лихорадочно скупать доллары, чтобы отдать. В результате, цена на валюту будет формироваться, как на аукционе, ведь количество долларов в стране ограничено. Да и доллары могут поступить только от экспорта, который у нас сырьевой, а товары наши достаточно низкого качества. Если мы резко не поднимем свое производство, то нас ждут большие трудности. Но поднять экономику вполне реально.
Читайте также:
«У них нет таких возможностей»: экс-разведчик MI6 раскрыл план Европы втянуть США в прямую войну с Россией
Бывший офицер MI6 Аластер Крук в шоке от действий Брюсселя: европейские лидеры сознательно эскалируют конфликт на Украине, нанося удары по России, чтобы вынудить Трампа вступить в прямую войну. Почему у Европы нет ни армии, ни ресурсов и как этот план может закончиться — в жёстком анализе.
Экстренное обращение из США. "Русские ударят по Европе". Цели названы
27.06.2026 19:30
В США вышли в эфир с экстренным обращением. Атаки по России могут спровоцировать удар по Европе, предупредил профессор Миршаймер. Цели уже известны. Минобороны показало их адреса на весь мир.
Взорван «объект НАТО №1» в Запорожье: сорван захват Белоруссии и Запад умоляет Путина о диалоге
Российские войска точным ударом уничтожили главный логистический центр НАТО в Запорожье, через который шло снабжение сразу нескольких фронтов. Одновременно вскрылись планы Киева по захвату Бреста и Гродно. На фоне этого Европарламент экстренно заговорил о прямом диалоге с Путиным. Что это меняет в ходе конфликта?
Почему Запад не хочет мира с Россией: реальные причины, которые надолго откладывают любое урегулирование
Переговоры снова заходят в тупик. Анкоридж, заявления Рубио, европейская усталость и огромные деньги на войне — что на самом деле стоит за нежеланием Запада идти на компромисс с Россией? Разбор скрытых мотивов, экономических интересов и политических расчетов, которые превращают мир в отдалённую перспективу.
Почему Россия не ликвидирует Зеленского и Буданова: версии угроз, договорённостей и скрытой стратегии
Почему Кремль не наносит решающий удар по Зеленскому, Буданову и Сырскому, хотя технически может? Политолог Безпалько назвал несколько жёстких версий — от тайных угроз и международных сделок до расчёта, что их устранение ничего не изменит. Лестница эскалации, роль США и реальная стратегия Москвы — в детальном разборе.